Час волка - Андрей Александрович Васильев

правильный, настоящий, с вот такими зубами. А злодея хомутать нужно поскорее, товарищ замминистра, иначе он таких дел натворит, что страшно подумать. Говорю же — там с башкой реально беда, очень много народу пострадать может. Он с родителей своих убивать начал, на лоскуты их порвал. Представляете, что такой упырь с чужими ему людьми учудить может?

— С родителей? Однако. Не знал.

— О том и речь. Вот только я теперь, по ходу, все. Но это не страшно, отдел-то пока не расформировали, так что поймают мои коллеги этого Никиту. Да, Мария Антоновна? Дашь им это дело до ума довести? Или и их за борт отправишь, а после сама примешься живодера ловить?

Замминистра глянул на Олега, потом на девушку, у которой запунцовели щеки, а взгляд налился таким гневом, что им можно было бы спалить полгорода, и понимающе хмыкнул. Ну а что тут удивляться? Он был мужик опытный, тертый, жизнь со всех сторон повидавший.

— Ты вот что, милая, — обратился он к Остапенко, которая все так же сверлила бывшего любовника взором, — подготовь-ка прямо сейчас два приказа. Первый на присвоение старшему лейтенанту… Как тебя?

— Ровнину Олегу Георгиевичу, — подсказал Морозов.

— Присвоение Ровнину Олегу Георгиевичу внеочередного звания «капитан». Ну и еще о премировании его тремя месячными окладами денежного содержания. И датируй его следующим понедельником.

— Есть! — отчеканила Мария.

— А второй за той же датой, но на этот раз о лишении Ровнина одной звездочки. Был старлей, станет летёхой. Отдельно пометь еще, что квартальных премий ему до конца текущего года не видать. Ну, чтобы все честно было.

— С удовольствием, — улыбнулась девушка.

— Да уж вижу, — вздохнул замминистра и перевел взгляд на ее начальника. — Что до тебя, Телегин… Вот послал бы я тебя в Кандалакшу, честно слово, послал бы. Да город жалко, понимаешь. Там же пахать надо, а ты этого делать не умеешь. Ты у нас только руководить способен, да и то через пень-колоду. Но заруби себе на носу — я этот разговор не забуду и если узнаю, что толковые ребята из-за тебя не государевыми людьми остаются, а на частных хлебах подъедаются, то ты у меня не в красивый город отделом руководить поедешь, а в зону начальником по режиму отправишься. Причем в такую, до которой надо долго-долго по тайге добираться. Понял меня?

— Понял, — пробормотал кадровик.

— То-то! — погрозил ему пальцем чиновник и снова обратился к Остапенко: — А ты, глазастая, как приказы напечатаешь, к Леониду Аркадьевичу в кабинет принеси. Я их сразу подпишу и ему оставлю. Так надежней выйдет, они тогда после случайно не потеряются. Ну а он по результату либо тому, либо другому ход даст.

— Так точно! — звонко произнесла Мария.

— Все понял? — спросил замминистра у Олега.

— Все, — ответил тот.

— Успеешь?

— До конца недели управимся, — подумав, кивнул оперативник, — выбора нет. Такие не останавливаются. Они, когда кровь распробуют и вседозволенность почуют, борзеют чем дальше, тем сильнее. Если быстро голову не свернем, то и жертв, и слухов станет куда больше, а оно нам зачем?

— Знаю, — потрепал его по плечу собеседник. — Когда молодой был, брали мы одного душегуба, он бритвой, падла, баб молодых резал. Причем ее в такое место им пихал, что вон при ней рассказывать нельзя, даже несмотря на то, что она из наших. Так что дерзай, Ровнин. И помни о том, что приказа два.

Усевшись в «Волгу», Олег и Саша первым делом выкурили по сигарете, и только после этого начальник отдела произнес:

— Шапито.

— А по-моему, все очень даже неплохо сложилось, — возразил Ровнин.

— Это да. Но хуже нет зависеть от случая. А если бы замминистра не в главк поехал, а на какое-нибудь совещание? И все, тебя раскатали бы, как блин.

— Не-а, не все. Ты бы наверх позвонил.

— Позвонил бы, — не стал оспаривать слова Олега Морозов. — Но так все равно неправильно.

— Саш, ты как маленький, честное слово. Подковерные игры были, есть и будут, нравится тебе это или нет. Другое дело, что нам в них ловить нечего, не приспособлены мы к такому. Хотя мы там никому и не нужны, конечно. И если бы не Машка и журналюга, так про нас бы никто и не вспомнил.

— Знаю. И именно это бесит. Ну не помогаете, так хоть не мешайте. Тьфу!

— Тьфу! — поддержал его Олег. — Заводи машину, поехали к Абрагиму. Про пайрику поговорим, да и пожрем заодно. У меня после этих разговоров аппетит прорезался.

— Мне бы твое спокойствие, — проворчал начальник, поворачивая ключ в замке зажигания. — «До конца недели управимся». Ладно бы у нас какая наколка была, где этот гаденыш шхерится, а так поди его…

— Твою мать! — выдохнул Ровнин, уставившись на коллегу. — Вот же я баран! Забыл! Права Машка, гнать меня в шею из органов надо! Саш, телефон мне дай! Да не тяни ты!

— Держи, держи. — Морозов снял с пояса свой «Ericsson R320s», более известный в народе под именем «лопатка» и протянул подчиненному. — Чего случилось-то?

— Идиот у тебя в отделе работает, вот что случилось, — зло произнес Олег. — Где тут у тебя Баженов? А, вот!

— Внимательно, — раздался через пару секунд в трубке веселый голос Славяна. — Что, шеф, наш умник-разумник Олежка руководством главка схвачен и отхреначен?

— Причем жестко, — ответил Ровнин. — Слав, ты в конторе?

— Ну да, — Баженов, разумеется, даже и не подумал смущаться по поводу только что сказанного. — А чего хотел? Если завещать мне квартиру, то я только за. И запишу все, и нотариуса оплачу. Ради такого дела ничего не пожалею — ни времени, ни средств.

— Давай потом в остроумии поупражняемся, — попросил его Олег и продиктовал адрес общежития, где был накануне. — Зафиксировал? Теперь слушай, что надо делать. Причем не потом, не после того, как вы с Васьком пожрать сходите, а прямо сейчас.

— Ты не охренел? — поинтересовался у него Баженов. — Я так-то зам Мороза, потому не ты мной командовать должен, а наоборот.

— Потом покомандуешь, — пообещал ему Олег. — Могу даже по двору строевым шагом походить, если хочешь. Просто если девчонку одну зевнем,