Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

своего первоначального порыва пойти к молодому хозяину замка и сообщить ему о результатах поездки. Справедливо решив, что Лафар сам всё расскажет своему другу, он направился в покои короля Франциска.

Его камзол был сух и это его порадовало. Только штаны на коленях были чуть влажными, потому он, войдя, сразу подошёл к камину и сел в кресло. Из-за полога балдахина выглянула белая лисья мордочка. Впрочем, это ему показалось лишь в первый момент, потом он понял, что это лицо, хотя тоже лисье, немного бледное, заспанное и обрамлённое встрёпанными волосами.

— Ты приехал? — зачем-то поинтересовался лис, сползая с кровати и, подойдя, сел в соседнее кресло.

— Да, и узнал кое-что интересное.

Марк рассказал ему о том, что им удалось выяснить. Лис слушал внимательно, чуть наклонив голову и глядя в огонь.

— Всё чудесатее и чудесатее, — пробормотал он, когда Марк закончил свой рассказ. — Я и раньше считал, что здесь дело нечисто, но чем дальше, тем более странно оно выглядит.

— А ты где был? — спросил Марк, в надежде, что лис тоже что-нибудь разузнал, но тот пожал плечами.

— Я ходил в лес поохотиться на зайцев. Не то, чтоб я оголодал с здешних харчей, но мне нужно было уложить всё в голове. Не знаю, как у вас людей, а у нас лисов мозги устроены особым образом. Чтоб разобраться в ситуации, нам нужно перестать о ней думать и заняться чем-нибудь другим. Мне лучше всего помогает охота. Когда гонишься за петляющим зайцем, рискуя врезаться носом в дерево или угодить в овраг, как-то не до размышлений о пропавших девицах и разрушенных башнях.

— И?

— Я так ничего и не понял, — признался кумихо. — Но мне не даёт покоя вся эта история с перстнем.

— Тебе тоже?

— Я его видел, Марк. Он выглядел очень тревожно и необычно для вашего мира. Этот глаз дракона словно смотрел на меня, и я понял, что к нему прилагается зубастая пасть и кинжальные когти. Мне стало жутковато.

— Тебе?

— Марк, в иерархии демонов нашего мира лисы далеко не на самых высоких ступенях. Всегда найдётся кто-то сильнее, опаснее и коварнее. Выживает тот, кто не связывается с теми, кто может сожрать.

— Я понял тебя. Так что с перстнем? Может, нам стоит выяснить о нём побольше?

— Каким образом?

— Спросить. Я уже поговорил с капитаном Лафаром. Он сказал, что не видел такого кольца раньше. Значит, перстень появился у де Руже после отъезда капитана в Лорм, но ещё до того, как он сам заболел. Об этом может знать барон или его супруга.

— Давай спросим у них! — поднялся с места Джин Хо.

— Прямо сейчас?

— А что тянуть? Давай, шевелись, — и он направился к двери.

Марку осталось только последовать за ним. В доме было всё так же тихо. Марк прошёл по коридору и постучал в дверь комнаты баронессы. Ему никто не ответил, и он решительно направился дальше. Постучав в высокие двери покоев барона, он услышал за ними какое-то движение, а потом скрипучий голос:

— Входи, дорогая…

Чуть смутившись, он всё же открыл дверь и вошёл в просторную комнату, освещённую десятком свечей, вставленных в подсвечники и канделябры в разных концах помещения. Здесь не было кровати, должно быть спальня находилась за одной из двух дверей, расположенных в боковых стенах друг против друга. Посредине стоял большой резной стол, за которым в старинном кресле, закутавшись в плед, сидел барон. Он как-то беспомощно и чуть подслеповато посмотрел на вошедших и вздохнул.

— Простите, я думал, это моя жена.

— Вам не стоит извиняться, это мы так некстати нарушили ваш покой, господин барон, — учтиво произнёс Марк. Осмотревшись, он увидел у стола ещё одно кресло и присел в него, не спрашивая разрешения. — Мы не станем утомлять вас своим обществом. Я прошу вас только ответить на несколько наших вопросов, и мы немедля оставим вас.

Барон какое-то время задумчиво и грустно смотрел на него, видимо, где-то в глубине души желая выгнать наглых юнцов, но при этом помня, что перед ним граф, внук его сюзерена, а так же недавно высказанные Марком угрозы относительно ренты и арендованных земель.

— Я слушаю вас, ваше сиятельство, — наконец, смиренно произнёс он.

— Нас интересует необычный перстень, который был на руке де Руже и пропал после его смерти.

— Чем же он вас заинтересовал? — слегка растерялся де Олонд.

— Он выглядел очень необычно. К тому же его исчезновение с руки покойного вместе с пальцем выглядит как-то странно.

— Ничего странного. Это мой перстень. Я отдал его де Руже в порыве скорби, а потом забрал обратно.

— Значит, это вы дали ему тот перстень?

— Да, тогда я понял, что потерял мою девочку, — он упёр грустный взгляд в столешницу перед собой. — Жильбер был моим ближним рыцарем и её женихом. Он тоже был печален и собирался покинуть Олонд, но я не мог так сразу лишиться и его общества. Потому я просил его остаться. Я обещал, что буду относиться к нему как ко второму сыну и оставлю ему часть наследства, но он должен быть при мне. Дамьен оставался в Лорме, я не хотел портить ему карьеру, но мне нужен был кто-то рядом в утешение. Как гарантию я отдал ему наш фамильный перстень и показал завещание. Он остался, но вскоре заболел и умер. Конечно, мне не хотелось отрезать ему палец, но это кольцо — реликвия нашей семьи. Оно не могло уйти вместе с ним в могилу на сельском кладбище, потому мне пришлось снять его единственным возможным способом.

— Я понял вас, — сочувственно кивнул Марк. — Последняя просьба, ваша светлость: покажите мне его.

— Но вы же его видели!

— Я хотел бы внимательно рассмотреть его.

Барон кивнул и, нагнувшись в сторону, открыл дверцу сбоку своего стола. Он достал оттуда серую шкатулку. Когда он поставил её перед собой, она глухо стукнула о столешницу. Откинув крышку, барон вытащил из неё перстень и протянул Марку. На него взглянуло злобное красное око дракона, и хоть ему было не по себе, он всё же протянул к нему руку. Но вдруг в его запястье вцепились длинные сильные пальцы, и возле уха прозвучал звенящий от тревоги голос:

— Не трогай его!

Марк с удивлением обернулся к Джин Хо, но тот смотрел вовсе не на перстень а на шкатулку.

— Откуда она у вас? — спросил он барона. — Это ведь свинец? Этот перстень всегда хранился в этом футляре?

— Да, — растерянно произнёс барон. — Сэр Ренод привёз его в Олонд именно в этой шкатулке.

— Всё ясно, — кивнул