Долг человечества - Артем Сластин

— Это справедливо. — Согласился я. — Пусть и не очень благородно. Ну да и я не Робин Гуд.

— А чего ты вообще пошел? От ремесленника в лагере много пользы. Больше, чем на разведке близлежащих земель. — Не отреагировал он на мою фразу.

— Много причин. — Уклонился я от ответа, но судя по сверлящему меня взгляду, конкретики от меня ждут так или иначе. Потому решил продолжить. — Главным образом из-за ингредиентов, которых мне не хватает. Да и в целом, когда глядишь на все своими глазами, думается проще.

— Тут не могу не согласиться. — Расслабил плечи лучник. — Сам, бывало, отмахивался, когда кто-то что-то рассказывает по работе. Всегда просил скинуть файлом, только тогда нормально информацию воспринимал.

Конечно, сказал я ему не все. Он играет в молчанку, щупает меня на предмет вшивости, держится вместе с Женей особняком. Накопленное недовольство еще с той стычки никуда не делось, а в условиях непрекращающегося стресса оно только множится.

Тем более, что я не слишком активен в последнее время, все больше времени посвящая ремеслу. Это не плохо, меня даже устраивает, но к моменту, когда у нашего испытания будет какой-то эпилог, я хочу знать как можно больше. А учитывая модель поведения Антона, что-то мне подсказывает, что по возвращению с осмотра территорий, найди он что-то интересное или узнай какой-то факт, вряд ли он этим поделится.

Меня же интересовало многое в округе, и в том мне поможет идентификация. Нужен мел, кальций, какие-нибудь растения с ярким ароматом, близлежащий водоем, способ подняться на гору по левую руку от меня, да чего греха таить, чем больше узнаю, тем лучше сориентируюсь, когда решения потребуется принимать максимально быстро.

Вылазка вдвоем имела как свои плюсы, так и минусы. Из плюсов могу отметить скорость, с которой мы продвигались по бесконечным буреломам и заболоченным участкам леса, а также то, что именно Антон знал местонахождение пещеры, которой он ранее интересовался.

Минусы до безобразия просты, и в своем праве Антон их уже обрисовал: если что-то пойдет не так, он меня бросит без зазрений совести, и попытается спастись сам. Не могу сказать, что я удивлен, но тем не менее знать, что на помощь рассчитывать не придется, удручает. Лично для себя я решил не делать столь категоричных заявлений, однако в голове держал тот факт, что если придется — я бы все-таки поискал способ помочь. Разница в менталитете мышления одиночки и человека, искренне ответственного за то, чтобы сделать жизнь окружающих лучше. Пусть и в ущерб себе. Кто прав — покажет время.

Пока шли друг за другом, в рядок, я оглядывался по сторонам и частенько прибегал к идентификации, и на всякий случай, копьецо оставшееся от греллинов, держал в руках. Гадость конечно, больше похожая на детскую поделку, чем на оружие — но лучше, чем голые руки.

Из того, что мне было бы интересным, едва ли что-то нам удастся найти. Но, по правде говоря, я действительно искал нечто конкретное, и найти это нечто я смогу разве что в силикатных или карбонатных породах, а для того нам нужно смещаться левее, к скальному массиву, но двигаемся мы пока что прямо.

— Что ты знаешь о той пещере? — Прервал я тишину, разбавляемую редкими естественными шумами леса.

— Ничего. — Антон был немногословен. Но, подумав с полминуты, решил добавить ни с того ни с сего. — Помнишь, в начале, когда вся эта жесть началась, и был дан отсчет двух месяцев, наши наблюдатели сказали, будто в лесах что-то скрыто?

— Припоминаю. — Кивнул я и приготовился слушать дальше.

— Вот у меня чуйка, что это оно. — Сказал лучник, но не пояснил, с чего бы у него такое предчувствие. Потому я решил спросить прямо.

— С чего такое мнение?

— Ты в горы ходил когда-нибудь? — Спросил он меня.

Я покачал головой. Антон шумно выдохнул и продолжил.

— Движение тектонических плит, при их столкновении, выдавливает наверх массивы породы из-под земли. Так формируются горы. В их недрах могут залегать различные магматические и металлосодержащие руды, уголь, да что угодно. Но я говорю сейчас не о ресурсах.

Я внимательно слушал лучника, но пока не понимал, к чему он клонит.

— Но пустоты в них — это дело другое. Они подчиняются особым правилам, и нигде в мире от этих правил не отступают.

— Каких правил?

— Они, Марк, — он остановился, перехватил лук, обернулся в пол оборота и взглянул на меня, — никогда не бывают настолько охренительно круглыми.

Несколькими минутами позже мы оказались в пролеске с молодыми деревцами, взрыхленной чем-то землей, а запах вокруг стоял хвойный, маслянистый, однако деревьев с иголками в поле зрения видно не было. Несмотря на то, что путь до текущего места занял от силы пятнадцать минут, из сил мы изрядно выбились.

Шагать, переступая половину своего роста, трудно, особенно, когда после такого шага сапог вязнет в размокшей глине. Тем не менее, текущая полянка была куда более благоприятной для минутной передышки. Торчащих пней, буреломов и бесконечного валежника тут было кратно меньше. Только какие-то кусты, растущие в симбиотическом союзе с деревьями, напоминающими наши березы. Только полоски были не черно-белые, а черно-желтые, что добавляло им будто бы золотистости.

— Это там. — Вскинул лучник руку с оттопыренным указательным пальцем в сторону гипотетического северо-запада. — Там я ее нашел.

— Следы какие-нибудь видел? Или, может, врагов? — Уточнил я, на всякий случай.

— Нет, но сама поляна странная. Погляди вокруг. — Окинул он окружение взглядом.

И я действительно осмотрелся, присматриваясь к странностям, которые имел в виду мой провожатый.

Молодые деревца я уже приметил, как и землю, словно пушистую, едва подернутую мелким зеленым ковриком. Мне подобный пейзаж говорил мало, но и опытным лесничим я не был, а потому силился сообразить, что же мне здесь нужно уразуметь. Обернувшись назад, я видел старые деревья, величественные и с толстенными стволами, с кронами, застилающими небосвод, но если прочертить невидимую черту, получается как будто граница.

То есть между молодым лесом и старым — будто корова слизала. Вот такой резкий переход, аж ступенькой. А земля, показавшаяся мне странной, оказалась приподнята мощнейшей корневой системой, которая шевелилась в реальном времени, словно гигантские черви. Отсюда и такой эффект, что нога проваливается.

Еще странность — несколько минут назад мы месили грязь, а тут и вовсе будто сухо. Может, влага быстро ушла во взрыхленные пустоты, и питала там какое-то мега-дерево?

— Чудесатее и чудесатее. — Заключил я.

— Держи руки на оружии. — Совершенно серьезно заявил лучник. — Мне не нравится это. Как будто мы на чьей-то территории. Этот переход…