Небесный всадник. 2 том - Кирико Кири

* * *

Дорогой дневник, мне не описать всю боль, что я испытывал… Я жаловался, что устал от женского общества, но кто-то свыше воспринял мои слова слишком всерьёз, так как сейчас, когда вокруг крутилось столько прекрасных девушек, я был окружён плотным кольцом мужиков, которые, казалось, ещё немного и бросятся со мной танцевать. Тогда шутка станет суровой реальностью.

Вопросы сыпались со всех сторон, но главный, который звучал в разных интерпретациях — как мне удалось стать всадником. Но вот про жену никто не спрашивал, потому что пробить, есть ли у барона фон Хертвёрда жена, было несложно. Я не настолько идиот, чтобы не понять, на что все метят.

А потом зашла речь о моём баронстве…

— Значит, вы были знакомы с графом Нойхельйским, Самсон? — спросил кто-то. После шестого я уже перестал их запоминать. — Ведь, если я не ошибаюсь, ваше баронство расположено на данный момент на их территории?

Все сразу притихли. Небось гадают, связана ли моя особенность с ними.

— Боюсь, что нет, мне не выпала честь познакомиться с ним. Кстати, он ведь здесь где-то?

— Боюсь, он опаздывает, — ответил мужчина. Вроде он был даже герцогом. — Как и Тьюринги. У них какой-то спор возник, насколько мне известно.

Уж не из-за меня ли? Ведь тот виконт Нойберг служит Тюрингам как раз.

— Ну, как бы то ни было, к сожалению, я с ним не знаком. Я был в долгом отбытии, и сейчас приходится разгребать проблемы, накопившиеся за это время. Ремонт, закупки, много всего…

— О-о-о… — протянул Торгарт Ди Форез. Тот, кому я замок спас. — Не хочу хвастать, но через мои земли проходят одни из основных торговых путей с Агадарской империей и единственный торговый путь с Веелинской империей. И, Самсон, — заговорщически понизил он голос, хотя слышали все, — если вам что-то нужно, обращайтесь, не стесняйтесь. Для меня не будет проблемой достать для вас всё самое лучшее по себестоимости, учитывая, как вы мне помогли.

— А если речь идёт о ремонте, то у меня как раз без дела слоняется один из лучших каменщиков… — тут же вклинился другой.

И тут понеслось. Ради меня хорошего что только не могли достать: от скота до оружия и даже проверенных солдат. Мне стало совсем неуютно от этих улыбок, подхалимства и попыток стать чуть ли не лучшими друзьями. Оказавшись в центре внимания, я чувствовал какую-то тревогу, а не радость. Хотя каменщик — это суперполезно. Это, по факту, архитектор, и чем он круче — тем круче и надёжнее сможет отгрохать постройку.

Короче, скажи слово, и тут же всё будет. Я оброс связями за секунду. Интересно, а эти предложения останутся, если я откажу их дочерям?

Это продолжалось несколько минут, за которые мне захотелось во второй раз исчезнуть, провалившись под землю, когда ситуация стала из неприятной хреновой. Позади толпы раздалось довольно отчётливое:

— Кхм-кхм.

Разговоры притихли, и люди обернулись, расступаясь перед гостьей.

— Вижу, вам весело здесь всем вместе, — окинула она всех взглядом, который остановился на мне. Говорила она на нарианском, отчего язык был до ужаса ломаным. — Тогда, думаю, не будет проблемой, если я украду одного из вас.

И никто, учитывая её статус, возразить ей не посмел. Да она никого и не спрашивала. Не дождавшись ответа, она подошла ко мне, поймала рукой под локоть и потащила прочь.

Мы прошли через зал, и она уже было попыталась утащить меня подальше от чужих глаз на балкон, однако я просто встал столбом у выхода, не дав себя увести. Здесь нас никто не услышит, но при этом мы будем у всех на виду, что не даст ей сделать какую-нибудь глупость или пакость. Она тоже это поняла и лишь цыкнула языком, после чего улыбнулась, показав ряд акульих зубов, ещё раз окинув внимательным взглядом.

— Значит, я не ошиблась. Значит, это был действительно ты… — проворковала она рычащим голосом уже на своём языке. — Ну что ж, приятно познакомиться, Ингар Анд из тайной службы. Или всё же стоит тебя мне называть Самсон фон Хертвёрд из небесных всадников?

Глава 63

— Здравствуйте, госпожа Градарма, — спокойно произнёс я, слегка поклонившись. — Я рад вас видеть в добром здравии.

Мы смотрели друг другу в глаза не сколько секунд, за которые её зрачки-веретена слегка расширились.

— А я ведь поверила, что ты из тайной службы… — проворковала она. — На какой-то момент.

— Мир полон удивительных вещей, — пожал я плечами.

— Это ты уж точно подметил, — хмыкнула Резадрес. — Знала бы, какое сокровище было у меня в кровати, приняла бы как своего господина. Ну так что, дорогой, продолжим с того, где мы остановились? Не хорошо получилось, что нас тогда прервали.

Соблазнительно, конечно, но…

— Боюсь, я вынужден буду отказаться, госпожа Градарма. Гости ждут.

Она прищурилась, улыбнувшись.

— Гости подождут, — шагнула она ближе. — Отойдём в укромное место, пообщаемся немного тет-а-тет. Могу дать слово, я очень хороший собеседник.

— К сожалению, вынужден отказаться. Люди подумают плохо о вас.

— Мне плевать, что подумает это старьё. И тебе должно быть всё равно. Мы небесные всадницы, мы выше этого сброда, который тешит себя иллюзией, что что-то решает. Будь ваши девочки порешительнее, они бы могли править империей. Вашей Серафиме просто не хватает стали в сердце, чтобы взять всё в руки.

— Думаю, что не всем хочется править, госпожа Градарма.

— Ну да, некоторым хочется быть не сверху, а снизу, почувствовать себя слабыми и беззащитными. Она, судя по всему, подобным очень страдает, хотя не буду отрицать, что я иногда тоже падка на такое. Но всё равно не понимаю желание подчиняться слабым, имея такую силу. А что насчёт тебя? Любишь сверху? Снизу? — оскалилась агадарка.

— Люблю решать по ходу действия.

— Помочь определиться? Или тебе девочки посмазливее нравятся, что там сбились в стайку? Такие тихони-скромницы, которые тупят глазки и едва лепечут что-то? А я могу быть ведь и такой, я могу быть любой, хоть кроткой, хоть глупой, с которой можно делать всё что угодно. Я могу быть тоже очень податливой… помогу стать тебе мужчиной…

— Мне казалось, что мужчину определяют поступки, а не то, засунул он член в женщину или нет.

— Тебе показалось, — улыбнулась она коварно. — А я бы научила тебя тому, что ваши даже не знают. Ты бы даже удивился, на что способна настоящая страстная женщина, полная желания, а не это отребье.

— Буду довольствоваться своим заблуждением.

— И будешь