"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

– Соимператор… – повторил я, сжимая и разжимая кулаки. – Мысль о побеге больше не кажется мне глупой.

– Что-что там тебе не кажется? – перебил меня новый голос.

Мы с Лорианом одновременно повернули голову и увидели, как из рукава, связывавшего «Ашкелон» с «Тамерланом», появилась Элара, а за ней Паллино.

– Валка сказала, что вы здесь, – с улыбкой объяснила Элара свое появление. – Что-то ищете?

– Похоже, пару коробок с моими вещами забыли на Нессе, – вздохнул я, прислонившись к стопке ящиков посреди трюма.

– А в яслях для фуги смотрел? – наморщив лоб, спросил Паллино.

Он заметил Лориана и постучал по лбу, как будто небрежно салютуя:

– Коротышка.

– Трехглазик, – ответил Лориан с таким же жестом.

Но я не стал любопытствовать и сказал:

– В яслях слишком маленькие шкафчики, ящик не поместится. Телеграфирую на Несс, когда прибудем на Гододин, и выясню, что случилось.

Я уже внутренне смирился с тем, что не увижу филактерию, пока не вернусь на Несс, и это весьма меня печалило.

Элара села рядом и утешающе взяла меня за руку:

– Все найдется.

Почувствовав ее улыбку, я опустил глаза. По мне вдруг разлилось тепло, и мрачные предсказания Лориана о судьбе Империи и моей роли в этом разом остались где-то далеко. Улыбки заразительны, и я улыбнулся Эларе в ответ:

– Я так по вам скучал. Хорошо, что мы все снова вместе.

– Мы тоже скучали, – ответила Элара, сжимая мою руку.

Пустые слова, но добрые. Все они спали в фуге с самого Фермона и многое пропустили, даже не зная об этом.

– А я не скучал! – усмехнулся Паллино.

– Помолчи! – метнула в него испепеляющий взгляд Элара.

– Как скажете, – снова отсалютовал старый хилиарх, на этот раз как положено.

Отбросив ненужные мысли, я перевел взгляд с Элары на Паллино. Они были последними мирмидонцами, оставшимися со мной с Эмеша.

– Я вам зачем-то нужен?

– Не то чтобы, – ответила Элара. – Просто Валка сказала, что ты что-то потерял, и мы решили помочь.

Мне стало еще теплее.

– Ну, раз так, то, может, и стоит проверить ясли… на всякий случай.

Глава 10. Рай

Планета под нами переливалась серым и белым, словно голографическая панель, не получающая сигнала. Воздух на Падмураке был разреженным и стылым, а великий город Ведатхарад раскинулся посреди заснеженной тундры, где не водилось ничего живого. Все районы были закрыты громадными куполами из металла и алюмостекла, напоминая населенную демонами столицу Воргоссоса.

Даже с высоты было заметно, что в великом городе Содружества все сделано в угоду утилитарности. Под стеклянными куполами высились грубые бетонные дома-коробки. Бесчувственные памятники безбожному писанию, согласно которому все люди были винтиками одной машины и свободными не потому, что сбросили с себя рабские цепи, а потому, что были такими же «рабочими», как и те, кто эти цепи ковал. В Содружестве утверждали, что его богатство – в единстве, что в этом обществе нет ни классов, ни иерархии, ни различий между гражданами. Как сообщалось, у людей не было даже имен и уж тем более званий. Они жили в пустых квартирах в башнях-ульях, которые возвышались, словно дьявольские мельницы, по периметру огромного города, выстроенного по единому плану.

– Веселенькое местечко, – заметил Бандит, глядя в узкое окошко шаттла перед посадкой. – Это их столица? Не могли основать ее на планете, где хотя бы дышать нормально можно?

– Это многое о них говорит, – ответил я, стоя рядом с ним.

Небо было того же серого цвета, как и сама планета. Белые облака сочетались с белым снегом. Над нами нависал один из куполов; его черный скелет как будто принуждал сами небеса к порядку. Совсем не похоже на Вечный Город.

– Надеть шлемы! – скомандовал Паллино, возглавлявший нашу скромную процессию.

Я щелкнул переключателем, и мой шлем появился из воротникового отсека доспеха. Раскрывшись, он с ювелирной точностью сложился вокруг моей головы. У остальных шлемы были обычные, надевались отдельно. Я услышал, как загудели герметизаторы и засвистел воздух, перегоняемый внутри скафандра. Лицо Тора Варро спряталось под безликой маской из черного стекла. Поверх черного комбинезона он надел зеленую робу схоласта. Шлем Валки был похожим, из черного алюмостекла и стали, с набивной подкладкой, а вот доспех больше напоминал мой: поверх алой туники она надела нагрудник в виде женского торса с такой же, как у меня, эмблемой – пентаклем и трезубцем. Валка не была солдатом и поэтому не носила птеруг, наручей и поножей. Ее левый рукав был покрыт точной копией фрактального узора saylash – ее клановой татуировки, черной на черном.

Она давно так не наряжалась, и я не смог сдержать улыбки. На поясе у нее висел старый тавросианский служебный револьвер, частично скрытый коротким плащом – таким же, как у меня.

Два сапога пара.

– Шлемы на месте? – спросил по рации Паллино.

Закончив инспекцию, он обратился к пилоту:

– Начинайте выравнивание давления.

Шаттл с громким шипением выпустил воздух, чтобы привести атмосферу внутри в равновесие с той, что царила снаружи. Мгновение спустя люк открылся, превратившись в трап. Солдаты в белых имперских доспехах один за другим начали выходить, высоко держа острые копья. На их фоне унылые серые стражи Содружества выглядели убого. За солдатами вышел Варро, затем Бандит и Паллино, за ними – мы с Валкой в сопровождении группы тяжелобронированных гоплитов, составлявших основу нашей охраны.

Нам было предписано без остановки пересечь посадочную площадку и подойти к низкому широкому ангару, отстоявшему от нас на сто пятьдесят ярдов. Не знаю, почему нам не разрешили завести шаттл прямо в ангар. Возможно, в Содружестве хотели показать свое превосходство, заставив нас маршировать.

Лотрианские солдаты приветственно вскинули копья. Их было, наверное, человек двести, все в медалях и галунах.

– Никак лучших бойцов прислали? – заметил Паллино шепотом по отдельному каналу связи.

Дул слабый ветерок, почти неощутимый и едва колыхавший наши с Валкой тяжелые плащи.

– Никогда не видел столько заслуженных людей в одном месте, – ответил ему Варро.

– Хотят произвести впечатление, – сказал я.

Однако даже за блеском солдатских наград от нас не укрылось запущенное состояние космодрома.

Над прямоугольным коньком ангара находился барельеф, изображавший работающих рука об руку лотрианцев. Они приближались друг к другу с двух сторон на фоне выгравированной книги. Их позы были статичными, механическими, топорными, а на лицах одновременно читались почти гротескная радость и целеустремленность – неестественное сочетание эмоций, которого я никогда не встречал у живых людей.

– «Лотриада»? – качнула головой Валка в сторону книги.

– Да, – кивнул я в ответ. – Говорят, ее изображения