Мастер Трав. Том 8 - Ваня Мордорский

— Я бы пожал без перчатки, — оправдался я, отнимая руку, — Но эта черная дрянь может перекинуться, и тогда придется тратить силы на лечение самого себя.

Шептун кивнул.

— Я — Элиас, травник. — представился я.

— Слыш.шал. — тяжело ответил Шептун. Похоже, говорить ему сейчас тяжело. Может, во время бегства он вдохнул черного тумана внутрь?

— Элиас пришел помочь, — сказал Рыхлый.

— Я… пока и так справляюсь… — в этот раз говорил Шептун еще тише, настолько тише, что мне пришлось напрячь слух, чтобы разобрать слова. Он звучал как шелест сухих листьев.

— Как знаешь, — пожал я плечами.

В целом, система отметила низкую степень заражения, значит не считала его состояние критическим.

После мы подошли к подростку, который сидел с краю пасеки. И вот его состояние заставило меня напрячься. Этого, похоже, нужно лечить, и чуть ли не в первую очередь. Мальчишка был тощий и угловатый, рубаха лежала рядом с ним, а на его теле проступали небольшие бугорки — зачатки мягких, еще не сформировавшихся шипов. Точно таких же, как у Шипастой на переднем дворе. Но проблема была в другом…вся его грудь и спина были в черной корке, а на лбу его выступила испарина. Похоже, пареньку было реально дурно.

— Иглыш, — коротко бросил Рыхлый, — Это Элиас, травник.

Тот поднял голову.

— Я слышал.

Смотреть парню было тяжело. Я только хотел протянуть ему руку пожать, — естественно, чтобы применить Анализ, — как меня остановили.

— Не трогай его! — прошипела выскочившая из-за дома Шипастая, — Помощи чужаков нам не надо, сами справимся.

И что этой ненормальной тут надо?

— Арна, — выдавил парень, — Не лезь.

Арна? Вот, значит, как зовут Шипастую на самом деле.

— Думаю, Арна, — повернулся я к ней, следя за ее шипами, — Мы тут сами разберемся.

— Это я решу сама. — отрезала девушка, — Мы тут посидим и уйдем.

Рыхлый вдруг помрачнел.

— Арна, не дури! Хочешь чтобы он сдох просто потому, что тебе не нравится Элиас? А?

Шипастая застыла и посмотрела на брата, потом на меня.

— У него очень тяжелые раны, — заметил я, присаживаясь с Иглышом, — Черный туман въелся глубоко, само оно не пройдет.

— Ты там знаешь, — фыркнула она.

— Другим помог, — ответил я, — И ему помогу. Если никто не будет мешать.

И посмотрел ей прямо в глаза. Она пару секунд не отводила взгляд, а потом сделала шаг назад.

Иглыш выдохнул.

И тут, глядя на них, меня вдруг осенило: Дары их схожи, да и черты лиц тоже. Неужели…

— Это твоя сестра? — спросил я Иглыша, прикасаясь к одной из его ран. Рукопожатие нам сорвали, но Анализ надо было провести.

— Она самая. — тихо фыркнул тот.

Анализ.

Голову будто ударили молотком, но я был к этому готов, и никак внешне не показал этого.

[Объект: Человек Тип дара: Метаморф (слабый)

Духовный корень: Поврежден.

Состояние: Нестабильное. Множественные микротрещины в духовном корне, низкая способность к удержанию живы.

Заражение: Присутствуют частицы структурированной темной живы в тканях. Средне-высокая степень заражения черной живой.]

Он тоже без метки, но вот его состояние…совсем нехорошо. Пусть не настолько тяжелое, как у Морны, но тоже всё довольно плохо. Он тоже слабо удерживает живу, а значит его восстановление идет хуже, чем у других гнилодарцев. Как бы меня ни раздражала его агрессивная сестра, парню нужно помочь. Тем более, он совсем подросток и как будто более адекватный.

— Я займусь тобой чуть позже, — сказал я Иглышу. Тот лишь молча кивнул. — Других осмотрю — и начнем.

Мы двинулись дальше. Возле нескольких кувшинов с водой сидел толстый, откровенно толстый мужик лет тридцати. Его кожа блестела от влаги, словно он только что вынырнул из болота, а между пальцами виднелись плотные перепонки.

— Мокрец… — начал было Рыхлый.

— Да не глухой я! — ответил он и внимательно взглянул на меня.

— А какой у тебя… — начал было я.

— Дар? — не дал мне договорить Мокрец. — Чувствую всё, что в воде или сырой земле. А тебе-то зачем знать?

— Просто интересно, — ответил я, — Дары гнилодарцев очень разнообразны.

— Я бы не прочь иметь какой-нибудь Дар пополезнее, — тяжело вздохнул Мокрец, погрузив свои перепончатые руки по локоть в кувшины.

— Тяжело вдали от болот? — спросил я.

— А ты как думаешь, парень… Я вообще люблю дышать под водой и могу часами не вылезать оттуда. Но тут, у дома Морны, ни одного водоема или болотца…хорошо хоть воды Рыхлый добыл.

Я присел и сделал вид, что осматриваю раны мужчины, а сам осторожно прикоснулся к нему. Пожалуй, это был наименее пострадавший гнилодарец, потому я встал и сказал:

— Ты как будто в полном порядке.

— Потому что вовремя смылся — как чувствовал, что случится какая-то дрянь, — пожаловался он, — А потом деревню как отрезало. Кошмар…страшно было.

Рыхлый покачал головой. А я понял, что этот гнилодарец, похоже, из самых-самых трусливых. Наверняка он прибился к Морне просто потому, что вариантов не оставалось. А один он забоялся быть. Но я понимал, зачем Рыхлый при гнилодарцах рассказывает об их способностях мне, как бы чужаку. Тем самым он показывал, что доверяет мне, и что они могут поступать так же.

Последней на заднем дворе оказалась женщина лет двадцати пяти. Выглядела она жутковато: ее шея была неестественно длинной и тонкой, как у журавля. Вместо ногтей на пальцах росли короткие, загнутые черные когти. Глаза были огромными, золотистыми и…пугающими.

На удивление, она сама протянула свою руку мне и выжидающе уставилась — будто проверяла, пожму я ее или нет, забоюсь.

Я пожал — мне нужно было провести Анализ. И этот Анализ дался очень тяжело. Меня аж затошнило от сильнейшей головной боли.

[Объект: Человек (Мутация 3-й стадии) Тип дара: Приручитель. Птицелов. (Искаженный)

Духовный корень: Поврежден (несколько крупных трещин)

Примечание: Перьевой покров обладает высокой плотностью и частичным сопротивлением к агрессивным энергетическим средам.]

— Не боишься, мальчик? — сипло спросила женщина, не отрывая от меня своих немигающих золотистых глаз. — Это хорошо. Не люблю тех, кто боится и тех, кто испытывает отвращение.

Я выдержал ее взгляд, не отводя глаз.

— Дар не выбирают, — ровно ответил