Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大

Она сфокусировалась на неизвестном. Длинноволосый мужчина тут же поднял голову и посмотрел на нее, их взгляды встретились. Начальница Ду чуть не выронила бинокль от неожиданности, но тут заметила, что мужчина дружелюбно ей улыбнулся и указал короткой флейтой на запад. По его губам начальница Ду прочла: «Живые в той стороне».

Следом он поднес флейту к губам и заиграл бодрую песенку под названием «Счастливые дни»[58]. Повинуясь мелодии, льдины тут же закачались в такт на волнах, и вместе с ними затанцевали в воде окруженные ими трупы – то была странная, но по-своему гармоничная картина, которая не могла не произвести впечатление. Музыка – поистине великое искусство, что может преодолеть разрыв между разными существами.

Спасательные суда по широкой дуге осторожно обогнули скопление трупов и направились на запад, где наконец отыскали катер «Фэншэнь». У Сюань Цзи полночи ушло, чтобы выловить его со дна и перенести на борт всех людей.

– Быстрей, нам нужна первая помощь! У нас есть пострадавшие!

– Осторожно, он тяжело ранен! Где спецбригада?

– А этот человек… он же полностью заморожен – но датчики аномальной энергии на него еще реагируют! О Небо, что же делать? Растопить лед?

– Если его разморозить, он не выживет, – сказал Сюань Цзи. – Его нужно как можно скорее доставить туда, где ему смогут оказать всю необходимую помощь, а лед растает сам.

– Это все – наши товарищи из «Фэншэнь»? – торопливо спросила начальница Ду. – Что здесь произошло? Почему вся команда так пострадала? А вы, командир?..

Cюань Цзи как раз помогал медикам перекладывать свежезамороженного Янь Цюшаня на носилки. Услышав вопрос начальницы Ду, он бросил ей служебное удостоверение.

– Отдел ликвидации последствий Главного управления. Сначала нужно спасти людей, подробности потом – как вернемся в город, я вам все расскажу. Спасибо за помощь, коллеги.

«А-а, штабной, – осенило начальницу Ду, и следом она подумала: – Неудивительно, что он, считай, цел и невредим. Товарищи из отрядов спецназначения – ребята не робкого десятка. На самих места живого нет, но слабого защитить смогли».

– Директор Сюань, у вас со спины вся одежда сгорела, – сказала она вслух. – Парни сами разберутся, подойдите сюда, давайте сперва обработаем ожоги!

Сюань Цзи небрежно отряхнул спину.

– Ничего страшного, я предпочитаю наряды с открытой спиной.

Начальница Ду лишилась дара речи – она не ожидала от директора из Главного управления такой развязности.

Вдруг Сюань Цзи замолчал, резко вскинул голову и посмотрел на северо-запад. Начальница Ду проследила его взгляд, но не увидела ничего, кроме безбрежного моря да мерцания маяка. Она озадаченно взглянула на Сюань Цзи: тот, казалось, вот-вот чихнет – не простудился ли?

– Ох, кто-нибудь, дайте плед директору Сюаню – все-таки на море очень… – Она не успела договорить, как Сюань Цзи, который только что был жив-здоров, упал навзничь.

– Твою мать! Быстро, кто-нибудь… Э-э?

Веселое пение флейты резко оборвалось. Чей-то силуэт, точно призрак, пронесся мимо женщины и подхватил Сюань Цзи – это оказался тот самый «водяной демон», что указал ее команде дорогу. Вблизи демонический дух от него исходил еще сильнее – как в хорошо снятом фильме ужасов, который смотришь, обливаясь потом от страха, но не в силах глаз оторвать. Кивнув отшатнувшейся начальнице Ду, он выхватил из рук подоспевшего медика плед, плотно, как в кокон, закутал в него Сюань Цзи и на руках перенес на спасательное судно.

Между его бровями едва виднелся клановый знак. Когда он потерял сознание, огненная аура его тела сама собой, в целях самозащиты, начала просачиваться наружу, отпугивая всех злых духов и демонов. Едва дотронувшись до него, Шэн Линъюань чуть не сжег себе ладони – как будто коснулся раскаленного докрасна железа. Не издав ни звука, он нашел, где уложить Сюань Цзи, а потом, как будто вовсе не чувствуя боли, пошевелил пальцами. Из ожогов хлынула черная дымка, и поврежденные ткани стремительно начали заживать. Времени прошло всего ничего, а на коже не осталось и следа.

«Чжу-Цюэ…» – Шэн Линъюань задумчиво поглядел на Сюань Цзи – брови того хмурились все сильнее и сильнее, словно он попал в западню кошмара, из которой не мог вырваться.

Всего за месяц маленький демон вдруг самостоятельно освоил древний язык так, что начал бегло на нем изъясняться, откуда-то узнал подлинную историю клана гаошань и сумел подчинить себе древнее пламя Чжу-Цюэ… а еще произнес несколько фраз на не самом распространенном русалочьем языке – прямо-таки легендарное «внезапное озарение».

Это напомнило императору о бытовавшем среди древних народов Наследии: чтобы обеспечить сохранность традиций племени, старейшины вкладывали свои знания прямиком в голову преемника.

Хранитель пламени – дух из костей Чжу-Цюэ. Поколение за поколением Хранители оканчивали свою жизнь в Чиюань, ни у кого из них не было возможности встретиться с преемником – вполне возможно, что они прибегли к Наследию, здесь нечему удивляться. Единственная загвоздка состояла в том, что Наследие должно быть полностью принято точно в момент, когда старое поколение сменяется новым. Шэн Линъюань ни разу не слышал, чтобы кто-то прожил несколько десятилетий в слепоте и невежестве, как простой смертный, а потом вдруг обрел Наследие.

С Хранителями пламени всегда так… или же Наследие пробуждается, только когда что-то не так с Чиюань?

Шэн Линъюань погладил короткую флейту, которую держал в руке. Ему вспомнились те диковинные каменные стелы в Чиюань, что ни с того ни с сего рассыпались в прах. И сейчас, быть может, ему показалось, но на северо-западе как будто сверкнул огонек…

Чиюань была от них как раз на северо-западе, далеко, в нескольких тысячах ли.

Укрытое реликтовым лесом, эту ночь ущелье Чиюань провело без сна. Все духи оружия, как и Дао И, попрятались в своих сосудах. Кучи ржавой рухляди, слегка подрагивая на ветру, облепили горные кручи по обе стороны ущелья, будто примагниченные.

В тот самый миг, когда Сюань Цзи в море воспользовался мощью Чжу-Цюэ, в ущелье заклубилась черная дымка, а пламя яростно взыграло. Две силы схлестнулись в бою, как два разъяренных дракона, и лишь к рассвету все успокоилось.

Дао И первым выглянул из своего клинка проверить, как обстановка. Но не успел он вздохнуть с облегчением, как раздался звонкий треск: еще оставшиеся сбоку от алтаря стелы одна за другой рассыпались в мелкую крошку. Наконец рухнула последняя, с алтаря раздался горестный птичий крик, и появилась огромная, в несколько квадратных чжанов, огненно-красная печать – точно такая же, как на бумажном ярлыке, что запечатывал железные ворота во сне Сюань Цзи.

Она вспыхнула и исчезла