Фамильяр мага - Мира Раскрасная

— А это, значит, вызывает доверие? — Ника недоверчиво указала на чашку.

— Пей, — сказала Шора, — не придирайся.

Ника осторожно принюхалась. Неизвестных ей ароматов не было. Она нерешительно сделала один глоток. Кисло-сладкий напиток, с нотками лимона, мяты, айвы и чего-то слегка горького, еле уловимого.

— Ммм, — одобрила она и стала пить уже более уверенно, смакуя каждый глоток.

По мере опустошения кружки, бодрость возвращалась. Кажется, ушли даже мешки под глазами — результат бессонной ночи.

На пары она пришла абсолютно полностью выспавшаяся.

Ушани тоже был полон сил и энергии.

— Я смотрю, ты выспался и о нас не беспокоился. Давай, колись, как тебя раскусили, — Ника присела рядом.

— Да не умею я врать. Преподаватель Сирп — боевой маг. Он ложь чует на раз. Он сразу у меня все выпытал. Где вы, как вы.

— И что ты ответил?

— Да как есть. Про то, что девочку спасли, в лечебницу отправили. Вот надо ждать, когда вернётесь.

— Не догадался?

— Нет. Чтобы догадаться, надо правильные вопросы задавать. А сухая правда всегда отличается от того, что происходит на самом деле.

— Отлично.

— Слышал, вы с Барсом на всю улицу орали.

— Не думай. Чего он вокруг нас вьётся? Слушай, я только сейчас подумала. А как он оказался в той лачуге. Мы её с трудом нашли. Так специально же искали. А он как появился?

— Хороший вопрос.

Началась лекция. Сегодня они изучали создание вольта и привязки к нему. Особое внимание уделялось именно некротической привязке на вольте, созданием двойника, подменой местами.

* * *

Встреча Ники, Ушани и Ирисы проходила в библиотеке. Все трое сидели, обложившись учебниками. Ушани листал книги по знакам, блокирующим волю усопших. И делал вид, что не имеет отношение к тому, о чём Ника просила Ирису.

— Ириса, нам очень нужна твоя помощь.

— Ника, права поднимать мёртвых у тебя нет.

— Да мне пару вопросов всего задать. Да и ритуал будет проводить Ушани. Ты только подстрахуешь. Ты же второй курс. С тобой мы справимся. И ты мне должна.

— Так и знала, что за твоей добротой не стоит ничего хорошего.

— Извини, но обстоятельства вынуждают. Я не причиню вреда Алите. Но мне нужно поднять этого усопшего.

Ириса сидела, сложив руки домиком перед собой. Она задумчиво перестукивала пальчиками.

— Хорошо, я помогу. Но ты мне всё расскажешь. Я не буду исполнять вслепую.

— Я не могу.

— Я ты смоги, — с нажимом возразила девушка, — Ты же знаешь, что ритуал зависит от того, насколько много некромант знает о покойнике. Тогда шансы на успех возрастут.

Ника задумалась. Она колебалась. Видно была, что решиться ей непросто.

— Ириса, скажем так, тот, кого мы пытаемся поднять, очень похож на меня. Возможно, знаком со мной. Он приходит ко мне во сне и предупреждает об опасности. Но я не понимаю, как он связан со мной. Я хочу выяснить эту связь. И возможно, у этой души есть хозяин. Он и мою душу ищет. Я хочу понять, зачем. Возможно, меня хотят превратить в фамильяра.

Ириса коснулась Ники пальчиком.

— Ты чего-то ожидаешь?

— Не могу поверить. В фамильяры берут часть души. Всё, что ты мне сказала — этого не может быть.

— Ещё как может, поверь мне, — Ушани абсолютно равнодушно смотрел на Ирису. — И я против, чтобы ты знала. Но обстоятельства вынуждают. Надо узнать, кто к ней обращается, защищает или вредит. Родовая сила или кто-то другой. Что вообще происходит с ней.

— Значит, необходимо поднять мёртвого и задать несколько вопросов. Объединить его тонкий план, мысли и чувства нельзя, так как, возможно, у него есть хозяин. И он сразу почувствует вызов души. Соответственно, надо попытаться узнать, сохранилась ли память у усопшего.

— Да, именно так.

— План так себе.

— Другого нет. Значит, ты поможешь?

— Да. Уговор был, если все расскажите, то помогу. Только ты сказала не всё. Хорошо. Где и кого поднимать?

— Я покажу место, — подхватил разговор Ушани. — Ритуал тоже продумаю. Потом мы обсудим, какая помощь нужна. И по упокоению тоже.

— Даже поверить не могу, что на это подписываюсь, — Ириса была в шоке от собственного решения.

* * *

Ритуал проходил ночью. Ушани, Ника и Ириса стояли перед могилой. Час назад они раскопали её. И теперь все трое стояли и смотрели на останки. Тело было маленьким, словно это ребёнок.

Лес шумел. Ветер поднимал мелкую грязь с земли и буквально швырял её в лица присутствующих.

— Сегодня лучше бы и не начинать, — начала Ириса.

— Поздно. И так с трудом выбрались. Сегодня всё проведём, — сказала Ника. — Ушани, начинай.

Ушани начал проводить ритуал. Сначала он снял замки с могилы, затем пролил воду на само тело. Начал бормотать заклинание. Тело не слушалось и сопроивлялось. Ритуал шел сложно. Ушани буквально спустился к телу, выбросил три горсти земли из могилы, нарисовал символы подчинения в обратном направлении. Он приказывал телу повиноваться. Ника смотрела на происходящее по-другому. Её тело светилось. Ириса старалась не смотреть на Нику. Такое её состояние было ей знакомо ещё с момента, когда она снимала родового паразита с её сестры.

Тело поднялось.

— Кто ты? Как тебя зовут? — Ушани задавал вопросы. Покойный ничего не говорил. Ушани сделал несколько поворотов кистью. Покойник только зашевелился, но ничего не сказал. — Бесполезно.

— Попробуй призвать его душу.

— Опасно, — возразила Ника.

— Но само тело истлело. Ничего там нет. Ничего, что сохранило бы память. Оно не скажет. Имело смысл поднимать его раньше. Ушани, попробуй призвать душу. Иначе ответов ты не получишь. Рискнёшь?

— Давай, — неуверенно кивнула Ника. Она внимательно смотрела, ища душу этого парня. "Ничего нет. И никого нет в могиле. Ни души, ничего!".

— Я зивой, — покойник заговорил неожиданно. Его челюсть двигалась с трудом.

— Как он говорит в отсутствие мышц и языка, — Ника не поверила тому, что слышала.

— Тихо, — шикнул Ушани, — задавай вопросы, и так времени нет.

— Я зивой. Я зиву зизнь, но не в этом месте.

— Что значит не в этом месте? — Ника не понимала.

— Я могу есть и спать. Но могу недалеко ходить. Я зиву. Я не мёртв, — это были его последние слова. После тело упало замертво.

— Это всё? — Ника даже не поняла, что происходит. — Я не видела ауру. В теле нет души или её частиц. Ничего.

— Быть не может, — возразила Ириса, — душа следует за телом. Если он говорил, что-то должно быть. Лёгкое свечение, остатки мыслей. Не может такого быть, чтобы ничего.

— Но знаешь, в ритуале тело поддавалось трудом, — Ушани говорил и одновременно заканчивал ритуал по упокоению: он кланялся