Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

— Хм-м…

Перспектива прогонять все фото через базу распознавания лиц… И не абы какую базу — с персонами весьма специфичными, часто меняющими облик и крайне избегающими публичности… Правда, все запросы будет видеть ИСБ, но это можно было потерпеть.

— На недельку… — Потянулась принцесса вверх руками, словно кошка.

— Согласен.

— А еще я хочу…

— Спокойной ночи, — закрыл я дверь и отправился досыпать хоть малую часть этой ночи.

Потому что чем больше слушаешь женщину — тем больше ей должен. Это я еще по сестрам понял.

— Ваши новые друзья не похожи на тех, кто станет бороться за равенство, — язвительно вставил слово де Клари, стоило лифту вновь заработать на подъем.

— Зря вы так думаете, — попенял я ему. — У любой революции должно быть боевое крыло. Пока первые восемь прибывших будут знаменем перемен, кто-то должен обеспечивать деньгами их порывы души.

— То есть, грабить.

— Грабить награбленное! — Вставил я важное уточнение. — Согласитесь, это сейчас господам удобно изымать неправедно нажитое у бандитов. А что делать, когда Любек кончится? Им же явно понравится и захочется продолжить. Мы дадим им идею!

— А если к вам придут грабить награбленное у грабителей?

— Таких анархистов мы презираем, — веско ответил я, выходя в открывшиеся двери.

К собственному удивлению, выспаться удалось — судя по мягкому естественному свету по пробуждению, шел восьмой-девятый час, а раз меня не разбудили, то все живы и даже не покалечились. Для двух десятков молодых людей под одной крышей — уже достижение.

— Что? — настороженно посмотрел я на стоящего у постели графа Ломова. — Драка? Дуэль? Кто-то свернул себе шею в ванной? Господин полковник зашел в комнату к дамам? К принцессе? К господам?!

— М-м, нет.

И что-то Ломов мялся, то ли не зная, с чего начать, то ли не желая говорить, и я не мог угадать — даже тревожно как-то становилось.

— К Марте?!

— Марта! То есть, нет. — Покачал он головой.

И я только сейчас увидел серые тени под его глазами — юнкер еле удерживался ото сна: взгляд чуть расфокусирован от усталости. Но, видимо, информация все же была не настолько срочной, чтобы будить руководство. И не настолько пустяковой, чтобы оставить на вечер.

— Говорите, как есть, и ложитесь спать, ваша светлость, — я сел на кровать, нашел ногами тапочки и взглядом отметил кресло, куда вчера сложил всю одежду.

Осторожно поднялся, прислушиваясь к травмированной ноге — вроде как, больше не отзывалась болью. Перенес на нее вес, переступил с пятки на носок — даже настроение приподнялось.

— Есть проблемы с Йоханом, Мартой и могут быть проблемы с прибывшими вчера господами. — Собрался с мыслями Ломов. — Вы вчера изволили поспособствовать Марте с необходимыми в хозяйстве отеля вещами. А их светлости, прибывшие вчера, привезли с собой изрядное количество продуктов, вещей и разнообразных товаров… М-м… Марта посчитала, что может взять часть их для нужд отеля.

— И в чем проблема? — Принялся я одеваться.

Откупимся, в самом деле. Разумеется, если вещи не личные — тогда точно ожидались разборы полетов.

— Дело в том, что за время без электричества в отеле накопилось много одежды для стирки… А Марта посчитала, что порошок в черных мешках — стиральный…

— Та-ак…

— Порошок, к слову, комкался и стирал отвратительно. Йохан взялся достирывать вручную в знак примирения, так как Марта заметила, что он сытый и весьма оскорбилась…

— Я понял, — махнул я на Ломова рукой и указал на расстеленную кровать. — Ложитесь спать, ваша светлость. Я разберусь.

Повторять не пришлось — мгновением позже граф уже спал, свернувшись на краю кровати. Только обувь сбросил и подбил под живот подушку.

Я прошел через пустые комнаты — там, где ночевал Де Марет, ароматно пахло кофе, а там, где его сиятельство Давыдов — отчего-то незнакомыми духами… Тревожно.

Но для начала требовалось разобраться с Йоханом, Мартой и сопутствующим ущербом — сколько они там дорогостоящего и особо чистого порошка извели, и как за него рассчитываться с хозяевами добычи… Впрочем, это мне впору выставить им счет, чтобы не тащили в мой отель всякую дрянь. Лично уничтожу остатки — и пусть попробуют сказать хоть слово.

Оказалось, что беспокоиться в первую очередь стоило за здоровье сотрудника.

Ибо раскачивающийся в углу, сжимая руки коленями, и бормочущий что-то под нос хозяин отеля — это совершенно не то, что сейчас было нужно. Рядом стоял тазик, наполовину заполненный мутноватой взвесью и постельным бельем. Часть воды была разлита по синему кафельному полу узкого и длинного хозяйственного помещения, дотекая до раскрытого черного пластикового мешка, из которого торчала ручка мерного совочка.

— Единороги… — прислушался я к оживлённому шептанию старика и поймал взгляд его красных воспаленных глаз. — Единороги! Я должен спасти единорогов!

— Йохан, единорогов нет. — Терпеливо попытался достучаться я до его сознания.

— Нет? — Спросил он с наивным взглядом ребенка.

— Совсем нет. — Подтвердил я.

— Значит, я не успел! — Пригорюнился Йохан.

Пришлось надевать на его пальцы парочку перстней из тех, что постоянно носил сам, и терпеливо ждать, пока продукты интоксикации исчезнут из крови.

— А что я здесь делаю? — Похлопал старик глазами, когда эффект артефактов основательно прочистил ему мозги.

— Стираете белье в кокаине, — терпеливо пояснил я, указав, соответственно, на тазик и мешок.

— Никогда со мной такого не было… — автоматически произнес он. — А где Марта?

— Зависит от того, какие она использует духи, — задумался я, а затем подошел к черному пакету. — Вы мне не поможете слить это в канализацию?

— А-а… — Завис Йохан, переводя взгляд от тазика к мешку и обратно.

— Тут миллионов на двадцать, — приподнял я отраву.

— А можно — я? — С затаенным дыханием попросил хозяин отеля. — Подумать только, в моем отеле сливали в канализацию…

— Не вздумайте хвастать! — Жестко прервал его я.

— Только внуку! — Пробормотал он, аккуратно скидывая содержимое мешка в огромную стиральную машину. — Сейчас мы его пару раз быстрой стиркой… И, ваше сиятельство, если это важно: Марта не терпит туалетную воду и духи.

— А вот это уже скверно. — Быстрым шагом направился я узнавать текущую диспозицию в отеле.

Вышел из подвала с техническими помещениями, поднялся в холл, где и был перехвачен взволнованным Раулем.

— Имя? — Напряженным тоном произнес я.

— Не знаю. — Отрицательно замотал он головой и виновато посмотрел наверх.

— Вы же были, когда они представлялись!

— Они вообще не представлялись! Зашли вдвоем пять минут назад прямо через защиту отеля, сказали, что к вам и сразу поднялись наверх! Один — огромный такой, как медведь!

— Твою же… — рванул я по лестнице наверх, отмахнувшись от попыток Рауля оправдаться.

Потому что