Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

— И что же ты подразумеваешь под легендарностью?

— Чтобы стать легендарным, надо не просто периодически создавать легендарные предметы, а делать из каждого предмета легенду. -Ответил я все с той же улыбкой.

Что загнул — и сам не понял. Но попытаться стоило. Надо будет поучиться красиво говорить, а то хожу как деревенщина какая-то. Никто ж меня всерьез не примет…

Скрытое задание "Пободаться лбами" выполнено!

Класс задания: Уникальный

Награда: 2000 опыта, отношения с персонажем Слунч улучшены до +25.

— Интересный ты, клыкастый… — Протянул Слунч, — И ты, стало быть, такую возможность мне дашь?

— В зависимости от того, что тебе нужно для этого.

— Материалы, люди, вдохновение и, собственно, эти руки, — Сказал дед, демонстрируя две руки с крепкими мышцами.

— Что ж, посмотрим… — Сказал я, — Если мое дельце начнет развиваться, то я тебя всем обеспечу.

— Нет уж, клыкастый! Возбудил фантазию деда, а теперь смыться по-тихому хочешь? Не "если", а "когда"! — Слунч значительно поднял палец вверх, — Будет интересно посмотреть, чем же ты сможешь меня удивить…

Я усмехнулся. Довольно интересный старик. Если я все же начну свою кампанию по захвату мира… И о чем я думаю? Захват мира… Я даже не могу ужиться с одной молчаливой эльфийкой, какая речь о захвате мира… Надо бы над этим обстоятельно поразмышлять.

С подобными мыслями я распрощался с мастером и медленно побрел дальше по магазинам…

Мастер-кузнец Слунч.

— Мастер, я слышал, что Вы обсуждали с этим зверем. — Заявил первый помощник в кузне, Лийт, как только орк вышел за дверь, — Вы серьезно собираетесь работать на него?

— Разве быть зверем так плохо, Лийт?

— Простите, что? — Переспросил подмастерье удивленно.

— Говорю, разве зверем быть плохо?

— Ну… Они же дикие… — Ответил ученик, немного смутившись.

— А вот я так не считаю… — Слунч тяжело вздохнул, и вытер руки о фартук из грубой кожи, — Мы, люди, привыкли считать зверей более низкими ступенями в природной иерархии… Но, по сути, они таковыми не являются. Мы забивались в пещеры, строили дома, образовывали поселения — все для того, чтобы спастись от дикой природы. Но с древних времен мало что изменилось. Мы все так же боимся выйти в лес ночью… К чему я это… — Кузнец задумчиво запустил в бороду пальцы, — Ах, да! Орки. Да, они ближе к природе чем мы, люди…

— Но, мастер, эльфы тоже близки к природе. — Перебил Слунча ученик, — Но они не ведут себя подобно диким зверям!

— Эльфы, сынок, это совсем другое… — Ответил Слунч со вздохом, — Они, близки к лесу и природе — это да. Но восприятие у них совсем другое. Для ушастых природа это что-то благословенное и неприкасаемое. Радужное… — Слунч сплюнул и поморщился, — У орков другое представление о природе. Для них эта среда для испытания своего духа и силы. Для них природа не священна. Те звери и магические твари, от которых мы прячемся по домам… Для них это просто добыча. Либо победил, либо погиб. Так они живут… В доказательство этого… Ты знаешь, каких животных орки используют в качестве транспортных?

Ученик молча мотнул головой. Редко получалось услышать столь увлеченный рассказ от старого и ворчливого мастера. Обычно он посылал работать своего первого ученика после пары предложений. А тут такая откровенность…

— Гигантских кабанов. — Вздохнул Слунч, — Чертовых кабанов размером с ездовую лошадь… Каким нужно быть монстром, чтобы заставить подчиняться такую тварь?! Я уже не молод, поэтому успел поучаствовать в войне… Я видел орочью кавалерию на бронированных кабанах… Седеть я, кстати, с того момента и начал. Причем очень быстро. Но сейчас о другом. Эти кабаны славятся дикостью нрава и необычайной кровожадностью. Раньше они водились только в Диких землях. Вот только оркам было плевать. Пришли и подчинили. И вышла прямо-таки гремучая смесь. Бр-р-р…

Старика передернуло от воспоминаний. Ученик даже побледнел. Мастера редко чем можно было пронять. И если уж даже его колотит от воспоминаний… Есть о чем задуматься.

— Но как это касается того… орка?

— Ах, он… — Мастер вздохнул, — Есть среди орков такие уникумы… Они сильны, как огры, ловки, как черти, и, что самое страшное, умны невероятно. Такие у них становятся вождями. Такие орки могут в одиночку повернуть ход сражения в свою пользу…

— И этот орк был… таким же?

— Нет. Не таким. Еще хуже. — Старик слегка усмехнулся, — От него разит кровью. По его глазам видно, что он видел в жизни гораздо больше, чем даже я. А пока я с ним дрался понял, насколько он хорош в бою.

— И насколько?

— Скажем так, если бы герцогиня решила бы натравить на него свои войска… — Кузнец нахмурился, — Округ мог бы лишиться лучших воинов…

— Все так плохо? Не могу поверить, что он настолько силен…

— Вся проблема в том, что он еще даже не вошел в силу. Будто он только-только начал серьезно развиваться. — Слунч слегка вздохнул.

— И все же, мастер, почему вы согласились работать с ним?

— Знаешь, шкет, я может и кажусь глупым сварливым старикашкой, но людей я на своем веку повидал. И сильных духом, и слабых… Но этот орк… Возможно, он еще и сам не осознал, но жизненный путь, проторенный большинством людей — не для него. Он просто обречен на свершения…

Старик осекся на полуслове и уставился на ученика. Лийт, не понимая, что случилось, нервно поправил такой же фартук, как и у мастера.

— Знаешь, что я забыл? — Спросил Слунч, — Хотя откуда тебе, пацан, знать?.. Пошли кого-нибудь за этим орком… Мы так и не договорились про драконью кость…

Лют.

— И за это ты хочешь сотню золотом? — Я скептически приподнял бровь, — А может мне тебя еще и поцеловать кое-куда?

Статного вида эльфийка окинула меня оценивающим взглядом. В глубине ее глаз несколько секунд прямо-таки плескалось сомнение… Наконец, она кивнула каким-то своим мыслям и ответила:

— Знаешь, вещь довольно редкая…

— Да она абсолютно бесполезная! — Воскликнул я, демонстративно хватая моток толстой веревки.

Точнее, пытаясь схватить. Веревка и не думала "хвататься". Она лежала себе преспокойненько на прилавке и никуда не желала двигаться. Единственное, что получалось с ней сделать — это высветить свойства:

Призрачная веревка.

Абсолютно нематериальна. При уничтожении части восстанавливается до исходного размера.

Я, конечно же, юлил. У меня