Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

Не, покормили там вкусно, даже магическое шоу с иллюзиями показали. Было интересно пытаться услышать рисунки аур иллюзионистов.

Обычно именно наши ауры отследить другим магам труднее всего. Наши — и Антимагов.

Но время было потрачено. И теперь, когда родители легли вздремнуть после бала, мы сидим тут как два заговорщика.

А, ну да. Мы и есть два заговорщика, объединённые общими тайнами…

— Мне нужна была жертва живого и жертва мёртвого. — задумчиво ответил я. Как-то веселиться и ехидствовать сейчас не хотелось. Особенно в свете того вопроса, который я хочу задать британцу.

— Что-то случилось? — без труда уловил он моё настроение. — Ты и на балу был какой-то задумчивый.

— Да так… — отмахнулся я. — Пробьемы навалились. Я не думал, что в детской жизни всё так сложна!

Адам покачал головой.

— Ты и забыл уже, наверное, каково это — быть ребёнком? Даже я уже забыл, а мне в десять раз меньше, чем тебе… было. Теперь о детстве мне напоминает лишь Алекс…

— Алекс. Он ведь не твой сын, Адам?

Англичанин замер на мгновение. В его глазах промелькнуло на миг что-то… что-то холодное. Очень холодное и жёсткое. Но через секунду всё вернулось на место.

Но галочку я себе поставил. Не бывает такого выражения лица у того, кто не готов в любой момент взять и свернуть тебе шею.

— С чего ты это взял? — негромко спросил он, предварительно оглядевшись по сторонам. Ни одной камеры вокруг нет. Я в этом уже убедился — рискнул-таки вновь обратиться к Заклинанию спустя почти три недели.

— Саша ведь и сам не знает, кто его отец. И знает об этом незнании. Или он всё это пьоста выдумал?

Я специально оставляю Адаму лазейку. Сейчас он может легко отступить — сказать, что всё это лишь детские выдумки. А я сделаю вид, что поверил.

Хотя после его промелькнувшего взгляда уже ни за что не поверю, конечно же.

Пауза затянулась. Мы сидим посреди маленькой круглой лужайки, красное солнце мелькает в кустах за высоченным забором садика. Надеюсь, он не собирается меня тут прибить?

Не хотелось бы раньше времени хоронить такого интересного мужчину, как Адам Мелвилл.

— Нет. — наконец тяжело произнёс он. — Это не выдумка. Я ведь и сам говорил, что ты узнаешь о происхождении Алекса, как только пойдёшь в садик.

— И кто зе он тогда? Какой-то светлый дух?

Если это так, то…

— Нет. — разрушил мои ожидания Адам. — Не дух. Алекс — плод любви к Эмме со стороны одного из так называемых небожителей. Или ангелов… хотя ангелы лишь одна из многих разновидностей.

Я с искренним удивлением посмотрел на Адама.

Нет, безусловно, в реальности существ, которых можно называть богами, я не сомневался. Никто в моём мире особо не сомневался — ведь давным-давно, во времена, ставшие теперь древней историей, обитатели нашего мира сами изгнали из него этих самых богов.

Но вот в наше время о богах или их подчинённых никто давным-давно не слышал.

Я, в общем-то, и сам предполагаю, что Универсальное Заклинание может со временем возвысить меня до божества. Но…

— Я вижу, ты удивлён? — посмотрел на меня сверху вниз Адам. Наверное, со стороны это выглядит просто дико, этот разговор взрослого мужика с трёхлеткой. — Но чему ты удивляешься? Раз есть демоны, раз есть осквернённые миры… есть и миры творения, миры, пропитанные порядком и чистым созиданием. Просто…

— Пьоста они не очень охотно контактируют со всякой грязью. — мрачно подытожил я.

Не найдя более удачных слов, Адам кивнул.

— Ну… можно и так сказать. Или, по крайней мере, эти контакты сведены к минимуму. Ты бы тоже не захотел бродить по грязной помойке, когда твой дом — райский сад.

— И всё-таки кто-то вылез к вам, людям Земли, и… переспал с твоей женой⁈

Адам негромко рассмеялся.

— Тогда мы всё-таки не были женаты! — отмахнулся он. — Я ни о какой Эмме и знать-то не знал ещё! Но… да. В целом да, суть ты выразил верно. Главная проблема в том, что мы понятия не имеем, кто именно это был.

— Как это? — искренне удивился я. — И кто такие «мы»?

Ну не о себе и Эмме же он так говорит?

Адам опустил глаза в пол беседки, о чём-то задумавшись и перебирая деревянные резные чётки. Их тоже попросил привезти я. Это должно стать жертвой веры.

— Он… ни разу не являлся в истинном облике и с подлинной аурой. А Эмма — бытовичка, у них у всех с аурочтением беда. Ты уже знаешь, думаю.

Я кивнул.

— Ну вот. А узнали обо всём этом уже когда сама Эмма пришла и заявила, мол так и так, ребёнок от какого-то высшего существа. Тогда расследование проводили, но выяснили лишь то, что это небожитель одного из миров благодати неподалёку.

— А то, причём в этой истории ты, я так понимаю, связано с ответом на вопрос о том, кто такие «мы». От которого ты ушёл.

Адам лишь молча кивнул, всем видом давая понять, что продолжит уходить от ответа. Что ж. Мне не очень-то это интересно. И без того ясно, что речь о какой-то спецслужбе… какой-то страны.

Честно говоря, мне всё равно. Границы — пыль, не способная разорвать ни отношения людей, ни дорогу для знания.

Собственно, Саша — доказательство того, что границ между мирами это тоже касается.

— Алекс рассказал мне о вашей ситуации с той девочкой. Рина, кажется?

Иногда меня умиляет, как этот мужик изображает лёгкую рассеянность! «Рина, кажется»… Будто я поверю, что всё, что ты услышал от сына, не отпечаталось у тебя в памяти как на фотографии!

Я кивнул.

— Да. Саша сказал, что она вызывает у него неясное отторжение? — кивок.

— Девочка полудемон.

— Ох… вот как?

— Угу.

— И… что дальше?

Ну и вопросы у тебя, мать твою! Ну… какие вопросы, такие и ответы!

— А дальше ты пеедашь своему брату вот етот шифр. Просьти уж, но лучше так.

С этими словами я быстро вынул из кармана бумажку и сунул в карман Адаму. Сюда как раз направляется одна из камер, так что времени почти не осталось.

— Шифр? А он его точно поймёт?

— Поймёт. — уверенно кивнул я, подхватывая привезённый Адамом пакет и спрыгивая со скамейки.