Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

— Как деревянные полы правильно мыть, я вам завтра покажу. А пока — все понятно? Повторите.

— Руки мыть каждый раз, как с улицы приходишь. Лапти снимать, поршни надевать. Для дома специальная одежда, — оттарабанила Акулька.

— Вот и хорошо. Сейчас мойте руки, с мылом, и Герасим вас проводит в девичью, располагайтесь там, вещи свои оставьте. — Я кивнула на узелки под лавкой, явно появившиеся вместе с девочками. — Решите, кто из вас сегодня будет посуду мыть и кухню после готовки, а кто стирать. Я за платьями схожу.

Герасим торопливо закивал, но с места не сдвинулся, видимо, опасаясь за свои лапти.

Когда я вернулась на кухню с двумя старыми платьями, девочек там уже не было.

— Ой, Глаша, повеселила ты меня! Дедушка за чистотой следит! А Герасим почему без кафтана с золочеными галунами ходит? — поддела меня Марья Алексеевна.

Почему-то ее подколки совершенно не показались мне обидными. Я рассмеялась:

— Ничего, справим и Герасиму униформу. Дайте только срок хозяйство поднять.

Она посерьезнела.

— Люди, конечно, судят о хозяйке по прислуге, так что хвалю. Но не переусердствуй.

— Пыль в глаза пускать не буду, — заверила ее я. — Но и тащить на кухню куриный помет на подоле юбки тоже не дело.

Подходя к девичьей, я услышала:

— … правду бают, странная она… Но вроде не злая.

— … говорят, ейный жених сбежал, она умом и тронулась…

— … тетка-то ее сама как сова лесная была, чужих не любила…

Я встряхнула платья, чтобы ткань хлопнула, подчеркнуто тяжело шагнула. Половица скрипнула под моими ногами, голоса стихли.

Пусть сплетничают между собой, так уж люди устроены. Главное, чтобы работали как следует.

Поминальный ужин близился к концу. Если не случится какой-то пакости напоследок, скоро можно будет расслабиться и наконец отдохнуть. Весь остаток вчерашнего дня мы с Марьей Алексеевной провозились на кухне, да и сегодня пришлось проснуться еще до рассвета, чтобы успеть с хлебами и пирогом, проверить холодец.

Даже Варенька не стала кривить носик и по мере сил помогала с готовкой. Угощение удалось на славу. Блины — непременный атрибут поминального стола, как и кутья. Рис, или сарацинское пшено, как его называли здесь, возили из-за границы, и был он непомерно дорог. Поэтому поминальную кашу приготовили из пшеницы. С маком, изюмом и медом, как полагается.

Настоящей царицей стола стала кулебяка на пять углов. Первая начинка — с рыбой, и Варенька не поленилась собственноручно выбрать из нее все косточки. Вторая — загодя размоченные сушеные грибы с обжаренным луком. Третья — яйца с луком зеленым. Четвертая — потушенная со сметаной морковь. Пятая — щавель с яйцом. Каждая начинка аккуратно отделялась от соседней тонкими блинчиками, не позволяя перемешиваться вкусам.

Дополняли стол куриная лапша и холодец. Я боялась, что он не успеет застыть, но все получилось.

Гости начали съезжаться загодя. Первыми приехали Северские. Князь, как всегда, суровый, подчеркнуто элегантный. Княгиня с малышкой на руках, за их спиной маячила девочка-подросток с узелком — нянька, догадалась я.

— Прошу прощения за нарушение этикета, — сказал князь, поклонившись. — Я сознаю, что ребенку не место ни в гостях, ни на похоронах, однако надеюсь на вашу снисходительность.

— Это я виновата, — вставила княгиня со смущенной улыбкой. — У Аленки режутся зубки, и она не отпускает меня надолго. Матрена присмотрит за ней, чтобы она не доставляла вам хлопот.

Девчушка в кружевном платьице у нее на руках беззубо разулыбалась. Я не могла не улыбнуться в ответ.

— Ну что вы, как такое чудо может доставить какие-то хлопоты? Конечно, я позабочусь о том, чтобы устроить ее няньку как следует. Я очень вам благодарна, что вы нашли возможность приехать, несмотря на все неудобства.

И это была правда. Подчеркнутая поддержка Северских была сигналом для остальных дворян. Они наверняка уже знали что князь и княгиня почтили меня своим вниманием, потому что мало кто решился проигнорировать мое приглашение.

Хорошо, что Марья Алексеевна еще вчера предупредила, что некоторые гости могут приехать с челядью. Мы подготовили мезонин, и сейчас Герасим отвел няньку туда.

Потом потянулись другие гости, приглашенные и не очень. Прогонять с поминок я бы не стала, даже если бы не знала, что обычай это запрещает.

В числе прочих был Денис Владимирович Крутогоров, с которым я собиралась поговорить о досках, и его жена. Он поклонился с непроницаемо вежливым выражением лица — поди разберись, что у него на уме. Ольга Николаевна же посмотрела на меня, будто солдат на вошь.

Однако выражение ее лица мгновенно изменилось, когда она перевела взгляд на стоящего за моей спиной Стрельцова. Ольга расплылась в улыбке, голос стал мягким и томным.

— Кирилл Аркадьевич, какими судьбами! Вот уж не ожидала встретить вас в этой глуши. А помните, как мы гуляли в саду у графини Трубецкой? Это было давно…

— Ольга Николаевна, рад встрече. — Радость в его голосе я бы не расслышала даже со слуховым аппаратом. Прежде чем склониться к протянутой для поцелуя руке, Стрельцов помедлил, и, судя по неудовольствию, промелькнувшему на лице дамы, она это заметила.

Войдя в дом, она брезгливо огляделась, так что мне даже на миг показалось, будто где-то под лавкой забыли протухший мусор, чего не могло быть в принципе. Та часть дома, куда допустили гостей, была вылизана до блеска, хотя на весь особняк мне, к стыду моему, так и не хватило ни времени, ни рук.

— Какой у вас замечательный дом, — снисходительно протянула Ольга Николаевна, уставившись на отошедшие от стены обои. — Тут так уютно.

— Да, — я сделала вид, будто не замечаю этого взгляда, — и станет еще уютней, когда я займусь этим домом как следует.

— Мой дед считал, что перестроивший дом хозяин непременно умрет. Так оно и случилось.

Я пожала плечами.

— Я не верю в подобные глупости.

— В любом случае сочувствую вам. Переделка наверняка введет вас в немалый расход, а ваша тетушка все время плакалась о своей бедности.

Я улыбнулась:

— Благодарю за сочувствие, но оно излишне. Настоящая женщина, как говорят, умеет сделать из ничего салат, шляпку, скандал…

При этих словах Денис с полуулыбкой покосился на свою жену.

— … и ремонт.

Последний пункт я придумала только что, но вряд ли здесь кто-то мог уличить меня в этом.

— Возможно, по первым трем пунктам я не