Мастер печатей - Максим Зарецкий

На меня посмотрели долгим взглядом. Зверолюд несколько секунд собирался с мыслями, заодно решая, насколько ему можно быть со мной откровенным. Наконец, он решился, начав говорить рублеными, короткими фразами.

— Я шахтёр. Работал на Арзов. Добывал тацит. Особо концентрированный, тот, что опасен и ядовит. Его только в шахтах и добывают. Но нужны были деньги. Думал, что сильный, смогу продержаться хотя бы полгода до начала первых проблем, а там часть денег потрачу на лечение. Не рассчитал, значит. Болезнь началась через два месяца после работ в шахте. Оттуда же так просто не уедешь. Пока смена не закончится, ты заперт. Никто ради тебя караван не пустит, а контракт держит крепче, чем мёртвая хватка. Пришлось дорабатывать. Наглотался магической дряни знатно. После такого единицы выживают. Как вернулся, узнал, что в больнице богов-близецов научились с этой дрянью бороться. Шансы заметно выше, чем от обычного лечения. Не стопроцентные, но всё равно.

Зверолюд замолчал, словно бы наяву сейчас вспоминая всё, что с ним произошло тогда. Наконец, оторвавшись от своих тяжёлых воспоминаний, он со вздохом продолжил:

— Эта зараза очень тяжело переносится. Больно, муторно. Словно гниёшь изнутри. Я всё заработанное был готово отдать, чтобы излечиться. Меня взяли с радостью. Даже отдельную палату предоставили. Доктор приходил чуть ли не каждые два часа. Проверял, как у меня дела. Кололи мне что-то. А через день я внезапно очнулся не в своей палате, а в каком-то другом месте. В какой-то клетке. Рядом были другие люди. Много людей. Похожих на меня. Слабость была сильнейшая. А потом мне начали вкалывать ту штуку. Не знаю, что это была за дрянь, но сразу после неё боли, вызванные отравлением магическим тацитом, прошли. Зато пришли изменения. Я вырос. Руки удлинились. От лица даже названия не осталось, превратилось в эту образину. Морду. И безумие. Оно накатывало волнами. Я терял себя. Превращался в животное и был готов жрать всё, что дадут. Даже падаль, живых существ и… людей. А потом пришёл в себя в какой-то момент. Прихвостней близнецов видел повсюду. Их иглы и зелья на меня перестали действовать, а я стал куда сильнее. Пару раз пытался убежать, один раз почти получилось. Но ловили и наказывали. А после последнего раза отправили сюда. Хотели в жертву принести их близнецам. Уроды. Если бы не Роки, мы бы уже валялись там, убитые.

— Кто такой Роки?

— Сильный. Сильнее меня намного. Он вёл нас. Лидер. Мы напали. Хотели хоть как-то отомстить. За себя. За превращение в это… Жаль, Роки не выжил. Хороший вожак.

— Как тебя зовут? — По уму, этот вопрос мне нужно было задать намного раньше, но хорошие мысли приходят, как обычно, слишком уж поздно.

— Эрик. Эрик Жданов. Шахтёр.

В общем, Эрик рассказал мне всё, не утаивая ничего. В том числе и то, что кое-кому из зверолюдов удалось сбежать из больницы. И он сейчас говорил не про того бедолагу, которого искали инквизиторы и который нападал на мирных жителей, а позже был ими пойман. Там побег был куда больше.

Зверолюдов сбежало больше дюжины, а найти смогли меньше половины. Они сейчас находились где-то в городе, и Эрик заверил меня, что это были здравомыслящие. С разной степенью изменённости и контроля за ней, кстати. Пускай самому шахтёру не удавалось менять свою внешность, он утверждал, что среди экспериментов фанатиков были и те, кто могли возвращать себе человеческий облик. Любопытно.

И Эрик, и я понимали, что зверолюду закрыт подъём из колодца. Стража Арзов просто не пропустит его и расстреляет при попытке прорваться через портал. Единственный вариант — это спускаться ниже, спасаясь от фанатиков.

Добраться до шахт великого дома и попытаться залезть в один из грузовых отсеков вездеходов. Только в брюхе махины у него был шанс пройти через портал. К тому же, как бывший шахтёр, он хорошо разбирался в том, каким образом загружали и разгружали грузовики великого дома, так что шансы у него были.

Пойти спасать других зверолюдов из лагеря он даже и не подумал, сказав, что после нападения на место проведения ритуала соваться к фанатикам было бы полнейшей глупостью. Особенно с его ранами.

И тут я был с ним полностью согласен. К сожалению, пленникам мы сейчас помочь ничем не могли. Впрочем, я был уверен, что никто разбрасываться человеческими жизнями не будет.

Это в моём родном мире богам-близнецам найти жертв для своих ритуалов было очень просто, а здесь всё было куда сложнее. Нет, их сто процентов вернут на нижние этажи клиники. А там уже можно многое сделать.

Оставлять работающую больницу-пыточную я не собирался… и у меня даже имелись кое-какие мысли о том, как вытащить из неё пленников и заодно показать всей империи, что там творится.

Глава 24

Подняться с третьего яруса «колодца» оказалось тем ещё испытанием. Я, конечно, предполагал, что фанатики после нападения на лагерь и уничтожения алтаря будут носом рыть землю, чтобы найти виновников, но даже не мог предположить, насколько всё окажется сложно.

Прежде всего, секта богов-близнецов нагнала сюда почти всех своих Изменённых, имевших доступ к «колодцу». В том числе и двоих высочайших ступеней, одного из которых я уже знал — тот самый старший инквизитор.

За какие-то рекордные сроки весь третий этаж оказался заполнен фанатиками, и большой вопрос, как они собирались скрыть это от императора или представителей Арзов. Очень уж я сомневаюсь, что великий дом позволил бы подобную масштабную