Наследница 2 - Анастасия Парфенова

Лида вдруг звонко чихнула и отшатнулась назад.

— Да чтоб у тебя грибница в подмышках проросла, пиромант недоделанный! — гнусаво воскликнула она, зажимая пальцами нос. — Я же сказала: там споры!

Светозар вскинулся возмущённо… и в следующий миг тоже начал чихать.

Я выше подёрнула ворот и настойчиво потянула недосушенную Унтову прочь. Времени до обеда оставалось ещё очень много.

Глава 19

Всё рано или поздно заканчивается. Закончился и акведук. Мы полюбовались, как вода срывается вниз, падая в обширный колодец коллектора. А затем свернули в соседний тоннель, и, следуя за Евгенией из Талых Глубин, вышли в довольно просторный зал, вспыхнувший при её приближении сиянием подвешенных под потолком светильников.

— Привал, — скомандовал мастер Лесьяр, — Отдыхаем, кому нужно — чистим оружие и снаряженье, потом обедаем. Господин Пламенный, обеспечьте охрану периметра. Госпожа Ребо, на вас контроль гигиены и раздача пайка.

Я рухнула на каменную лавку, чувствуя, как гудят с непривычки и ноги, и голова. Рядом бесформенным мешком плюхнулась Соня. С жалобным стоном прижалась лбом к моему плечу, пробормотала что-то ругательно-неразборчивое, где из подобающей юной деве лексики можно было различить только предлоги, да ещё слово «паёк».

— Но кушать-то хочется, — уныло призналась я. Взять с собой на боевую стажировку закуски не догадалась, а стратегические запасы домашнего печенья остались в рукавах платья. Недосмотр!

Соня с видом стойко переносящей лишения мученицы выпрямилась, полезла в заплечный мешок. Из него, кажущегося со стороны лёгким и почти что пустым, извлекла завёрнутый в промасленную бумагу свёрток. В воздухе разлился одуряющий аромат свежих, только из печи пирожков. Кажется, с мясом.

Лида повела покрасневшим носом, и они вместе с Димкой синхронно повернулись в нашу с Сонечкой сторону. Военег сохранил должную невозмутимость и каменное выраженье лица, но вот живот его издал долгую музыкальную трель.

— Садитесь, — кивнула им Унтова, — здесь хватит на всех.

Ребята, не заставляя себя долго упрашивать, побросали на пол мешки и на них сверху уселись. В качестве стола выступила середина скамейки — простая каменная плита, они здесь тянулись почти по всему периметру зала. Не знаю, какое изначально было назначение этого помещения. Может, и правда для отдыха персонала сделано, а может, чисто техническое — что, в местных реалиях, скорее всего, означало «удобное пространство для проведения ритуалов».

Я нашла взглядом группу Светозара. Высокая девочка с толстой золотистой косой ходила между возбуждённо галдящих ребят, проверяя, чтоб те привели в порядок одежду, тщательно вымыли лица и руки. Двое долговязых тощих парней охраняли проходы. Их самих охранял тот похожий на сказочного, сильномогучего богатыря старшеклассник. Ну а к нам уже шла, покачивая перевитыми ремнями флягами, Сенья Шалгу.

Ну, всё ясно. Весь детский сад должен быть под присмотром. Я понятливо сдвинулась в сторону, освобождая для черноглазой красавицы место.

— Благословенье этому столу, — ритуальной фразой поздоровалась Сенья. — Пустите к вам? У меня горячий бульон, горячий чай и взвар из сухофруктов — тоже ещё горячий.

В доказательство она потрясла многообещающе булькнувшими флягами.

— Конечно, садись, — с энтузиазмом согласилась Сонечка.

Сенья извлекла откуда-то с полдюжины деревянных мисок, чашек и ложок — ну, понятно, уж у неё карманы моим восхитительным рукавам вряд ли в чём-нибудь уступали. Военег призвал гибкий водяной жгут, огладил им наши ладони, оставляя после себя чуть пощипывающие ощущение дезинфекции. Соня развернула свёрток с едой.

Мы набросились на пирожки, точно стая оголодавшей бешеной саранчи. Выпечка оказалась горячей, просто нёбо обжигала, из надкушенного бочка валил пар. Вместе с наваристым куриным бульоном это было оглушительно вкусно.

Какое-то время все благоговейно жевали да разбирали добавку. После перенесённых нагрузок аппетит у ребят разыгрался поистине зверский.

— Вот мы сейчас отдохнём, а дальше что? — будто бы между делом спросила аккуратно расправляющаяся с курником Соня, — ещё какой-нибудь акведук чистить?

— Вряд ли, — прищурилась в сторону сидящих отдельной кучкой преподавателей Шалгу. — Времени маловато уже, нам к темноте надо будет подземелья покинуть, а солнце сейчас рано садится. Скорее, пойдём той же дорогой назад. Проверяя качество выполненной зачистки. И получая втык за каждого пропущенного таракана.

При воспоминании о тараканах я невольно поёжилась. Лида тоже — она устойчивых к магии насекомых пыталась травить своим разъедающим плоть колдовством и обнаружила, что никакой яд этих существ не берёт. Очень ругалась.

Меж усиленно работающего челюстями Пламенного отряда вдруг наметилось странное шевеление. В гневе поднялись голоса. Судя по всему, опять Боян отжигал — то ли спровоцировал кого-то, то ли с кем-то поцапался.

— Да невместно мне нужники чистить! — взвился вдруг на ноги Светозар наш Сиянович, полыхая оскорблённым достоинством и раздражением. — Я с отцовой дружиной на большого зверя ходил, в старших ритуалах успокоения в круге стоял! А теперь должен за донными крысами бегать?

— Да. Должен, — без всякого выражения ответил со своего места мастер Лесьяр. Продолжил жевать, а Светозар остался стоять там, в сиянии праведного возмущения, как полный придурок.

— Вот буржуй зазнавшийся, — пробормотал себе под нос (но недостаточно тихо) твёрдый в идеологических убеждениях Дима. — Ну да ничего. Будет и на его улице революция. Дай только срок.

— Я вот всё понять не могу, — заговорил вдруг Военег, запивая чаем очередной пирожок. — Ты и правда такой идиот упёртый, или просто придуриваешься?

— Что?

— Ну не первый год ведь уже в нашем мире живёшь, успел осмотреться. Какая ещё революция может быть — против Пламенных-то князей? Какой безумец попрёт против огненной силы, если сам не равен им от рождения ни древностью рода, ни старыми знаниями, ни воинской мощью?

— А вот будут они дальше с низшими обращаться, как со скотом бессловесным, и узнают — какой, — блеснул острым, умным взглядом пионер Кузнецов. — Когда верхи не могут, а низы не хотят… Оль, ну хоть ты им скажи. Уж ты — понимаешь!

Военег, да и Соня с Сеньей, в немом вопросе взгляды перевели на меня. А я… молчала.

В голове звучали, будто вживую, слова отца: «Пулемёт справлялся не хуже иных заклинаний». И невольно возникает вопрос: могут ли в Крае Холодных озёр появиться вдруг в достаточном количестве пулемёты?

Я не знала. Сложно анализировать технологический уровень общества, когда оценки сбиваются наличием артефактов, ритуалов и силовых приёмов работы. Мастера Озерного предела способны были плавить металлы, что по свойствам превосходили всё, доступное в родном мне «тяжёлом» мире. Сопромат определяет потолок технологий, так? И сопромат здесь такой, что хоть сейчас в космос лети. С другой стороны — количество изделий подобного уровня весьма