Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

И Артем честно служил графине два года. Но потом захотел большего. Подговорил Захара и Игоря забрать книгу с описанием ритуала и решать самим, а не плясать под дудку Августы. Только вот ведьма оказалась умнее – переиграла их и сожгла книгу.

Артем мысленно усмехнулся и прикрыл глаза, стараясь сдержать гнев. Он-то думал, что в этот раз им удастся забрать бразды правления в свои руки. Друзья даже и не подозревали, но в итоге он планировал убрать и их. Зачем делиться с кем-то, если можно управлять одному?

– Ладно, Захар, надеюсь, с девчонкой ты сам справишься, и к завтрашнему полнолунию она будет готова. А с графиней тогда потом решим. Нам главное пройти ритуал.

– Не беспокойся, все сделаю.

Попрощавшись с другом, Артем еще немного понаблюдал за Олей, гадая, как ей удалось прийти в себя.

Он помнил, что происходило с теми, другими, когда Захар опаивал их своей гадостью. Друзья всегда действовали по шаблону: выбирали только одиноких и слабых, чтобы никто не хватился в случае их пропажи. И все пять лет осечек не происходило. До сегодняшнего дня.

– Что же с тобой не так, девочка? – прошептал он, заводя мотор автомобиля.

Глава 20

Оле очень не хотелось возвращаться в особняк, но ничего не поделаешь, пришлось. Как она ни старалась потянуть время, оно неумолимо летело.

Оставалось только мечтать, чтобы Рома побыстрее освободился и приехал. Только вот как объяснить его визит? И позволит ли графиня остаться чужому человеку в особняке, пусть и на время?

А еще Оля безумно ждала результаты сегодняшних анализов. И как ей быть, если подозрения окажутся правдивы? Как дальше жить в одном доме с тем, кто решил ее… убить?

Сможет ли просто молчать?

Хотя да, сможет. Деваться-то некуда.

Подходя к особняку, она остановилась, глубоко вздохнула, и только потом шагнула к ступенькам. Не торопясь поднялась и медленно открыла входную дверь, благо, та не скрипела и позволила девушке войти в дом незамеченной.

На кухне Нина разговаривала с Захаром, и Олю так и подмывало подслушать, но она побоялась оказаться обнаруженной, потому бесшумно проскользнула мимо холла, торопясь быстрее подняться по лестнице.

Заперевшись на замок в своей спальне, девушка посмотрела на дверь, словно та – прозрачное полотно, не способное скрыть от чужих глаз. Хотела вдобавок и кресло придвинуть, но откинула эту идею.

Пройдя к шкафу, быстро переоделась, забралась на кровать и взяла в руки ноутбук, постоянно прислушиваясь к голосам за стеной. Оля слышала, как Нина говорила Захару, что графине стало хуже. Сиделка планировала остаться сегодня в особняке, присмотреть за Августой. Кто-то несколько раз стучался в дверь и дергал ручку, но девушка сидела тихо, делая вид, что ее и вовсе нет в комнате. Общаться с обитателями особняка не хотелось. А если придерутся и спросят, почему не открывала, так сошлется на то, что плохо себя чувствовала и спала, потому ничего не слышала.

День уже близился к вечеру, и часы показывали восемнадцать тридцать две, когда раздался сигнал пришедшего письма. Оля подскочила на кровати и зашла в почту.

– Наконец-то! – прошептала она, щелкая мышкой и открывая письмо.

Вчиталась и похолодела. То, о чем вчера, да и сегодня, подозревала, подтвердилось.

Дрожащими руками Оля сохранила файл с результатом анализов и отправила его на почту Скоблеву. Через несколько мгновений от него пришло эсэмэс: «Будь осторожна».

Первая мысль, возникшая у Оли после этого, – бежать. Но она себя остановила. Нужно лишь прожить пару дней и дождаться Романа, он все решит и подскажет, как дальше быть. А людей, так много девушек лишивших жизни, поможет наказать.

Подскочив с кровати, Оля начала расхаживать по комнате, нервно стискивая пальцы.

– Веди себя как обычно. Сделай вид, будто ты ничего не знаешь. Пара дней. Надо продержаться лишь пару дней, – прошептала она.

Дай волю, Оля бы все время до приезда Ромы просидела в комнате. Но, увы, у нее имелись обязанности.

Некстати заурчал желудок.

Поправив свитер, она решилась, открыла дверь и осмотрела коридор. Тихо и пусто. Дом словно вымер.

Прежде чем идти на кухню, Оля подошла к соседней двери, за которой находилась спальня графини, и постучалась. Никто не ответил. Девушка приложила ухо к двери и неожиданно услышала протяжный стон боли. До конца не осознавая, что именно делает, Оля нажала на ручку.

В спальне графини горел только ночник, освещая пространство тусклым желтым светом. Августа лежала в кровати, укутанная в одеяло по подбородок, на голове – белоснежный чепец с рюшами по краям.

В комнате было ужасно душно. Кислый запах гниющего тела тут же защекотал ноздри, а к горлу подступил комок, не желающий сглатываться. И чем ближе Оля подходила к кровати графини, тем сильнее ощущался запах. Даже нос пришлось зажать, стараясь дышать ртом.

Но еще вчера вечером, когда она желала Августе доброй ночи, в комнате не чувствовалось никакого запаха! А сейчас пахло так, словно кто-то умер несколько недель назад, и тело стало медленно и успешно разлагаться!

Вплотную подойдя к кровати, Оля внимательно, практически не моргая, осмотрела графиню. И не узнала ее.

– Что это? – одними губами прошептала девушка, трясущейся рукой медленно стягивая одеяло со старушки.

И отшатнулась, шагнув назад.

Перед ней лежал самый настоящий труп. Причем графиня почему-то была голой, только чепец на голове, словно яркое пятно, выделялся на общем фоне.

Тело, если это можно так назвать, казалось настолько худым, а кожа настолько тонкой, что без труда проглядывались каждая косточка и венка. В некоторых местах действительно виднелись следы разложения, и именно от этого стоял такой запах. Некогда красивое лицо, практически постоянно радовавшее здоровым румянцем, теперь стало бледно-серым, через высохшие губы виднелись гнилые зубы, а щеки и глаза впали.

Олю затрясло. Не в силах пошевелиться, она безотрывно смотрела на графиню. Но ведь за один неполный день невозможна такая трансформация! Должна пройти минимум неделя, а то и больше!

Оля тут же вспомнила, сколько лет женщине, если, конечно, верить портретам.

– Августа? – позвала тихо.

Та не отзывалась. Только исхудавшая грудная клетка, медленно поднимающаяся и опускающаяся, да редкие хрипы говорили о том, что старуха жива.

– Августа? – повторила Оля, и потянулась к ней рукой. Дотронулась до плеча.

Женщина настолько резко распахнула веки, что Оля вскрикнула и отшатнулась, прикрыв рот ладонью. Затошнило еще сильнее.

– Ты-ы-ы!.. – прохрипела графиня.

Словно не слыша голоса, Оля смотрела в глаза, покрытые беловатой пленкой, как у слепых.

– Что с вами? – приглушенно