Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

другим наука. Сколько ни пей чужой кровушки, итог один. Каково это понимать на старости лет, что всё, чего добился — это шконка в вонючей камере? Не мести ради, а науки для. Для начинающих ширяев было бы поучительно.

— А ты не слишком ли охренел, мальчик? Валить! Посмотрите на него! Понравилось с Гагариным, да?

— Что именно, Владимир Кажимович?

— А вот ты мне и скажи, что именно, молодой засранец!

— Эта роль ругательная, и прошу ко мне её не применять, как говорится. А то мы так далеко можем зайти.

— Давно уж пора зайти подальше, — недовольно заметил Садык, — заплыть на глубину. А то что-то уж больно долго мы с тобой цацкаемся, да всё из лягушатника выскочить не можем. А ты только и делаешь, что ничего.

— Серьёзно? — усмехнулся я. — Вы думаете, что я делаю ничего?

— А что мне думать? Птицу видно по помёту, а человека по делам. Я вот для того, призвал вас, господа хорошие, чтобы сообщить, пора нам Краснова покрепче в оборот брать, а? Александр Николаевич, где отчёт по его болевым точкам? Подготовили?

— В процессе, — ответил Чердынцев.

— Пора нам со всей пролетарской настойчивостью на его болевые точки жать, — усмехнулся Садык и взглянул на меня. — В турму сажать тебя будем. Как ты, готов? Достал всех твой балет, если честно.

— Простите, а кого всех?

— Да всех. Задача тебе ставилась максимально конкретная. Но пока, как агент ты никакой пользы не принёс.

— Неблагодарное человечество, — усмехнулся я.

— Да я понять не могу, — качнул он головой, — зачем ты нам такой нужен? Ты играешь, хулиганишь, пистолетиком балуешься.

— Каким ещё пистолетиком? — сделал я невинное лицо.

Кстати, вместо «Глока» нужно было теперь другой «Глок» покупать, чтобы на глушак второй раз не тратиться. А этот ствол уже был в базе КГБ, сто процентов. И данные баллистической экспертизы, проведённой с извлечённой из тела Пятака пулей — тоже.

— Каким? — поморщился Садык, подтверждая мои опасения. — Тем, что стреляет пульками девять на девятнадцать, Парабеллум. Не знаешь такой?

Я дам вам парабеллум…

— Даже сообразить не могу, о чём речь, — пожал я плечами и глянул на Чердынцева, не понимая пока, к чему Садык клонит.

— Нет, Краснов, это я сообразить не могу, зачем мне тебя держать. Ты вот к Ширяю мотаешься, шуры-муры с его внучкой крутишь. А зачем? Мне что с того? Ты ещё и нас нагибаешь постоянно, под свою дуду плясать заставляешь — то цыгане, то похитители, то опять цыгане. Всякая дичь, бляха. Всякая дичь! Помощник замгубернатора погиб. При очень странных обстоятельствах. А ты где-то рядом находился. На машине и, что интересно, без документов. По всем коридорам власти вой стоит, плачь и скрежет зубов. А ты вот такой прям мальчик-зайчик, да? С новым годом, всем — бобра. Точно? Скажи вот только, нахера мне тебя выдёргивать каждый раз из очередной жопы? Для чего?

— По старой дружбе, — криво ухмыльнулся я, повторяя мимику Бешеного. — Кстати, Владимир Кажимович, пара слов про Гагарина. Я к Новому году не успел, хотел вам подарок сделать, придётся полуфабрикат отдавать. Нюткин Давид Михайлович, коллега Гагарина.

— Неужели? — отмахнулся Садык.

— Территория на которой был убит Гагарин и его водитель принадлежит Нюткину. И там было начато строительство гаражного комплекса, но стройка была остановлена по причине…

— Краснов, не зли, я и так еле держусь! Нахер мне не нужен твой Нюткин с его стройками, откатами, криминальными кредитами и всем остальным, что ты там хочешь на меня вывалить. Ты думаешь, ты колобок, да? И от дедушки, и от бабушки? Нет. Я терпел твои выкрутасы только пока была возможность получить пользу. Понимаешь? Пользу! Для страны естественно.

— Естественно, — с серьёзным видом повторил я.

— Я тебя убью, Краснов. Но пользу извлечь не удалось. И что мы имеем? Никиткина долька в РФПК у кого? У Ширяя. Варвара где? В колодце? Катерина куда свалила?

— В Дубай. Кстати, это вы к ней албанского гражданина посылали или Нюткин?

— Опять он со своим Нюткиным. Всё, забудь. Отряд Загребова временно сошёл с дистанции. Им шухера с Гагариным надолго хватит. Ты меня не отвлекай. Где Шалаева? Куда она из Дубая исчезла? Может, тоже в живых давно нет? Усы где? В манде? Так может это всё благодаря тебе? Может, ты пашешь на Ширяя а мне мозги делаешь?

— Нет, я на государство, Владимир Кажимович. Исключительно ради пользы.

— В общем так, я делаю тебе предложение, от которого нельзя отказаться. Если не будет через неделю реальных результатов, расстаёмся. Причём, расстаёмся со скандалом, разделом имущества и судебными тяжбами. Там уже восемнадцать не за горами, да? Вот и мотай на ус, что к чему.

— Умеете вы заинтриговать, — покачал я головой и прищурился, поскольку ничего доброго от этих предложений не ждал.

— Значит так, в течение недели мне нужен безопасный доступ к сети РФПК. Тебе Гагарин давал прогу, ты помнишь? И что с ней? Где доступ? Это первое. Мне нужно знать, где находится Шалаева. И где находится Панюшкин. Мне нужно, чтобы ты это выяснил.

— По «РФПК». Сеть скорее всего только её и касается, остальные ширяевские дела через неё будут недоступны.

— Действуй, а не ищи отговорки. Мне, как раз, надо чтобы остальные ширяевские дела были доступны.

— Вообще-то, кто не торопится и идёт медленно-медленно, получает всех овец из стада, вы в курсе?

— Это ещё что значит? — нахмурился Садык.

— То, что у меня есть условие, — сказал я, взял бутерброд и откусил большой кусок. — М–м-м… вкусно!

— Я ослышался, Саша? — повернулся Садык к Чердынцеву. — Он сказал «условие»?

— Да, — кивнул тот. — Он так сказал.

— Ты подавиться не боишься? — угрюмо спросил он у меня.

— Кому суждено дожить до ста лет, лососем с козьим сыром не подавится.

— Во даёт… у меня даже слов не осталось. То есть я распинался здесь, объяснял, как всё херово для тебя, а ты ещё и условие хочешь поставить?

— Да, и это условие — Сергеев.

Садык пару раз хлопнул глазами, а потом засмеялся. Недобро, правда, но всё-таки.

— Вот засранец, а? Ну, что теперь, опять будешь всё на Усы валить?

—