Такидзиро - Семён Афанасьев

я действительно периодически в бешенстве в адрес ни в чём не виноватого Решетникова не потому, что он не такой, а потому, что тараканы в моей голове рвут меня на части в разные стороны?

Дальше финансистка сделала усилие и без паузы призналась себе, что интерес к конкретному персонажу есть — для первого этапа более чем достаточно. В отличие от так называемого интереса к хафу (о чём уже устали твердить наедине дед и лучшая подруга), здесь всё гораздо более презентабельно.

И перспективно — оценивать перспективу Хаяси Хонока умела профессионально. В любом аспекте.

— Мы здесь без официоза, Даити-сан, все свои. Проходи, располагайся где хочешь. — Тем временем Ута на правах старой знакомой вальяжно махнула опоздавшему рукой. — Хоть и рядом с Хонокой-тян падай, всё равно тебе её потом отвозить к Регулятору (вы там должны появиться вместе).

Кажется, Уэки всерьёз решила нас свести поближе, с неожиданным азартом подумала глава финансов — и тут же испугалась собственных мыслей.

Ута удачно сгладила паузу:

— НА ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ, ВДРУГ КТО НЕ ЗНАЕТ, — айтишница подняла руку, нахально перехватила слово (хотя по правилам рабочих групп такого быть не должно). — Это Огихара Даити-сан, атташе по культуре посольства Японии в Пекине. Прошу любить и жаловать; это он вместе с нами грудь под пули подставлял и нас на дипломатических номерах в аэропорт запихивал, нарушая все правила, какие только нельзя.

Присутствующие дружно напряглись на ровном месте: кое-чья манера не иметь тормозов выбивала из колеи всех без исключения, может, кроме Хьюги.

— Я уже не атташе, — товарищ Решетникова тем временем обаятельно улыбнулся.

По спине Хоноки пробежали мурашки.

— Отозван на родину в распоряжение министерства после того инцидента, хорошо, без ноты с китайской стороны — хоть личное дело не пострадало. Почти. — Дипломат смотрелся аристократично.

— Огихара, знакомая фамилия. — Хьюга меланхолично потерла затылок, листая на планшете сложную управленческую таблицу по контролю качества. — Огихара-сан, вы на неделе случайно не были у меня на спорткомплексе? В здании Йокогамы?

— Да, входил по разовому пропуску, его ещё подтверждали звонком вам. — Дипломат обошёл стол и действительно сел рядом. — Правда, вас тогда не увидел, хотя и наслышан от Такидзиро-куна.

Хонока покраснела от близкого соседства, хотелось верить, неуловимо. Мидовец показался приятным ещё во время шапочного знакомства в зоне отдыха присноизвестного массажного сектора Атлетики. Он тогда даже переодеваться не стал: как был в костюме, что-то коротко обсудил с Решетниковым и тут же откланялся.

— Суровая у вас память, — впечатлился Огихара и уважительно кивнул Хьюге.

— Положение обязывает. Разовые абонементы при моей лицензии всегда держишь в голове, — пловчиха прикрыла глаза. — Хаяси-сан, что дальше? Извините, что напоминаю модератору, но давайте вернёмся к совещанию?

— Конечно. — Хонока мгновенно перетекла в официальную ипостась. — По рекламной поддержке стартапа стратегия следующая…

— Нет, там всё устроено чуть не так. — Китаец Ван, тоже акционер новообразованной японской компании, пытался в третий раз объяснить японскому дипломату значительный (с точки зрения Хоноки) нюанс.

Получалось не очень; возможно, потому, что через переводчика — младшую сестру Миёси Моэко (хотя на взгляд финансистки девчонка по-китайски болтала так же непринуждённо, как и на нихонго).

— Давайте я попробую? — Хаяси мягко тронула девочку за локоть. — Я буду говорить по-японски, а вы, пожалуйста, переведите меня на китайский? — если бы не тренинги Коюмэ, думала она про себя, от таких изменений в себе впору было бы психиатра срочно разыскивать.

Неболтливого, опытного, компетентного психиатра, с которым человек моего уровня может разговаривать свободно и не сдерживаться. Потому что такое хорошее настроение как сейчас — это приятно, но перманентная эйфория при моей профессии… н-да.

Неужели дело, как говорит Ута, и в самом деле в присутствии этого мужика рядом?

Ута говорила не совсем так, но глава финансов Йокогамы различия формулировок проигнорировала. Быть может, где-то даже сознательно.

Ута перед совещанием прижала Хоноку к стене в коридоре и, старательно контролируя громкость (чтобы не услышали в кабинете), на одном дыхании выпалила:

— Я дёрнула себе на комп по сетке твои сеты с Коюмэ!

— Ты что, их прочла⁈ — Хаяси искренне собиралась возмутиться.

Это неправильно! Это личные персональные моменты! Использование служебного положения, банальный взлом чужого массива информации! — она даже воздух набрала, но Уэки стремительно стала взрослой и серьёзной (что с ней случается нечасто):

— Просто не отпускай своих противных шпилек в адрес одного человека. Всё. Больше ничего делать не надо! Не надо напрягаться, думать о принципах, перешагивать через себя, упиваться своей холодностью! Просто как радушная хозяйка сделай одному конкретному дипломату комфортно на нашей рабочей группе! Всё, больше ничего не надо! И захлопни рот, а то муха залетит.

Возражения неожиданно рассосались и Хонока чуть растерянно ответила:

— Почему ты делаешь из меня монстра? Хорошо, если ты так просишь, без проблем. Попробую.

— Не надо пробовать! ПРОСТО. СДЕЛАЙ. ТАК. ЧТОБ. НОВОМУ. ЧЕЛОВЕКУ. БЫЛО. КОМФОРТНО. С. НАМИ. Если для тебя оно важно, в делах нам его помощь уже актуальна!

— Если тебе так надо — сделаю, — глупая зацикленность подруги на третьестепенном стала резко раздражать.

Хонока убрала предплечье Уты со своего горла и двинулась в кабинет, где все ждали лишь их.

— Это не мне надо, а тебе, дура ты набитая. — Пробормотала маргиналка Уэки в затылок, они как раз входили в двери.

По счастью, никто не услышал.

— Есть трастовая компания в Гонконге. Ваш знакомый, — кивок в сторону Вана, — передал им деньги в управление. Траст, в свою очередь, владеет компанией, где лежат деньги. — Объяснять мидовцу было приятно, однако понимания в его взгляде не добавилось.

Хонока придвинула лист А4 и нарисовала схему:

Инженер Ван (учредитель траста)

↓

Траст (управляющая юрфирма)

↓

Гонконгская компания

↓

Банковский счёт

↓

Деньги

— На этой бумаги каждое слово понятно, — пошутил Огихара. — Неясно только, в чём фишка. Извините за тупость, я бесконечно далёк от специфики вашей профессии.

— Без проблем. Знали бы вы, сколько моих коллег от специфики профессии также бесконечно далеки, — Хонока улыбнулась и по глазам собеседника увидела, что тоже ему интересна.

А ведь он не женат — в голове всплыли наставления Уэки, во время которых подругу хотелось схватить за горло, прижать посильнее и стукнуть затылком об стенку. Точнее, постучать — несколько раз.

— Важная деталь: инженер Ван формально больше не владеет деньгами. Ими владеет траст через компанию. — Хаяси добросовестно повернулась к переводчице, сосредоточено бормочущей в ухо китайцу. — Я верно уловила вашу мысль?

— Да! — хань энергично закивал, его лицо просветлело впервые за последнюю четверть часа.

— Итого имеем.