"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

Арнгрим посмотрел на Крума долгим, немигающим взглядом. Крум был не из пугливых, но от этого взгляда ему стало не по себе. Прежде – в те времена, когда Арнгрим еще был Везунчиком, – он никогда так не смотрел…

– Может, так оно и есть, братец, – медленно проговорил ярл. – Верно, так и есть…

Глава 3. Проклятое племя

Кайя открыла глаза и увидела, что лежит на песке на незнакомом берегу.

«Где я? – подумала она, моргая. – Что со мной? Я жива… или это уже берег Нижнего моря?»

Мягкий свет солнца разливался по небу, матово просвечивая сквозь рябь облаков. Ночь или день – поди пойми.

– Оляпка, – прошептала Кайя, – приди, мой сайво…

Маленький сайво тут же дуновением тепла шевельнулся за пазухой.

«Я жива!» – выдохнула девушка.

С моря доносился тихий мерный плеск набегающих волн.

«Вода далеко… Уже отлив…»

Кайя шевельнулась и тут же застонала от резкой боли во всем теле. Особенно мучительно ныли плечи и руки. «О мать-чайка, кажется, я больше никогда не подниму их!»

Вокруг все казалось одновременно и знакомым, и чуждым. Кайя вновь усомнилась, уж не на берег ли Нижнего моря вынесли ее волны. Там же весь мир навыворот – и море не с той стороны, и солнце светит не там, где ему положено…

«И я увижу родителей!»

Кайя заставила себя успокоиться. Сайво все еще с ней – значит, она не утонула.

Чуть повернув голову, Кайя покосилась в сторону. Песчаный берег, поросшие травой дюны… Берег убегал вдаль, туда, где гладь моря сходилась у окоема с синеватой полосой леса.

«Северный берег! – сообразила Кайя. – Вот почему здесь все наоборот! Я пересекла Змеево море!»

Тут ей разом вспомнилось ее плавание. Бешеная пляска волн, свист ветра, споры с короной, сияние из-под воды, борьба со сном, бесконечная усталость… Грохот прибоя, первые лучи рассвета и молитва Кавраю.

– Спасибо тебе, Отец чар! – с глубоким благоговением прошептала Кайя.

Она даже не сомневалась, что именно заступничество бога шаманов помогло ей пристать и выбраться на берег. Кто бы еще ей помог? Не корона же?

«Пристать… Где моя лодка?!»

Кайя подскочила, забыв про сон и боль в теле. Однако сразу же перевела дух, увидев кережу совсем рядом. С виду лодка совершенно не пострадала. Вон вся поклажа на месте, в крепко привязанных мешках из тюленьей кожи. Только мешки, кажется, открыты…

Кайя недоверчиво прищурилась.

«Кто открыл мешки? Как я выбралась из лодки?»

Девушка оперлась на руку, собираясь встать… И тут рядом, будто в ответ на ее движение, раздался прерывистый вздох. Кайя резко обернулась – и увидела незнакомцев.

Неподалеку от нее кружком расположились несколько человек. Они сидели на корточках и молча глядели на девушку, положив на колени короткие копья. Судя по их виду, ждали они так уже давно.

– Кто вы? – спросила Кайя, растерянным взглядом скользя по чужакам.

Впереди, ближе к ней – две женщины и старик, позади – толпа подростков. По лицам – вроде люди, по одежде – и не скажешь. Впервые Кайя видела такое – одежда безо всяких обережных узоров на живом человеке.

По спине снова забегали мурашки. Кому больше не нужны обереги от вредных духов? То-то же…

Кайя со вздохом села на колени и приветствовала чужаков низким поклоном.

– Здравствуйте, предки! – торжественно произнесла она. – Правда, не знаю, следует ли желать здравия там, где больше нет смертных тел… Где же мои отец и мать? Почему не вышли обнять свою дочь? Разве они…

Голос Кайи дрогнул. О чем она? Ишь, размечталась! Конечно, родителей здесь нет. Их жизни забрало чудище из моря. Их души, наверно, у него в плену…

«А бабушка Морошка?»

Кайя нахмурилась. Бабушка должна быть здесь! А ее встречают какие-то чужие мертвецы…

– Почему вы пришли? – строго спросила она. – Вы не моего рода!

Жилистая крепкая женщина средних лет, что находилась к ней ближе всех, усмехнулась.

– Это верно. Ты и одета, и говоришь не как мы, хотя твоя речь нам понятна. Ты приняла нас за мертвецов?

– Вы разве не…

– А мы приняли за мертвую тебя. Ты лежала в погребальной лодке со всем добром, с пищей в дорогу, как положено. Утренний прилив выбросил твою лодку на отмель, чудом пронеся между острыми скалами. Мы заметили, что ты дышишь, и вытащили тебя на берег. И ждали…

– Пока я не замерзну насмерть? – не удержалась Кайя.

– Ждали, что ты сделаешь и скажешь, когда проснешься, – спокойно продолжала женщина. – Если ты думаешь, девушка, что нам не приходилось возвращать в исподний мир ходячих мертвецов, то сильно ошибаешься…

Кайя покосилась на копье в руках женщины и подумала, что та, похоже, отлично умеет с ним обращаться.

– Чтобы выжить на этом берегу, дитя, надо уметь быстро понять, кто перед тобой, – произнес сидевший рядом с женщиной худой старик. – Проснувшись, ты первым делом вознесла хвалу Отцу шаманов. Мы тоже чтим Каврая… Но ты слишком молода для гейды.

– Я была ученицей гейды, – ответила Кайя на невысказанный вопрос. – И да… я теперь тоже говорю с духами. Но это на самом деле случилось совсем недавно.

Старик и женщины переглянулись. «Небось залезли в короб с короной!» – с тревогой подумала Кайя и добавила:

– Моя наставница умерла, и я унаследовала ее силу. Меня охраняют могучие сайво моря и сам Каврай!

– Несомненно, так оно и есть, иначе ты не добралась бы сюда живой, – кивнула первая женщина, поднимаясь с корточек. – Как тебя звать, юная гейда?

– Люди зовут меня Чайкой.

– А меня – Сельга. Я – глава рода, та, что ведет наше племя. Вернее, все, что от него осталось. Как видишь, нас не слишком много…

– Ваших мужей убили враги? – спросила Кайя с сочувствием.

Она давно уже заметила, что среди тех, кто вышел на берег против «ходячего мертвеца», не было ни одного взрослого мужчины.

– Когда от племени отворачиваются его собственные боги, – вздохнула женщина, – врагами становится все: море, земля, духи, звери…

Кайя в замешательстве скользила взглядом по изможденным лицам живых людей в погребальных одеждах. Да они и были мертвы при жизни. Но как такое могло случиться? Что натворили эти люди, если даже родной зверь-предок от них отказался?

Сельга встала, подошла к ней и протянула руку:

– Мы поможем тебе, юная гейда. Пойдем с нами, если не боишься.

* * *

Огонь ярко горел, согревая и разгоняя кровь, возвращая жизнь