"Фантастика 2026-84". Компиляция. Книги 1-21 - Агатис Интегра

— Измайлов! Можно тебя на секунду?

Я в тот момент как раз шёл за кофе, когда меня окликнули. Повернув голову, заметил стоящего у одного из столов Нечаева.

Едва я только понял, кто меня зовет, в голове моментально зазвенел тревожный звоночек. Лишь бы не какая-то работа…

— Что-то случилось? — совершенно спокойным тоном поинтересовался я, подойдя ближе.

— Да, хотел один рабочий момент обсудить. Ты же не занят?

— У меня ещё бумаги с утра остались…

— Да успеется ещё. Я много времени у тебя не украду, — он огляделся по сторонам и кивнул в сторону одной из дверей, что вели в переговорные кабинеты. — Пошли, поговорим.

Когда мы зашли внутрь, Нечаев продолжил разговор.

— Я слышал, что ты отдал все почести за последнее дело Романовой, это так?

А это вообще к чему? Я был настолько уверен, что он сейчас накинет мне какую-нибудь работёнку, что едва не растерялся от неожиданности.

— А к чему этот вопрос? — спросил я вместо ответа.

Думал, что это собьёт Нечаева с толку, но к моему удивлению он вместо этого лишь рассмеялся.

— Да ладно тебе, — произнёс он, заговорщицки понизив голос. — Хватит притворяться. Я ведь всё прекрасно вижу. Ты не на своём месте, хотя всеми силами пытаешься доказать обратное.

В этот момент у меня по спине пробежала целая стая мурашек.

— Что, прости?

— Алексей Измайлов, — с ехидной усмешкой сказал Нечаев, будто цитировал надпись с таблички. — Доблестный и тихий сотрудник Управления общеуголовных расследований. Думаешь, что кто-то поверит в эту сказку? Или считаешь, будто я не заметил, как ты тянешь время за этими идиотскими бумажками за своим столом? Я раскусил тебя ещё в первый день.

— Не понимаю о чём ты говоришь, — ответил я и сам удивился тому, насколько ровно прозвучал мой голос.

— А мне кажется, что всё ты прекрасно понимаешь, — не согласился со мной Нечаев. — Только вот выбрал явно не ту стратегию поведения…

Это какой-то бред. Он же не мог об всём догадаться! Мы же общались всего-то пару раз! Нет, это явно как-то бред.

— И какую же, позволь спросить, стратегию ты мне посоветуешь? — поинтересовался я с такими видом, будто спрашивал у него, какой кофе мне лучше выбрать в комнате отдыха: растворимый или может растворимый?

— Уж точно не подлизываться к этой дуре, Романовой, — с самодовольным видом заявил Нечаев. — Да, понимаю, я сам виноват. Надо было тебе сразу рассказать. Моя ошибка.

— Ошибка?

— Конечно! Я должен был сразу тебе сказать, что пытаться как-то выслуживаться тут — это дохлый номер, Измайлов. УОР это аппендикс на теле департамента, понимаешь? То, чем мы занимаемся вполне можно скинуть на обычную полицию и идиотов из прокуратуры. Но ничего страшного. Я же знаю, зачем ты тут.

— И зачем же?

— Понятное дело, ты стремишься наверх! — выдал он с таким видом, словно это было само собой разумеющееся. — Я слышал, что у тебя скоро свадьба. Да ещё с дочерью Игнатьева! Породниться с таким человеком дорого стоит. Уверен, что ты тут не задержишься и пойдёшь дальше. А я, как твой руководитель, буду рад тебе помочь.

Мозг уже во всю обрабатывал полученную информацию. То что я чуть с дуру не принял за собственный прокол, оказалось ни чем иным, как абсолютно неверным пониманием ситуации с точки зрения Нечаева.

Сделав шаг вперед, я негромко сказал:

— Допустим, что я заинтересован.

— Прекрасно, — тут же улыбнулся Нечаев. — Потому что я уже не раз и не два отправлял ребят дальше, на этажи повыше. Забудь про Романову. Эта дура непригодна к тому, чтобы расти по карьерной лестнице. Её участь — это копаться в делах тут, в управлении. А ты, я уверен, точно желаешь добиться большего. Минюст, я прав?

Сразу же вспомнилось то, что рассказывала Жанна и то, что я узнал сам. Да и зачем мне что-то выдумывать, если Нечаев уже собрал в голове собственную теорию и поверил в неё?

— Это так заметно? — спросил я со смущенной улыбкой.

— Да тут кто угодной поймёт, — весело фыркнул Нечаев. — Говорю же, ты не первый. За каким чёртом нам, аристократам, ковыряться в этом бардаке.

— А ты, значит, можешь мне помочь?

— Третьякову же я помог.

— Уверен, что не просто так, ведь так?

Его губы растянулись в усмешке.

— А ты молодец, Измайлов. Зришь в корень. Конечно не просто так. Но ты не переживай, мне от тебя ничего не нужно…

Когда человек в лицо говорит тебе, что готов оказать какую-то услугу и ему от тебя ничего не нужно, то шансы на то, что это правда столь крошечны, что их можно даже не принимать в расчёт. Нет, он явно работает на перспективу.

— Ты ведь понимаешь, как это звучит?

Несмотря на попытку говорить серьёзно, я не смог удержать веселья в голосе, но Нечаев понял это по-своему.

— Конечно понимаю, Измайлов. Но это чистая правда. Я предпочту помочь тебе сейчас…

— Чтобы ожидать помощи когда-нибудь в будущем? — закончил я за него и Нечаев кивнул.

— Именно. Рука руку моет. Я окажу тебе услугу сейчас. А ты, возможно, поможешь мне когда-нибудь в будущем. Зачем тебе сидеть тут, если ты можешь быстро подняться по карьерной лестнице? Я ведь могу сделать так, что ты уже через полгода получишь перевод, например, этаж на четвёртый. А взамен, допустим, ты мог бы потом замолвить за меня словечко перед графом.

Да. Так я и думал. Уверен, что и Третьяков получил в чём-то схожее предложение. Помочь в продвижении, а взамен хорошие дружеские отношения с помощью когда-нибудь потом. Ну, не будем его разочаровывать.

— Отличное предложение, как по мне, — пожал я плечами. — Чем меньше у меня будет работы, тем лучше. Тем более, что скоро свадьба и готовиться в первую очередь нужно к ней.

Стоило мне это сказать, как Нечаев с пониманием кивнул.

— Конечно. Уверен, что подготовка к такому делу занимает огромное количество времени. Я постараюсь тебя не нагружать в ближайшие дни.

— Звучит отлично…

— Только есть небольшая просьба.

Так, а вот это уже интересно.

— Ты же вроде бы говорил…

— О, нет-нет, ничего серьёзного. Я слышал, что граф Шувалов в субботу вечером устраивает приём. Туда абы кого не приглашают. Думаю, что ты понимаешь…

— Я думаю, что наследник барона Нечаева обязательно должен присутствовать на подобном мероприятии, — с пониманием кивнул я. — Я постараюсь донести эту мысль до графа.

— Вот и славно, — сказал он и протянул мне ладонь, которую я пожал с самой лучшей