"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

исполнявшего функцию вешалки для одежды. Переоделась и села за немногочисленные задания по мнемотехникам, которые преподавала квезалка Юдау. Увлеклась и сама не заметила, как просидела до поздней ночи.

Встала, размяла затекшую спину, и тут в дверь моей комнаты требовательно постучали.

* * *

Я уже планировала упасть в кровать и забыться до утра, поэтому внезапному гостю, кем бы он там ни был, мягко говоря, не обрадовалась. С неохотой встала, в очередной раз забыла про тапки (да ну их! Кто вообще их носит?), накинула свитер на голые плечи и открыла дверь.

— Власта! — ахнула я от удивления и не сдержала радостной улыбки. — Вас выпустили?

— Не-а, мы с Эриком сбежали, — с гордостью заявила подруга, тряхнув светлыми волосами.

Пришла Подгорная не одна, а в компании спальника и крохотной подушки, чем поставила меня в тупик. Я оглядела подругу с ног до головы, особое внимание уделила тонкой косичке у самого лица. Косичка была примечательной. В нее вплели алую нитку, чуть ниже вдели в прядь волос серебряную бусину, а кончик украсили птичьим перышком.

Что бы это значило?

— Можно я у тебя переночую? — попросила она.

Власта отчего-то нервничала, кусала губы, оглядывалась и смотрела на меня с нескрываемой мольбой.

— Мой дом — твой дом!

Я церемонно посторонилась в дверях. Подруга облегченно выдохнула, как груженый ослик перед крутым подъемом, которому сказали, что пойдут другие, менее удачливые ослы, а он останется на месте. Она шустро проскочила мимо меня, а я высунула голову в коридор. Зачем-то убедилась, что там пусто, после чего заперла дверь и помогла Власте устроиться.

Подруга проявляла чудеса упертости и настаивала на том, что ляжет на полу. Дескать, у нее спальник, да и спать на твердом полезно для спины. Вот. Я просила ее не дурить: кровать большая, мы поместимся обе и даже место для пинков останется. В результате едва не поругались.

Решив не трогать и так оголенные и чуток искрящие нервы Власты, я смирилась с неизбежным и забралась на кровать, тем самым уступив подруге привилегию спать на полу. Она умело раскатала спальник, подложила под голову подушку и заметила книгу, которая валялась под кроватью.

— А это что?

Я свесила голову и глянула на потрепанный корешок. Книга оказалась той самой, что разглядывала Власта в гостиной ядожалов перед прошлой ссорой и страстным примирением с Эриком.

Не удержавшись, я рассказала подруге, как поколотила этим самым томиком Хезенхау, а потом случайно унесла книгу к себе в комнату.

— И знаешь, что странно, — продолжала я, в то время как Власта задумчиво рассматривала картинки. — Я отнесла книгу в библиотеку, чтобы вернуть, но мне сказали, что на ней нет штампа академии. Скорее всего, она принадлежит кому-то из адептов.

— Кому могла понадобиться книга на северном наречии?

— Вот и мне сложно представить, как Эрик или Кристен зачитываются чем-то подобным.

— А знаешь… — Власта закрыла книгу и покрутила. — Это больше похоже на детскую энциклопедию или что-то типа того…

Я пожала плечами. Нечто подобное приходило и в мою голову, но уделить этой мысли достаточно внимания я так и не успела. Знала только одно: книгу надо вернуть владельцу. Библиотекарь сказал, что это очень дорогое и редкое издание.

И нет, я далеко не букинист, способный оценить фолиант, но алчный блеск глаз служителя библиотеки сказал мне о многом.

«Напишу объявление и повешу в гостиной, а если хозяина так и не найду, то сдам в фонд библиотеки», — приняла я решение.

— Риана, смотри! — Власта ткнула пальцем в очередную иллюстрацию.

Я подалась вперед, разглядывая страницу, на которой была изображена девушка с темными волосами. Уже тогда это показалось мне странным, ведь коренные северяне могли похвастаться светлым оттенком волос, а девушка была темненькой.

Художник изобразил ее со спины, уделив особенное внимание сложной, но красивой прическе из десятка косичек, скрепленных особым образом. Все остальное на иллюстрации оказалось размытым. Туман из красок, образов сражающихся воинов, неясных силуэтов зрителей.

— Красиво. — Власта провела подушечкой пальца по волосам девушки и внезапно предложила: — А давай я тебе такое же заплету?

На секунду я заколебалась: такие сложные прически невозможно повторить, ориентируясь на одну только картинку в книге. Да и поздно ведь, а провозимся с волосами мы долго. Но потом увидела, как оживилась от одной только идеи вся такая нервная Власта, и кивнула.

В конце концов, если ничего не получится, посмеемся, распустим и ляжем спать. Делов-то!

Однако я недооценила талант Подгорной. Получившаяся прическа была невероятно красивой не только в момент создания. Прическу не испортила подушка, ночь и мой крепкий, но крайне беспокойный сон.

Даже наутро, когда я глянула на себя в зеркало, замысловатое плетение косичек выглядело настолько хорошо, что я решила оставить все как есть и в таком виде пришла на завтрак.

Довольная собственным успехом Власта шагала рядом, а когда мы взяли подносы и устроились за столом звездокрылов, толкнула меня в бок и указала вперед:

— О, смотри-ка! Кое-кто оценил мои старания.

Я посмотрела на соседний столик. Видимо, из-за того что у северян был праздничный пост, им разрешили собраться и сесть вместе. За столом сидели высокие, светловолосые парни с разных факультетов, но роднило их одно: все они с нескрываемым интересом смотрели на меня.

Мне вдруг стало приятно от их взглядов, а еще захотелось, чтобы старания Власты оценил Кристен.

И, словно в ответ на мои смелые мысли, в столовую вошли Эрик с Кристеном. Арктанхау огляделся, махнул ребятам за отдельным столом, заметил меня, нахмурился и… в общем, Кристен не оценил.

Чем еще объяснить тот факт, что лицо его окаменело, а в движениях появилась грация атакующего хищника. Эрик тоже не выглядел спокойным, что удивило меня даже сильнее. Он схватил друга за плечо, но Кристен мощным рывком скинул руку Хезенхау и пошел к нашему столу.

— Что это на него нашло? — шепнула обеспокоенная Власта, от которой тоже не укрылась странная реакция парней.

Я не ответила. Да я вообще забыла, как дышать, парализованная приближением взбешенного Кристена. А тот обошел стороной стол ядожалов, проигнорировав чью-то попытку поздороваться. И встал за спиной Глена, который сидел с противоположной от нас стороны.

Наклонился, подхватил адепта под мышки, выдернул с лавки и поставил рядом. В левой руке опешившего парня оказалась зажата вилка с кусочком наколотого сыра, в правой — чашка чая.

— Здрасте, приехали, — пробасил