Любить вампира – это хаос - Аура Хейс

Он лижет и даже немного посасывает, пробуя меня на вкус, словно перед ним изысканное угощение.

В ушах стучит, ритм сердца сбился и не поддается контролю. Зав стонет между моих ног. Стонет, просто почувствовав мой вкус. Это, черт побери, нереально возбуждает.

Его бедра трутся о кровать, пока он ласкает меня языком. Настолько отчаянно он нуждается в контакте. Это самая возбуждающая вещь, которую мне доводилось видеть.

Он водит языком вокруг моего клитора, а потом зажимает его губами, отчего по всему моего телу прокатывается волна спазмов, ярких, как салют.

– Боже, боже, боже, – повторяю я эти слова, как заклинание, мои пальцы ищут точку опоры и наконец находят ее в мягких локонах Зава. Я дергаю его за волосы, и теперь уже стонет он.

Когда я прихожу в себя, то вижу, как он наблюдает за мной снизу. В его широко распахнутых глазах читаются немой восторг и священный трепет.

На его лице появляется хитрая ухмылка.

– В следующий раз я хочу слышать свое имя. А если не услышу… – его голос становится глубже, изумрудные глаза темнеют, – жди последствий.

Я дрожу от тона его голоса – сладостного намека на то, что эти последствия окажутся мне по душе, пусть мысль о них и пугает.

Он проводит пальцами по моему влажному центру, два пальца с легкостью входят внутрь, а большой палец прижимается к клитору. Я прерывисто дышу, и бедра непроизвольно дергаются.

Он ухмыляется, его глаза вспыхивают.

– Как думаешь, сколько раз я могу заставить тебя кончить? – Он склоняет голову набок. – Один раз уже удалось. М-м-м. Три? Пять? Еще больше?

– Не знаю… – выдыхаю я в такт движению его пальцев.

– Господи, как же я обожаю сложные задачи! И мне безумно хочется тебя покорить.

Он встает, и его губы сливаются с моими, пока пальцы продолжают двигаться. Наверное, мне должно быть стыдно за то, насколько я мокрая, но потом я понимаю, что это Зав, а значит, мне нечего стыдиться.

Все мое тело содрогается от еще одного оргазма, и Зав, прильнув к моим губам, впитывает в себя каждый мой стон.

– Ты чертовски красива, когда кончаешь, – шепчет он, касаясь губами моей шеи. – И этот нежно-розовый румянец на твоей коже. Кажется, розовый стал моим новым любимым цветом.

Со стоном я отталкиваю его, и он перекатывается на другую сторону кровати. Теперь, когда я знаю, что он вампир с нечеловеческой силой, способностью к регенерации и черт знает чем еще, я понимаю, что он перекатился только потому, что сам хотел этого. Он улыбается мне, складывая руки под голову. Он этого движения напрягаются его мышцы, и я завороженно наблюдаю за ними. Прикусываю губу, когда замечаю, как его член выпирает сквозь спортивные штаны. Нет ничего сексуальнее парня в таких штанах.

– Можно? – Я бросаю на него взгляд, спрашивая разрешения.

– Если я кончу в ту же секунду, как ты до меня дотронешься, чур не смеяться.

Я сжимаю губы, но они все равно растягиваются в улыбке. Сердце екает в груди.

Моя ладонь нащупывает его поверх штанов, обхватывая всю длину.

Завьер шипит сквозь зубы, бедра непроизвольно дергаются. Когда я вновь смотрю на него, его глаза закрыты, он закусил губу, клыки торчат наружу. Внутри меня все сжимается от осознания силы, которую я имею над этим мужчиной. Позже, возможно, я приду в себя и ужаснусь, насколько меня заводят его клыки, но сейчас не время рассуждать о своем психическом здоровье.

Удивительно, но мои руки совсем не трясутся, когда я приспускаю его штаны и трусы-боксеры, обнажая лишь кончик твердого члена. Я в предвкушении облизываю губы. Я жажду его как никогда. Теперь, когда я сдалась этому притяжению между нами, меня охватывает смелость и чувство, что все идет как надо. Встав на четвереньки, я освобождаю его и начинаю ласкать рукой. Его теплая, гладкая плоть удивительно нежная на ощупь. По всей длине члена проходит четкая вена, и я, словно в трансе, провожу по ней указательным пальцем.

Он стонет, прикрывая глаза рукой.

– Господи, твою мать! Ничего сексуальнее в жизни не видел. Можно кончить, просто посмотрев на то, как ты меня трогаешь. – Слова срываются потоком с его губ.

Сомневаясь, я наклоняюсь вперед и беру в рот лишь самый кончик. Я постанываю от удовольствия, ощущая его вкус на языке, и всасываю выступившую каплю. Он опускает руки, пытаясь за что-то ухватиться, и его пальцы впиваются в простыни. Он что-то бормочет себе под нос и, похоже, повторяет клятву Гиппократа. Абсурдно, но в то же время вполне в его стиле.

Я пропускаю его чуть дальше и смеюсь, когда его речь прерывается на полуслове.

Думаю, мой смех стал последней каплей, и он кончает, заполняя мой рот теплым потоком. Я начинаю давиться от неожиданности. На глазах выступают слезы, но я отпускаю его, лишь проглотив все до последней капли.

Наши взгляды встречаются, и его лицо заливается от стыда.

– Упс.

Я снова смеюсь и целую его в подбородок. Приступ смеха прекращается лишь тогда, когда я оказываюсь на кровати, а его тело нависает надо мной.

– Ты не надо мной ли смеешься?

– Нет, – хихикаю я, не в силах сдержаться.

– Лгунья, – целует он меня. – Мне нужно в тебя войти.

Предвкушение разливается по всему телу теплой волной.

Он снимает мою майку, освобождая грудь. Его рот приоткрывается, и он молча смотрит.

– Они идеальны, – выдавливает он тоненьким голоском. – Такие круглые и идеального размера. Идеальные для меня.

Он закусывает губу, судорожно сжимая и разжимая пальцы, отчего я снова заливаюсь смехом.

Я дотрагиваюсь до его щеки.

– Они маленькие.

– Нет, они идеальны, – повторяет он.

Я прикусываю губу.

– Ты можешь их потрогать.

– Правда? – Его голос взлетает на октаву.

Он не ждет ответа и сжимает в ладонях мою грудь, оценивая ее вес.

– Чертовски идеально. Каждая частичка тебя. – Он смотрит мне в глаза, пока его большие пальцы скользят по моим затвердевшим соскам. – Ты была создана для меня, Селин. Так было предначертано. Нам суждено быть вместе, и я буду благодарить вселенную каждый гребаный день за то, что она подарила мне тебя.

Не только его слова, но и то благоговение, с которым он на меня смотрит, наполняют меня теплом.

Он избавляется от своей одежды и стягивает с меня топ. Мы оба оказываемся обнаженными. Он уже снова в полной боевой готовности, что кажется совершенно невозможным, но я напоминаю себе, что это Зав, а для него не существует никаких правил.

– Презерватив нужен? – спрашиваю я, проводя пальцем по