Ножны для меча - Павел Андреевич Кузнецов

Внутри обнаружилась та самая необычная стойка, разветвлённая подобно ёлочке по всему залу. Наиболее оригинально смотрелась та её часть, которая оплетала уютный танцпол. Тугие вены, пронзающие трепещущее в ритмах танца сердце — ни дать ни взять. И если стойка шла как бы изнутри заведения, из самого средоточия веселья, то некоторое количество одиночных столиков жалось к стенам и окнам по периферии. Вечерний полусвет, разбавленный имитацией живого пламени в лампах-факелах на стенах, дополнял необычную атмосферу. Приятное заведение. Выбор Мэри Гэвил был понятен и оправдан, ещё и эти котики на вывеске… Неужели ещё одна их любительница?..

Моя визави тоже оказалась здесь. Девочка даже не удосужилась присесть за индивидуальный столик, ограничившись общей барной стойкой. Это был первый звоночек, указывающий на её желание приобщиться к коллективу, а точнее, снять себе парня на вечерок. Второй звоночек — это то место, где она сидела. Вокруг внешницы шумел танцпол, по случаю позднего времени суток полнящийся народом. От танцующих пар её отделял высокий стул с расходящимися пирамидой ножками. Собственно, не будь под ней этих самых ножек и приданной седалищем дополнительной высоты, дама оказалась бы среди танцующих в довольно нелепой для танца позе — сидя.

Без лишних раздумий я направился к одинокой женщине. Лучше сразу обозначить свои намерения, чем толкаться в баре, изображая праздного завсегдатая. Как оказалось, не зря. Почти в то же самое время с другой стороны заведения к леди выдвинулся бритый налысо крепко сбитый мужичок. Он тоже заметил одиноко сидящую посреди вакханалии танца женщину. Когда я был уже в метре от Мэри, обернулся к бритому и предостерегающе покачал головой. Мужик всё понял с полужеста. Исходящая от меня аура угрозы хорошо читалась по глазам и стелющейся кошачьей походке. Он сразу же сменил направление, ну а я занял место на соседнем высоком стуле.

— Мне кажется, вам уже хватит, леди, — нахмурился, видя целую россыпь одиноких чашек для местной водки по левую от неё руку. Пустых чашек.

Мэри подняла взгляд. Прошлась по моей фигуре. Её затуманенный разум провёл поверхностное сличение с собственным идеалом, и выдал зелёный свет. Вообще, девчонка производила самое приятное впечатление. Чёрненькая, с собранными по случаю посещения питейного заведения в хвост волосами. Острые черты лица, изящные, почти эльфийские ушки — благодаря собранным волосам хорошо различимые на милой головке. Изящная шейка. Грудка не слишком большая, зато приятной глазу формы, даже на вид упругая. Ножки, сейчас лежащие одна на другой, казались эталоном красоты, да и покатые бёдра не подвели. В общем, девочка ничуть не уступала запечатлённому на картах образу, и была по-прежнему желанна. Ещё и это её платьице… Тоже чёрное с серебряными вставками, оно расплескалось по ногам бесплотной тенью, плотно обнимая фигуру и открывая взгляду глубокое декольте с кулоном в форме… котика. Бинго!

— Я люблю выпить, — не согласилась она. — Водка хорошо топит проблемы, освобождает голову от груза ответственности.

По тому, как хорошо складывала слова в предложения госпожа Гэвил, сразу становилось понятно, что она ещё далека от грани, за которой наступает беспамятство. Подтверждая это, она сноровисто опрокинула в рот очередную маленькую чашечку. Я тяжело вздохнул.

— Есть другие способы сбросить напряжение.

Новый изучающий взгляд и явно выраженный интерес во взоре. Ей нравилось направление нашего разговора, нравилась моя уверенность. По большому счёту, любые мои слова не имели для ночной охотницы никакого значения. Значение имел лишь тембр голоса, который я специально разбавил мягкими бархатистыми нотками, стараясь очаровать. Женщины вообще любят ушами… Моя финансистка здесь не стала исключением.

— Например?

— Мы можем потанцевать, — пожал я плечами, протягивая ладонь.

Леди почти приняла её, когда с двух сторон от нас нарисовались крепкие мужики. Одним из них был уже знакомый бритый, а вот второго я видел впервые. Он, кстати, встал с моей стороны. Итак, лысый нашёл дружбана, с которым они идеально дополняли друг друга. Сам он явно воспылал интересом к женщине, а вот интерес дружбана проистекал из зачесавшихся в предвкушении хорошей драки кулаков. Я не дал ему разойтись на полную.

Несколько быстрых ударов пальцами в нужные точки, и бугай поплыл. Вот он стоит — а вот заваливается назад. Падал он, словно подрубленное дерево — сведённое судорогой тело не могло опасть, а только заваливаться бревном. Смотрелось забавно. Люди, которых он задел в падении, тоже оценили. Особенно понравилось лысому, который поспешил подорваться и вновь стартовать в неизвестном направлении.

Дама тоже обернулась на шум. Окинула взглядом лежащего на полу бугая.

— Что случилось? — вопрошала она.

— Вот — живая иллюстрация того, что будет с тобой через полчаса.

— Отличный пример, — индифферентно заметила финансистка, вновь поворачиваясь к стойке. — Идеально! Я тоже так хочу.

— Девочка, прошу, не надо, — я вновь начал увещевать, перехватив её занесённую для очередного глотка руку с крепким алкоголем. — Я знаю куда лучший способ расслабиться.

— Одно другом не помешает, — не согласилась она, и в её словах имелся свой резон. Однако Мэри не спешила отталкивать мою руку, лишь задумчиво смотрела на неё, и это было хорошим знаком. — Ведь можно расслабиться дважды. Или в квадрате?..

— Тогда ты ничего не почувствуешь, а утром ничего не будешь помнить.

— Ну… Это не так уж важно. Главное — скинуть с себя груз.

Мы ещё несколько минут посидели. Бугая вынесли на улицу — прямо так, в виде одеревеневшего полена. Дама по-прежнему не спешила вырывать руку. Тогда я сам отпустил её. Провёл по изящной кисти пальцами, закончив движение аккурат на ладошке. Вновь поймал её нежным хватом. Притянул к своему лицу и принялся выцеловывать узкие пальчики. Девочка заулыбалась. Ей определённо нравилась эта игра.

— А ты оригинален! — довольно проворковала она. — Обычно мужики предпочитают щупать выступающие части тела, и через это выражают свои намерения.

— Если я выпью столько же, сколько и ты, — короткий жест в сторону россыпи пустых чашечек, — то тоже начну так делать. Поэтому и не пью.

Мэри фыркнула. Такая мораль была ей близка и понятна.

— Но ведь я тебя не щупаю за… мягкие места!

— Ничего не имею против, если начнёшь.

Девочка рассмеялась. Не слишком утончённая, но и не пошлая игра определённо пришлась ей по вкусу. А потом она принялась… щупать! Вот ведь оторва! С другой стороны, зачем ещё люди идут в подобные заведения, как не затем, чтобы оторваться? Каждый на свой лад. Вот мой несостоявшийся знакомец, например, любит