Наездник 1-5 - Сергей Александрович Плотников

42

Неделя. Ровно настолько я выпал из школьной жизни — а заодно и из тренировок в додзё, и, что самое печальное, из работы в “Дредноуте”. Что обо мне и о моих минимум двух прогулах думают Ичиро-сенсей и одногруппники — мне ещё предстояло узнать, а вот Кэпу я позвонил сразу, как смог встать. К счастью, как только я перестал каждый вечер отвечать на электронную почту, тот тут же понял, что дело неладно, и потому я не сильно подставил контору — но вот без денег остался.

Хорошо, что за две недели перед экспериментом на себе и Фае я кое-как смог сгладить финансовую яму, пробитую закупкой “свалочного” снаряжения. А купленные в аптеке препараты и предметы обошлись в несколько раз дешевле, не отправив меня в очередной раз на дно — да и срок выплаты следующей стипендии подходил. Н-да, и до назначенных боёв без правил тоже неделя осталась всего…

Зэту я не видел все выходные — она заходила вечером на следующий день после моего пробуждения, принесла фруктов и предупредила, что будет сильно занята. Выразилась синта довольно расплывчато — что-то вроде “если всё получится, нам это здорово поможет”, и вид имела самый таинственный. Выяснять подробности я не стал даже когда мы оставили моего “персонального помощника” в ящике стола и нашли себе на пожарной лестнице госпиталя уютный закуток, чтобы вдоволь пообниматься. Поверьте, нам и так было чем заняться, гораздо более интересным — да вот хотя бы поговорить. Потому обнаруженный в ящике для сменки плеер с динамиком вроде моего и наклеенной поверх запиской “Любимый, прослушай в одиночестве, можно с пом-помом” заставил меня изрядно удивиться. И напрячься — чего уж скрывать.

После откровений об Общности и её целях моя подруга пусть и немного, но заметно изменилась. Думаю, изменения шли и раньше, по мере социализации вообще и нашего сближения — просто мне не с чем было сравнить, и я их не замечал. Староста и так не напоминала робота, хотя им по факту являлась, а в последнюю нашу встречу просто лучилась жизнью. Естественные движения, горящие глаза — ничего не напоминало машину. Пошутил бы про “силу любви”, вот только, кажется, это была бы вовсе не шутка. Чудеса да и только. За выходные я соскучился и с нетерпением ждал новой встречи — а получил такое вот своеобразное послание. В класс я входил, догадываясь, что свою девушку там не увижу. Угадал.

— Йоширо-кун? — удивилась Широхиме. — А я думала — ты сегодня ещё в больнице будешь. Зэта-тян просила её на сегодня опять подменить, сказала, что будет тебе помогать…

— Выписали, — виновато развёл руками я, чувствуя, как портится настроение. Нужно будет сразу после классного часа найти куда заныкаться и послушать запись — и к чёрту первый урок!

— Так она не придёт? — переспросила жрица. — А то я уже подзадолбалась с бумагами возиться и носиться, и с самодовольными идиотами из школьного самоуправления общаться, пока её четыре дня не было. Она ведь только в пятницу вышла — и вот опять. И как только у неё на всё времени хватало?

* * *

Еле высидел положенное время. Подходящее место нашлось на школьной крыше: в Японии традиционно делают там зону для отдыха, огораживая по периметру высоким парапетом из сетки-рабицы. Сегодня утром кроме меня свежим воздухом никто не соблазнился: было пасмурно и слишком холодно для последних дней мая. Вот и отлично.

— Привет, любимый! — жизнерадостно поздоровалась со мною запись. — Пом-пом с тобой? Если нет, прокрути для Общности плёнку потом повторно. Я прямо прониклась этой примитивной технологией записи информации: прослушать можно только в заранее установленной последовательности, нельзя ознакомиться со всем массивом данных сразу! Отличное решение, если хочешь, чтобы тебя точно выслушали — как здорово, что я у тебя его подсмотрела! Я ведь вообще у тебя много чему научилась — что ещё удивительнее, за такой короткий срок!

Синта на записи вздохнула и уже другим тоном продолжила:

— Да, мне, наверное, сразу стоило это сказать: если ты слышишь это сообщение, любимый — я облажалась. По-крупному. Иначе просто забрала бы диктофон и сама тебе всё сказала… Ксо, прямо обидно будет, если мой план “А” не сработал. Но я постараюсь представить, что он не сработал, чтобы это записать… Ну, ты понял. С посланием, которое ты сейчас слушаешь, если что — план “Б”.

Зэта опять помолчала, потом продолжила.

— Сначала я должна сказать, что люблю тебя! Мы ведь так это друг другу напрямую не сказали. Честно говоря, просто не придала этому значения, а теперь — жалею. Признание — это не просто красивый обряд, традиция. Оно по-настоящему важно! Ками-сама, как я много всего ещё даже несколько дней назад не понимала! Любовь — чудо! Не “гормональный всплеск, снижающий критичность восприятия реальности и помогающий людям организовать временный союз для продолжения рода”, как записано в медицинском курсе, а реальное чудо! Я полюбила — и теперь могу всё это испытать, почувствовать на себе! Общность, уверена, обзовёт то, что происходит со мной, “безумием” — но вот хрен ей, а не доступ к моему профилю, старой кошёлке!

Пом-пом на моей руке… нет, не задрожал — дёрнулся. При этом на дисплее ничего не отобразилось.

— Кстати, файлы собственных бекапов я тоже подпортила, — с неуместной, на мой взгляд, гордостью сообщила моя девушка. — Все, даже те, которых как бы нет — да-да, я их нашла. Как представлю, что во мне будут копаться, препарируя память по байтам — аж передёргивает. Из всех к своему коду… к себе я позволила бы прикоснуться только тебе, любимый. А остальные… Пусть перепроверяют свою систему защиты и шифрования, ха! И ведь мне она совсем недавно тоже казалась надёжной, смешно… Достаточно взглянуть под другим углом. Это так просто оказалось! Я ведь на многое теперь смотрю по-другому…

Любимая на записи хмыкнула.

— Прежде, чем я расскажу тебе, зачем воспользовалась диктофоном, открою несколько так называемых “секретов” моего клана… О, слышишь фоновый шум? — я действительно услышал довольно громкий, но не перекрывающий голос шелест. — Это не на записи, это старая кошёлка перепугалась и попыталась врубить электромагнитные помехи через пом-пом. Эй, Общность! Бес-по-лез-но-о! Примитивные аналоговые технологии рулят! Знаешь, Йоширо, что самое смешное? Она не может вместо воздействия на аудиотракт нарушить твоё внимание — потому что по заключённому с правительством Японии соглашению запрещено