Время «Ч» - Михаил Егорович Алексеев

– И это… пиво у тебя найдется? – направившись за ним, уже в спину поинтересовался царь.

Пока человек Олега бегал за пивом, они оба быстренько приняли прохладный душ, размещенный за тыльной стороной княжеского «терема». Главы анклавов в это время сидели на лавке за столом рядом друг с другом. Фомичев и Вещий вошли в вагончик, вытираясь полотенцами и надевая белые с орнаментом рубахи. Устроились тоже рядом напротив гостей. В этот момент прибыло пиво. Молодой парень поставил емкость на стол и по знаку Олега исчез. Олег выглянул в дверь вслед за ним и распорядился охране, чтобы никого к вагончику не подпускали. После чего подошел к полке на стене и, сняв с нее четыре пивных кружки, поставил их на стол. Фомичев тут же наполнил их. Пиво было, естественно, с другой стороны портала. Здесь людям было как-то не до этого. Хотя по словам Олега Андреевича, в том же Питере удалось сохранить часть пивного производства, и пиво было одним из продуктов, идущих на обмен. Но, как утверждали местные, оно и рядом не стояло с тем пивом, что делали в столице царства. Ручное производство, елки-палки! Янцен порывался что-то сказать, но Фомичев поднял палец, призывая к паузе, и приник к кружке с высокой белоснежной шапкой пены.

Опустошив кружку, он со стуком поставил ее на стол, громко и удовлетворенно выдохнул. После чего посмотрел на Янцена, глазами предлагая приступить к изложению. Янцен переглянулся с Афанасьевым и все же предоставил возможность говорить ему.

– Я напомню, Сергей Владимирович, на всякий случай. Я как-то говорил, что в мое подчинение перешли остатки частей местного гарнизона. Но не уточнял, что именно. Про аэродром и вертолетный полк вы знаете. Их трудно не заметить, исследуя окрестности. Про пограничников тоже в курсе – их зеленые фуражки вы тоже должны были заметить. А еще вы видели или должны были видеть связистов. Хотя это совсем не связисты. Одинаковую форму носили и носят выжившие из отдельной радиотехнической части и еще из бригады радиоразведки. Сам понимаешь, ребята это редкие как сами по себе, так и по их технике. Так вот они у нас есть. По просьбе глав анклавов мы выставили посты разведки в Десногорске, Новополоцке и Пскове. И здесь, естественно, есть. И работа радиоразведки нас часто выручала. Особенно в первые годы, когда насыщенность эфира работой радиосредств была гораздо выше. Тогда еще существовало шифрование и работа засекречивающей аппаратуры связи. Сейчас все примитивней. Поэтому мы перехватываем все, что можем достать по дальности.

Откровенно говоря, Фомичев был очень далек от всех этих премудростей, а Олег многих слов из речи капитана просто не знал и не понимал. Сейчас они оба просеивали через мозг услышанное, пытаясь уловить то, к чему их подводил говоривший. И по их лицам капитан понял, что нужно быть проще.

– Короче! Радиоразведка перехватила переговоры корреспондентов где-то в Польше, и речь шла о нас. Суть – им стало известно, что у нас откуда-то берутся десятки и сотни молодых женщин.

Афанасьев сделал паузу и налил себе пива. Вот теперь расклад стал понятен. Если есть крайне ценный ресурс – всегда найдутся те, кто посчитает, что ваше владение им несправедливо. Фомичев и Олег понимающе переглянулись, но промолчали, давая капитану смочить горло и договорить.

– В общем, сейчас в радиоэфире на направлениях Украины, Польши и Прибалтики царит крайнее возбуждение. Главное – идет сбор сил и средств для принесения сюда справедливости. Доклад закончил. Теперь я понятно изложил? – с иронией поинтересовался у коллег, сидящих напротив, Афанасьев.

Янцен, задумавшись, смотрел на столешницу.

– Не совсем, – от стены и упершись на локти, ответил Фомичев. – Какими силами, пусть даже приблизительно, располагают враги? На что могут рассчитывать анклавы? Исходя из этих данных, мы определимся, сможем ли вам помочь? Или вам и нам все бросать и уходить к нам. Портал мы удержим точно.

– Удар придется по Десногорскому, Ельнинскому, Сафоновскому, Вяземскому и Новополоцкому анклавам. Суммарно, насколько мне известно, а я думаю, что не ошибаюсь, мы наберем до пяти тысяч бойцов. Это почти тотальная мобилизация. Качество бойцов и подразделений будет так себе. Сами понимаете, мы все имеем небольшие профессиональные подразделения, остальное население берет в руки оружие только при прямой угрозе. А такое уже давно не случалось. Плюс возраст. С техникой получше, мы можем задействовать четыре вертолета, Ельня обеспечит всех бронетехникой в достаточном количестве, плюс имеется и своя в каждом анклаве. Что касается сил вторжения… пока не готов ответить на этот вопрос.

– А потом будет поздно! – подвел итог Фомичев. – Вот что! Нужно исходить из худшего. Они наверняка либо знают ваши возможности, либо во вполне допустимых пределах могут посчитать или предположить. Допустим, они тоже за базовую цифру держат пять тысяч. Думаю, они знают о возможностях Ельнинского гарнизона. Да и вертолеты наверняка у вас не прятались эти тридцать лет. Что там у нас в Боевых уставах писалось о необходимом преимуществе при наступлении?

– Стандартно наступающий должен иметь минимум трехкратное численное преимущество плюс подавляющее преимущество в средствах, – вздохнув, ответил Афанасьев. – То есть минимум пятнадцать тысяч бойцов на бронетехнике плюс либо штук пятнадцать летательных аппаратов, либо соответствующую ПВО, чтобы прикрыться от наших вертолетов.

– М-да… серьезно! – неожиданно вступил в разговор Олег.

Все удивленно посмотрели на него.

– Что вы так смотрите? – в свою очередь удивился князь. – Я видел, ЧТО может сделать горстка людей с вашим оружием и техникой. Встречался с вертолетной атакой.

Он кашлянул.

– Ну, не совсем с атакой. Они не стреляли. Но там это и не понадобилось. Поэтому вот слушаю вас и понимаю, что сила придет немалая. Тяжко вам придется. Если не сказать больше. Может, и правда к нам махнете?

– Не-не! Так просто мы не уступим! – задумчиво ответил ему Фомичев и, вскинув голову, переспросил у Афанасьева: – Сколько у нас времени?

– Не знаю. Но пока соберутся – думаю, это не меньше недели. До нас – я имею в виду Новополоцкий и Десногорские анклавы, тоже как минимум несколько дней. Прямых-то дорог нет. Придется пятна радиации объезжать. Получается около двух недель. А если брать до Вязьмы – недели три. С учетом, что все анклавы им придется брать с боем.

– Понятно! Вот что! – Фомичев встал. – На 18 часов я соберу всех своих