Владимир, Сын Волка 6 - RedDetonator

Бойцы его взвода быстро покинули городскую улицу и заняли укрытия в близлежащих домах.

Иван забежал в ближайший дом и сел на пол у окна.

Через несколько минут, с улицы раздался реактивный рокот, а затем характерный «б-р-р-рт!», что свидетельствует о работе штурмовика А-10 Тандерболт II.

Затем раздалась серия отдалённых взрывов, после чего всё стихло.

Американцы пытаются взять Басру штурмом — им очень важно взять её, так как план наступления уже безнадёжно сорван и теперь они хотят получить доступ на правый берег реки Шатт-эль-Араб.

В Басре имеются хорошие мосты, которые американцы не бомбили, потому что они нужны им самим.

Только вот Иван, бывавший далеко не во всех замаскированных укреплениях и подземных коммуникациях этого города, окончательно убедился, что пытаться брать этот город — это очень плохой план.

Тут за каждым углом образцовые железобетонные пулемётные гнёзда, почти каждый колодец — это не колодец, а огневая точка для ведения огня на уровне груди, а почти в каждом доме есть подвал, с тоннелем, ведущим неизвестно куда.

Всё население уже эвакуировано на северо-запад, поэтому основное население города — это высокомотивированные мужчины с автоматами, пулемётами, винтовками и гранатомётами.

Американцы быстро поняли, что иракцы решили вцепиться в этот город, поэтому начали применять интенсивные бомбардировки и артобстрелы, поэтому Басра сейчас сильно напоминает Сталинград с кадров хроники военных лет.

Штурмовые группы морской пехоты пытаются проникнуть в город, большой кровью занимают отдельные улицы, а затем их выбивают отряды вроде того, которым командует Варенцов.

Пока идёт заминка после авиаудара, Иван раскрыл планшет и рассмотрел карту местности, чтобы примерно прикинуть, где они сейчас находятся.

На фоне раздался залп «Шилки», а затем, спустя несколько минут, начала громыхать артиллерия.

У американцев очень много дронов-разведчиков, корректирующих артиллерию — это они извлекли уроки из чужого опыта.

Но в небе также летает множество «Пчёл», которые наводят иракскую артиллерию, поэтому идёт почти непрерывная артиллерийская дуэль.

«Зато узнал, как действует MLRS — не на бумаге, а на своей шкуре…» — подумал Варенцов, закрывая свой планшет с картой.

Когда стало ясно, что А-10, в ближайшее время, точно не прилетит, Иван подал сигнал и направил свой взвод дальше по примерному маршруту.

Ориентиров в городе практически нет, потому что он превращён в сплошные саманные и кирпичные руины, с редкими иссечёнными осколками зданиями, оставшимися стоять частично или целиком.

— Контакт… — предупредил передовой разведчик. — Отступаю…

— Занять огневые позиции! — скомандовал Иван и морально приготовился к бою.

Если они встретились с вражескими морпехами тут, то это значит, что подразделение противника сумело продвинуться гораздо быстрее расчётного времени.

С той стороны виднеется дымок и несёт тротилом, что косвенно указывает на недавнюю бомбардировку или артобстрел, а уже это указывает на то, что тот А-10 отрабатывал именно по окраинам, возможно, по обнаруженным огневым точкам иракских ополченцев.

Последние — это главные жертвы этой жестокой войны, потому что командование бережёт регулярные войска, а ополченцев использует на первой линии, поэтому они встречают американцев, несут потери и отступают.

Регулярные войска, как понял Иван, нужны для готовящейся контратаки, которая точно будет — всё указывает именно на это.

К наёмникам же отношение особое — их решено использовать, как высокоэффективные пожарные команды. То есть, подразделения вроде взвода Варенцова отправляют в очень плохие места, где ополченцы отступили слишком быстро или был осуществлён слишком уж качественный прорыв американских морпехов.

— Шерханыч, бери своих и обходи их с левого фланга, под руинами, — приказал Иван по рации. — Григорич, распрягайте коней (1) вон за той стенкой и ждите команды,

БПЛА-разведка сообщала о силах противника в размере взвода, поэтому Варенцову выдали целых два АГС-17, с двойным боекомплектом.

Разведчики ходят в двадцати-тридцати метрах впереди, поэтому времени на подготовку встречи было мало.

Всё, что успел сделать Варенцов, это быстро распределить сектора обстрела между отделениями, разместить карабинеров с НК-94М на хоть каких-то высотах, а также самому занять укрытие среди руин.

Американцы не заметили разведчика, поэтому продолжили продвижение в традиционной для них манере: одна группа движется, а другая прикрывает.

— Огонь, — скомандовал Варенцов, когда вражеские солдаты приблизились на оптимальную дистанцию.

Иван взял на прицел солдата с пулемётом М249, растерянно крутящего головой, и произвёл выстрел точно в центр туловища.

Бронебойная пуля с вольфрамовым сердечником безальтернативно пробила бронежилет и тело навылет, после чего американский солдат рухнул на ломаные кирпичи и застыл.

Первые залпы унесли жизни наибольшего количества вражеских солдат, а остальные сразу же залегли и начали бросать дымовые шашки, чтобы затруднить прицельный огонь.

Многие из американцев стреляют напропалую, чтобы подавить врага огнём, но во взводе Варенцова таким уже давно никого не напугать…

Прошли минуты перестрелки, а затем заработали «кони», начавшие накрывать позиции американцев веерами 30-миллиметрового калибра гранат.

Отделение старшего сержанта Ганиева ещё движется во фланг к прижатому врагу, поэтому вся надежда, пока что, лишь на превосходство в огневой мощи.

Сквозь недостаточно плотный участок дымовой завесы, Иван разглядел человеческий силуэт и сразу же сделал выстрел. Тело упало, но о результативности попадания Варенцову сказать нечего.

Единые пулемёты ПКС, имеющиеся во взводе в двух экземплярах, демонстрируют подавляющую огневую мощь и не дают противнику подняться, а снайпер с винтовкой СВК выцеливает и отстреливает тех, кто проявляет повадки очень важных людей…

Наконец, отделение Ганиева зашло во фланг, сблизилось с врагом и открыло прицельный огонь.

Американцы не растерялись и начали огораживаться дымовыми шашками, но они уже потеряли слишком много людей, поэтому их командир дал приказ на отступление.

Кто-то подобрал оружие погибшего пулемётчика и открыл беспорядочный огонь, чтобы прижать врагов к кирпичам и кускам самана, а остальные выжившие члены взвода начали отступление.

Задачи убивать врага любой ценой перед Варенцовым не ставилось, поэтому он не дал приказ о преследовании. Тут уже понятно, что американцы потеряли свыше трети личного состава, преимущественно ранеными.

Поле боя осталось за взводом лейтенанта Варенцова, но он не стал расслабляться, а, наоборот, засуетился.

Передовой дозор начал наблюдать за противником, а первое отделение, из самых лучших бойцов, сблизилось с ранеными и убитыми, собрало оружие и дало знак остальным, что участок проконтролирован.

Варенцов подошёл последним и увидел, что враг оставил своих тяжелораненых — четверых. Взводный санинструктор и его помощники уже перевязывают и стабилизируют раненых врагов, потому что их приказано брать в плен, так как это очень выгодно иракскому командованию.

— Вот этот до госпиталя точно не дотянет, — сообщил старшина Климчук, санинструктор.

— Тащим, в любом случае, — ответил ему Иван. — Заканчивайте побыстрее — с джонов станется навести сюда артудар