Система безумного принца - Марс Букреев

укрепить предмет, мне надо на каждое действие примерно 7 % энергии. Предположим, вдруг, энергии понадобиться чуть меньше. Максимум, что я смогу сделать — это два действия. А потом? Виталий нашинкует меня на котлеты, так выходит?

Самым правильным решением будет просто уехать. Нет, это не похоже на бегство. Это и есть бегство. И тут нечего стыдиться. У меня просто нет сил, в данный момент, противостоять целому будущему императору. Но тут есть, два «но».

Люди Виталия, скорее всего, уже перекрыли все выходы из дворца. Меня, предположим, они выпустят. Но вот Мире они уйти не дадут. А еще, я уже думал об этом. Моя репутация рухнет ниже плинтуса. Принц Лев бежал от дружеской потасовки с братом! С применением всего арсенала заточенного на убийство человека. Ха-ха, позор ему!

Тут и княгиня молчать не будет, где-нибудь да шепнет, как она просила о заступничестве. Я пообещал его ей, и тут же дал стрекоча, как только моя защита понадобилась другой женщине.

Значит — бой. Одна надежда, что добрый братик не убьет меня, это слишком даже для него, а просто отрубит мне руку или ногу. С другой стороны, несчастный случай он такой. Мозги может вынести на раз. Особенно, когда речь идет о вероятном конкуренте за трон.

Решил, что самое лучшее в сложившейся ситуации — поспать. Завалился. Сон вышел рваный, беспокойный. Кажется за шесть часов, я проснулся раз шестьсот. Встал с первыми лучами солнца. Разбитый, с гудящей, словно с похмелья, головой.

Не успел я покончить со скромным завтраком, как появился один из слуг Виталия. Он сообщил, что «его высочество», ожидает меня в условленном месте через час. Позвонил Каролине. Через двадцать минут обе девушки были у меня. В красных мундирах и белых капри, так соблазнительно обтягивающих их ноги. И не только.

— Давай уедем! — сказала Каролина.

— Я останусь, ведь это я во всем виновата! — вторила ей Мира.

Она немного пришла в себя. Выглядела как обычно, но в глазах замер далеко упрятанный страх. Ведь Виталий пригрозил ей страшной и позорной участью. Блин, мне и проиграть нельзя! Мой братец тогда не отстанет от Миры. Надо же, насколько у него больное воображение!

Я не стал вдаваться в подробности, и просто сказал, что я иду навстречу с Виталием. Мире я приказал не появляться на глаза слугам, и где-нибудь спрятаться. Не обошлось и без магического: «Это приказ!». Каролину пришлось взять с собой.

— Да тебя же убьют! — говорила «госпожа капитан» по пути. — Образумься!

— У меня обострение, — буркнул я.

Мы пришли чуть раньше. Оглядывая поляну, ставшую моим временным тренировочным залом, я заметил у турника брошенный пластмассовый меч. Игрушечный такой, детский. Поднял его.

— А это откуда?

Каролина зло выдохнула, раздосадованная, что в такой важный момент я интересуюсь пустяками.

— У слуг, что работают здесь постоянно, есть дети. Наверное, бросили, когда забегали сюда вечером. Я распоряжусь наказать за нерадивость.

— Не надо никого наказывать, тут уже есть, великий наказыватель. Вон он, кстати, идет.

К нам приближались Виталий и Варягин. Виталий, вместо зеленого мундира и кавалерийских сапог, облачился в тренировочную одежду. Варягин выглядел как обычно. Я повернулся к ним. Пластмассовый меч так и остался в моей руке.

— Даже не знаю, что сказать.

Виталий указал на пластмассовый меч.

— Что ты сдаешься.

Виталий ухмыльнулся. Я, покрутил игрушку в руках. Тут мне пришла одна мысль, и я сунул меч за пояс брюк. Варягин, не сдержавшись, засмеялся. Виталий и Каролина смотрели на меня как на безумца. Действительно, мог бы одеть для «тренировочного» боя что-нибудь более подходящее. Я ведь так и пришел, как ходил до этого: в белой рубахе и светлых легких брюках. Хорошая шутка, ага.

— Я готов!

Положив руку на эфес игрушки, посмотрел на Виталия. Тот оглядел поляну.

— А где вторая?

— Решил не давить на вас численным преимуществом.

— Я же сказал…

— Братец, не заставляй меня грубить тебе. И если пришел драться, то не будем тянуть.

Виталий сбросил куртку с капюшоном на траву, оставшись в майке, спортивных штанах и кроссовках.

Заметил, как среди деревьев мелькают фигуры. Сначала решил, что Виталий притащил сюда всю свою охрану, но это оказались любопытные слуги. Слух о нашей ссоре уже разошелся, и, самые смелые из них, искали себе дела поближе к нашему ристалищу.

— Драться? — деланно удивился Виталий. — Я же сказал, что хочу лишь преподать тебе пару уроков.

— Ну, давай, сенсей, действуй.

Виталий ступил на поляну. Он стоял в полный рост, глядя на меня. Руки сжаты в кулаки.

— Ты безумен, брат, и многого не понимаешь. Первое, что ты обязан уяснить — я будущий император. Нравится тебе это, или нет. Мое слово, мое желание — закон!

— А я думал, это работает по-другому. Ну, там императорский кодекс, свод законов, конституция, не дай бог. И на основе этого император уже правит.

Виталий не шелохнулся.

— Второе — к будущему повелителю надо относиться с уважением. Будь ты простолюдин, дворянин или человек императорской крови. И третье…

— Ты же говорил, пару уроков. Все, лимит кончился.

— Дерзких — наказывают.

В руке Виталия образовался клинок из белых росчерков.

— Защищайся!

Он метнулся вперед. Взмахнул клинком, и белое лезвие полетело прямо в меня. Все произошло быстро, практически без моего участия. Спину обдало холодом, палец с кольцом из стали будто погрузили в жидкий азот. Вокруг правой руки вспыхнуло белое свечение.

Я успел подставить руку под удар клинка. И это помогло! Виталий удивленно отпрянул. Но тут же пришел в себя. Он принялся расхаживать, выделывая клинком финты, и ощущая себя в полной безопасности.

А со мной происходило нечто странное. Точнее, ничего странного, но раньше такого не было. Справа в поле зрения открылось маленькое окно интерфейса. Информации — всего ничего:

«Энергия — 12,5 %

Расход — 6 %

Остаток — 6,5 %».

— Это что сейчас происходит? — спросил я сам у себя.

Или у интерфейса. Но система мне не ответила, зато ответил Виталий:

— Небольшая затравка, перед настоящей заварушкой!

— Да я не с тобой разговариваю, идиот!

— Сам идиот!

Виталий накинулся на меня и принялся уже вполне серьезно размахивать своим клинком. Он явно нацелился на то, что «несчастный случай» должен произойти, во что бы то ни стало. Я пятился под градом ударов. Каким-то чудом, умудряясь, каждый раз, подставить сияющий белым свечением кулак под его оружие.

Братец даже попытался провести какой-то финт, изобразив, что собирается рубануть меня наотмашь, он изменил траекторию клинка и пырнул им снизу, в живот. Но и этот выпад я смог заблокировать.

Пот струился