"Фантастика 2026-187". Компиляция. Книги 1-21 - Роман Романович

Прикинув все “за” и “против”, Стужинский всё же пришёл к решению захватить людоедов. Если он подчинит их себе, то остальные племена приползут к нему на брюхе сами. Бегать по лесам, спасаясь от диких зверей Эдуарду надоело, если, как говорит Карс, там есть хорошо защищённые пещеры, то это вообще – подарок судьбы.

Он пытался узнать направление, где живут людоеды, но язык аборигенов был скуп, поэтому Стужинский решил просто: посадит Карса рядом с собой в машину, и пусть тот показывает, куда ехать.

С утра в лагере царило оживление. Шеф отдал распоряжение паковать вещи. Бойцы обрадовались – вынужденное безделье им изрядно надоело.

К Эдуарду подошёл Володя:

– Всё собрано.

– Хорошо. Сегодня последнюю ночь проведём здесь, а с рассветом отправимся в путь. Зови всех, дело есть.

Когда бойцы уселись кругом у костра, Стужинский подробно рассказал им свой план. Нужно подготовиться к захвату как можно тщательнее. Количественно людоедов больше и надеяться их одолеть нахрапом глупо. К тому же, цель набега – взять всех в плен, а не перебить. Нужны рабочие руки. Уж коль угораздило попасть в каменный век, жить, как дикарь Эдуард не собирался. Он принесёт им свет цивилизации.

– Какие будут предложения? – босс выжидающе смотрел на свои подчинённых.

– Не стоит тратить на них патроны, – рассудительно заметил Егор, – жахнем один раз из гранатомёта.

– Порушим пещеры, потом сами где жить будем? – парировал Володя.

– Тогда показательно расстрелять парочку, остальные присмиреют, – сказал Саша.

– Не факт, – сказал Эдуард, – может, разозлятся ещё больше, а нас не так много. Вспомните, какие живучие были те гиганты.

– Подъехать на машинах к самому их логову, да и дело с концом, – встрял Савва, – вон эти обезьяны, как джипов напугались.

Стужинский только саркастически улыбнулся:

– Умник, у них, судя по всему, нефть есть или ещё что-то горючее. Возьмут, да как подпалят нам машины? Дальше что?

Савва почесал затылок и насупился.

– А впрочем, я знаю, как мы поступим. Но обо всём завтра. Сегодня отъедаемся и отсыпаемся. Отдыхайте.

Наутро, собрав последний скарб, отряд двинулся в дорогу. Карс, всё ещё боявшийся машин, вжался в сиденье и тихо лопоча, указывал Эдуарду дорогу. Близко к селению решили не приближаться. Как и раньше замаскировали транспорт в лесочке неподалёку и отправились на разведку.

Эдуард взял с собой Егора, Карса и ещё двух бойцов. Подобравшись к селению, заняли удобную для наблюдения высоту. Стужинский внимательно следил за всем происходящим в племени.

– Так, – тихо говорил он, скорее сам себе,– большой амбал – это вождь. Точно. Вон как все перед ним лебезят. Старик какой-то, увешанный разной дрянью. Тоже шишка. Хмм… Разберёмся.

Почти до самой темноты сидели в засаде. Стужинский хотел хоть немного изучить жизнь людоедов. Так продолжалось ещё пару дней. Оставляя на хозяйстве Володю, Эдуард спозаранку занимал удобную высоту. Смотрел, запоминал, в уме уточняя свой план.

Вечером, вернувшись в лагерь, главарь объявил бойцам:

– Всё что надо я узнал. Завтра выступаем. Подготовьте оружие. Гранатомёт тоже возьмите, не думаю, что он пригодится, но лучше переоценить противника, чем потом пойти ему на корм, – и далее поведал детали.

Ещё затемно отряд двинулся в сторону пещер. Рассредоточившись возле поселения, бойцы заняли позиции. Как только небо посерело, обещая скорый рассвет, Эдуард открыто вышел к большому кострищу. За его спиной безмолвными тенями следовали четверо.

– Эй, выходи на бой, – крикнул Стужинский на местном наречии.

Из пещер показались удивлённые и заспанные лица аборигенов. Раздался чей-то гневный крик и на площадку вышел вождь с тем самым стариком. Это был шаман. А вот кому они поклонялись, Эдуард пока не понял.

– Ты! – ткнул пальцем в вождя Стужинский, – иди, и я убью тебя! – он мысленно поморщился, всё-таки язык дикарей скудноват.

Харя вождя от подобной наглости вытянулась, но тут же в маленьких глубоко посаженных глазах полыхнула ненависть и предвкушение – на Эдуарда посмотрели как на деликатес.

Главарь гориллоподобных людей что-то рявкнул трём своим воинам, те двинулись в сторону чужаков, грозно размахивая увесистыми дубинами.

Но не дошли.

Мёртвыми тушами распластались на земле – бойцы Эдуарда ждать не стали.

От грохота выстрелов и такой страшной мгновенной смерти, аборигены попрятались в пещеры, завывая от страха. Оставив своего вождя один на один с грозной опасностью.

Но шаман оказался смелее, или дурнее, и, что-то вереща, прыгнул вперёд. Стужинский, ловко вынув нож, метнул его старику в живот. Тот хекнул от боли, удивлённо уставился на стекающую из раны кровь, прижал руки к брюху и тяжело грохнулся на землю.

– Иди сюда, – повторил Эдуард вождю, – я тебя убью.

Противник оскалился и зарычал, перехватив копьё, ринулся на врага, другого ему не оставалось. Стужиснкий навёл на него пистолет и дикарь, сбившись с шага, замер, не зная, что предпринять.

– Без оружия, – указал Эдуард на копьё и сам первый демонстративно передал пистолет стоявшему позади бойцу, вытащил нож и бросил его на землю.

Вождь всё прекрасно понял, отшвырнул копьё, и, теперь уже смелее двинулся навстречу. Он был гораздо крупнее, уверенность зажглась в его взоре. Грозно зарычав, он кинулся с кулаками на врага. Стужинский, ловко отклонился от летящей на него туши и пинком отправил вождя на землю. Тот, пропахав пару метров, завыл от обиды, подскочил и снова бросился в атаку. На это раз Эдуард, словно радушный родственник, распахнув объятия, двинулся к нему навстречу. Он знал, племя наблюдает за битвой. Убить вождя надо зрелищно, чтобы у остальных в будущем даже мысли не возникло напасть на кого-то из его людей. Когда вождь приблизился, Эдуард ловким броском опять опрокинул его на землю. Дикарь сел, недоумённо потряс косматой башкой. Он не мог понять, как этот мелкий по сравнению с ним чужак так легко побеждает его раз за разом. Абориген решил действовать осторожнее. Обходя Стужинского кругом, выжидал удобного для нападения момента.

– Ну, всё, – фыркнул Эдуард уже на русском, – побаловались и хватит.

После чего молниеносно приблизился к вождю, броском опрокинул его и обездвижил. Можно было бы убить одним ударом, но ему хотелось максимально впечатлить и ужаснуть зрителей, наблюдавших за схваткой.

Стальные пальцы перехватили горло аборигена. Тот страшно захрипел, глаза вылезли из орбит, изо рта потекла слюна. Скоро движения его стали слабее, тело обмякло, глаза закатились. Отбросив мёртвую тушу, Эдуард встал, спокойно отряхнулся и заметил, с каким уважением и страхом смотрели на него не только местные, но и собственные бойцы.

Подойдя к кострищу, Стужинский обернулся