Арт. Семьдесят пятый - Константин Георгиевич Калбанов

стороне. Я, конечно, не видел всего, но она у меня не девочка для битья и наверняка просадила его защиту если не полностью, то весьма серьёзно. В такой ситуации лично я предпочёл бы не активировать защитный амулет и использовать оставшиеся во вместилище крохи в первую очередь на усиливающие плетения. Вот и получается, что когда я его ударил, у него уже не было никакой защиты.

— Ну хорошо, а разбойники разве не стреляли в тебя?

— Дима! — опять топнула ножкой Ольга.

— Стреляли, — ткнул я в рубец на левой щеке.

— А! Ну да. А шрамы? Просто твоя матушка ратник и может использовать «Бранное лечение» только на себя. А у тебя сил хватит хорошо как порез на пальце залечить или остановить кровь, не больше.

— Дима! — опять воскликнула Ольга.

— Ну это же правда, — возмущённо посмотрел он на сестру.

— Ну вот почему ты всегда такой? До всего-то тебе нужно дознаться, расковырять, вывернуть, рассмотреть под лупой, — фурией зашипела она на брата.

— Ну чего ты меня не пойми за кого выдаёшь.

— А ты веди себя нормально, а не как зануда.

— Сама ты зануда мелкая.

— Кто мелкая⁈

— Да ладно, ладно, дылдочка.

— Ну всё, Зинятов, ты договорился. Придём домой, ищи тёмный угол. Прости, Рома, моего братца непутёвого. Мы пойдём.

— Кто непутёвый-то?

— Лучше молчи, не то я до дома не утерплю.

— Да ладно тебе. Пошли, так пошли, — примирительным тоном согласился он. И уже мне: — До свидания, Роман. Извини, если что не так. И в мыслях не держал обидеть. Просто привычка всё по полочкам раскладывать.

— Всё нормально. Как-нибудь ещё поговорим на эту тему, — пообещал я, точно не собираясь возвращаться к этому вопросу.

Глава 24

Друг?

— Разрешите, Евстафий Казимирович? — постучавшись, заглянул я в приоткрытую дверь.

— Заходи, — глянув на меня, позволил директор.

Я вошёл в кабинет, плотно прикрыл за собой дверь, чтобы ни дай боженька никто не увидел и, уж тем более не услышал наш разговор. Ведь я собирался ни много ни мало подбить директора на должностное преступление.

— Только быстро, Агапов. Мне уже нужно бежать.

— Это не займёт много времени, Евстафий Казимирович. Я хотел узнать, что от меня требуется, чтобы перейти на заочное обучение?

Поначалу я подумывал об экстерне. Но по здравому размышлению решил от этого отказаться. Досрочно закончить курс гимназии мне не доставит труда. Я уже пролистал учебники за текущий класс, разложил всё по полочкам и готов сдать экзамены. Иное дело, что меня это категорически не устраивает, так как родители могут увезти своё чадо в имение, а то и приставить к делам хозяйственным.

Нет, мне нужно оставаться в городе и иметь при этом свободное время. А значит, заочная форма обучения подойдёт лучше всего. Глупо же терять время на бессмысленное нахождение в стенах гимназии, в то время как я могу использовать его с куда большей пользой.

Ну вот взять хотя бы медитацию. Моя способность находиться в трансе целых три часа без ущерба для здоровья позволяет развиваться в десять раз быстрее среднестатистического одарённого. То есть если прежде я мог за месяц нарастить вместилище на одну единицу с небольшим, то теперь на четыре.

Общий аккумулируемый мною потенциал во вместилище, шести телесных плетениях и четырнадцати амулетах, которые я сейчас могу поддерживать, соответствует ста девяноста единицам. Два с половиной месяца, и я возьму четвёртый ранг. Просто небывалый прогресс для столь короткого срока. При таких перспективах тратить время на протирание штанов в гимназии — это даже не глупость, а идиотизм.

— Прости, Роман, что ты сказал? Перейти на заочное обучение? Что за чушь. Иди на уроки, у меня нет времени выслушивать детские бредни.

— Отчего же бредни? Я узнавал, и подобное допустимо. Можно вообще просто прийти и сдать экзамены хоть за весь курс гимназии. Правда поэтапно, отдельно за каждый год обучения. По этому поводу есть соответствующее положение министерства просвещения.

— Рома, я не говорю, что это запрещено. Но данный вопрос я могу обсуждать не с тобой, а с твоими родителями, и никак иначе.

— Евстафий Казимирович, а если сделать это неофициально, — с нажимом произнёс я.

— Ты сейчас о чём? — вперил он в меня строгий взгляд.

— Шестьдесят рублей в месяц вам. Тридцать классному наставнику. Я прихожу отмечаться в гимназию каждое утро, присутствую на контрольных работах, сдаю экзамены. В случае моего отсутствия предупреждаю заранее и предоставляю справку от доктора. Если вдруг завалю хоть одну контрольную или экзамен, наша договорённость утрачивает силу, и я возвращаюсь в дортуар.

Дорого? Плевать. Это всего лишь плата за один портрет. А у меня на сегодняшний день работы хватает. За прошедший месяц я сумел заработать тысячу двести рублей. И это чистыми. Зато не смог продвинуться в создании карабина. Даже чертежи закончить тупо некогда. Полдня в гимназии, два часа на медитацию, час на ожидание возможных клиентов, написание портретов. Да я как раб на галерах! Меня работой от зари до зари не удивить. Но пустое времяпрепровождение просто выбешивает.

— Ты мне сейчас мзду предлагаешь? — прищурился директор.

— Я делаю вам обоюдовыгодное предложение, Евстафий Казимирович. Вы получаете серьёзную прибавку к жалованью, я необходимое мне свободное время. При этом никаких рисков с вашей стороны. Ведь матушка уже подписала соответствующее соглашение, к которому вы можете привязать и негласные условия, не внося изменений в документ.

— Рома, тебе указать, где находится дверь?

— Где находится дверь, я знаю и так. Но всё же смею надеяться, что вы окажетесь более практичны. Мне обойдётся куда дешевле договориться с доктором, который облепит меня всевозможными справками. Вы не сможете меня выгнать из гимназии или оставить на второй год, если я буду сдавать все контрольные работы и экзамены. Как не имеете права и не допускать меня к ним из-за пропусков по болезни. Я в любом случае получу своё, а вы останетесь ни с чем. У меня нет желания ссориться с вами, Евстафий Казимирович, я просто хочу освободить время для более нужных вещей. Не спешите отказываться и подумайте, пожалуйста, о моём предложении.

А вот теперь пора валить. Не стоит излишне давить на него. Раздражённый человек зачастую думает эмоциями, а мне нужно, чтобы тот подключил мозги. Ведь он и