Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

— Да я не хотел открывать! Само собой получилось. Я едва успел взять в руки реликвию, — прервал я его.

— И даже ничего не нажимал? — прищурившись, уточнил дед.

— Вообще ничего не делал.

— Странно. Если бы все амулеты срабатывали когда им вздумается, то ими бы никто не пользовался. Опасно. Всегда есть какой-то механизм их включения, — пожал он плечами.

— Ты, наверное, случайно нажал, а сам даже не понял, — подсказала Настя.

Я ничего не ответил. Одно я знал точно — амулет сработал без моего участия. Я просто был проводником.

* * *

Граф Лавров Максим Маркович — пожилой мужчина с обширной лысиной пил горячий чай из фарфоровой чашки. Чай был исключительно вкусный, с нотками бергамота и ягодами калины. Его он купил вчера в лавке «Туманные пряности», о которой второй день говорят по телевизору.

В большой роскошной столовой, украшенной старинным оружием и доспехами рыцаря, стоящего в углу, больше никого не было, поэтому он пил чай с шумом и прихлёбывая — так ему казалось вкуснее всего.

Вдруг послышался осторожный стук в дверь, и показалась голова его личного помощника.

— Ваше Сиятельство, извините за беспокойство, но у меня есть новости, — произнёс он с нотками извинения.

Максим Маркович отставил чашку и кивнул ему.

— Докладывай, Андрюша.

Помощник торопливо зашёл в комнату, плотно закрыл за собой дверь и подбежал к графу.

— Не нашли. Подняли всех, даже бродяг, но о Щавелеве никто ничего не слышал, — скороговоркой выпалил он и весь съёжился, прекрасно осознавая, что последует. — И списка в его доме нет.

— Бестолочи! — фарфоровая чашка ударилась о стену и разлетелась на осколки. — Такое пустяшное дело завалили!

Лавров поднялся на ноги, уронив стул с высокой спинкой, и двинулся вдоль арочных окон.

— Куда мог подеваться этот идиот Щавелев? Не испарился же!

Помощник молчал, склонив голову и опустив плечи. Сейчас главное выдержать первую волну негодования и молчать, иначе весь гнев хозяина падёт на единственного человека в округе — на него.

— Щавелева упустили. Список не нашли. С Филатовым не смогли справиться, — принялся перечислять он, загибая пальцы. — Придурки! Ведь я всё так хорошо придумал: Щавелев похищает и убивает Филатова с помощью своих же студентов, а затем бесследно пропадает. Но только с нашей помощью, а не сам! Всё! Два хода и Мат! А что получилось? Ничего! Щавелев сбежал, прихватив документ со списком членов «Сумеречного Ордена». Филатов жив и здоров, а мы все под большой угрозой. Если станет известно, что Распутин, Мичурин и Боткин были членами моего Ордена, то всё! Всё! Понимаешь? С меня спросят за то, что творили члены моего сообщества! Мы все повязаны.

Помощник Андрей энергично кивал, боясь сказать хоть слово.

— Пшёл вон отсюда! — махнул рукой Лавров.

Андрей развернулся, выбежал из столовой и с облегчением выдохнул.

Глава 10

Я уже заходил в академию, когда зазвонил телефон. Это был следователь.

— Как и обещал, звоню чтобы держать вас в курсе наших дел, — проговорил он после приветствия, — Распутина мы взяли.

— То есть старшего сына графа Распутина? — уточнил я.

— Да, верно, Всеволода. И вы знаете, он совсем не отпирался и даже не пытался нас запугать, как обычно делают такие люди, — следователь явно был удивлен этим. — Он будто ждал, когда мы за ним придём.

— Потому что мне удалось отбиться от его убийц?

— Нет, совсем не из-за этого. Он знал, что Геннадий мёртв, а его подельники ничего не знают и выдать заказчика не смогут. Просто Распутин сам хотел расправиться с лекарем Мальковым — единственным связующим звеном с наёмниками, но не смог его найти. О матери он не знал, поэтому велел своим людям караулить у квартиры. Через пару дней безуспешного ожидания Всеволод понял, что Мальков додумался убежать и спрятаться. Вот с тех пор и ждал, когда за ним придут. И мы пришли, — довольным голосом добавил он.

— Но он же тоже мог убежать? — удивился я

— Все люди разные, — усмехнулся он, — может совесть замучила.

Я только саркастически хмыкнул.

— Понятно. Есть ещё какая-нибудь информация?

Следователь ответил не сразу, он будто взял паузу, чтобы сформулировать то, что хотел сказать.

— По поводу Распутина всё понятно. Он попадёт под суд как заказчик покушения на убийство. Ему светит лет десять каторги, а может и больше. Тут уж как суд решит. Я просто хочу донести до вас его слова.

— Слушаю, — напрягся я.

— Не хочется вас пугать, но Всеволод прямо сказал, что лекари во всём обвиняют вас. Ведь под наказание попали не только Распутины, Мичурины и Боткины, но и все рода, связанные с ними. К тому же лекари знают, что разбирательства начались по вашей инициативе, — по голосу следователя было понятно, что он встревожен.

Однако я ничего нового не узнал. И так было понятно, что виноватыми они себя не считают и будут искать того, на кого направить свой гнев. Я даже был рад, что они охотятся за мной, а не за другими членами семьи. Ведь мои родные беззащитны, в отличие от меня.

— Я не могу приставить к вам охрану, но, если понадобится помощь — можете звонить мне в любое время. Помогу, чем смогу, — с жаром проговорил он.

— Благодарю… — я полез в карман, где лежала его визитная карточка и прочёл имя, — Викентий Гаврилович.

— Пока не за что.

Я закончил разговор и, сверившись с расписанием, двинулся к нужной аудитории. Сейчас должен быть предмет, который обычно ведёт Щавелев. Неужели он вернулся?

Я рывком открыл дверь аудитории и увидел… Викторию Сергеевну. Она раскладывала на преподавательском столе какие-то карточки.

Увидев меня, она улыбнулась и приветственно кивнула. Я опустился рядом с Семеном, который не сводил обожающего взгляда с молодой преподавательницы. Аурика, которая сидела с подругой у окна, недовольно косилась на него.

— Какая же она… — мечтательно прошептал он. — Как думаешь, у неё есть кто-нибудь?

— Даже не сомневаюсь, — улыбнулся я, — ты не увлекайся… Есть какие-нибудь новости? Что говорят в академ городке?

— Если ты про Щавелева, то всё по-прежнему. Бесследно пропал. Говорят, его ищут, но я думаю всё зря. Рано или