Миссия - Евгений Сагдиев

Линь замер, не верил ушам, сердце громыхнуло в груди и замерло, кровь начала разгонять по венам неприятный озноб, от которого леденели пальцы и перехватывало дыхание.

Затем Линь посмотрел на Григорьева, тот сидел напротив их с бледным осунувшимся лицом, постаревшим лет на двадцать.

— Ловушка? — произнёс Линь шёпотом, голос невольно сорвался. Вот глупец, не смог распознать предупреждение Григорьева, корить себя уже не имело смысла.

— Нет, — ответил лже-Ву, — попытка контакта.

Контакт, клон командира предлагал идти на контакт.

— Что с ним случилось?

— Трагическое стечение обстоятельств, — невозмутимо произнёс лже-Ву.

— Почему должен верить?

— У нас нет повода уничтожать вас, нет такой цели. Уже оповестил об этом вашего представителя.

Григорьев тихо сказал: — Они случайно оказались тут.

— Верно, — лже-Ву перевёл пристальный взгляд на Линя. — Наш навигатор уловил сигнал с вашей планеты, что привело его в некое замешательство, ведь тут, по нашим данным, не должно быть пригодной для жизни планеты. В итоге, навигатор совершил ошибку и решил самостоятельно изменить курс, чтобы добраться до данной звёздной системы. К сожалению, потратив на это большую часть запасов энергии. В итоге, ему пришлось выбрать место наиболее удобное для восполнения запасов.

— Вы собираетесь добывать ресурсы на Венере? — Линю подобная возможность казалась невероятной. Насколько бы не были продвинуты пришельцы, пребывание на планете с жаркой атмосферой, давящей на тебя гигантским давлением и поливающей обильным дождём серной кислоты, чревато трагическими последствиями.

— Нет, мы пополняем запасы энергии, используя звёзды. Обшивка нашего корабля собирает энергию звезды, накапливая в реакторе в достаточной мере, чтобы передвигаться до нужной точки. А также мы используем водород, имеющийся в космическом пространстве, улавливая его во время движения и синтезируя в необходимые элементы в реакторах.

— Так почему вы сразу не улетели?

Лже-Ву не мигая в упор смотрел на Линя, тот с трудом сдерживался, ему хотелось вцепиться в клона и выбить из него сознание пришельца в надежде воскресить товарища. Мозг тайконавта не мог до конца принять реальность, в которой земляк умер, а его тело, словно костюм, нацепил представитель другого мира.

— Проблема в том, что для восполнения энергии от звезды требуется много времени, обычно предпочтение отдаётся звёздам с нестабильной формой, когда на их поверхности то и дело происходят вспышки, выбрасывающие громадное количество энергии. Звезда данной системы удивительно стабильная, именно с этим связана задержка нашего корабля. Нам просто не хватило времени.

— Тогда почему не ответили на наши сигналы?

— Навигатор решил не делать этого, приняв во внимание низкий уровень вашего развития. И у навигатора нет прав вступать в контакт от нашего имени.

— А насчёт вас?

— Мы пребывали в состоянии покоя, лишь когда появилась возможность использовать ДНК погибшего существа, моё сознание было перенесено в него для контакта с представителем вашего вида.

Линь решил задать главный вопрос, ради которого и была затеяна экспедиция к «Объекту»:

— Вы собираетесь завоевать нас?

Лже-Ву чуть наклонился к Линю, продолжая изучать и сверлить китайца пронзительным взглядом: — Ради чего?

— Ради нашей планеты.

Лже-Ву призадумался: — В целом, она подходит для нашего проживания, тем более, имея возможности при клонировании тел синтезировать их под нужные условия для проживания, мы могли бы существовать на Земле. Но в этом нет необходимости, мы совершаем экспансию в космосе для того, чтобы осваивать пригодные миры, но без разумной жизни на них. Мы будем знать о вашем существовании, и нам этого достаточно.

Линь не верил ни единому слову: — Вместо вас могут прилететь другие.

— Тогда это произойдёт не скоро, наш корабль, если считать время земным языком, путешествует тысячелетия, от нашей родной планеты до Земли пространство, что вам и вообразить трудно. И когда на ней получат сигнал о вашей планете и решат добраться до неё, пройдёт не одна тысяча лет. Вполне возможно, к тому времени вы перестанете существовать как разумная цивилизация, — холодные глаза клона перешли с китайца на русского космонавта. — Нам уже встречались мёртвые миры, чьи достижения цивилизаций стали надгробием на их могилах. У вас все шансы не стать подобным исключением. При необходимости, мы просто подождём.

На что Григорьев отреагировал: — Но вы же развились, почему мы не сможем пойти по этому пути?

Лже-Ву спокойно ответил: — Потому что мы другие.

В его голосе чувствовалось превосходство над людьми, он уверен в своих словах и в будущем Земли.

— Вы можете и ошибаться, — хрипло произнёс Григорьев, машинально дёргая себя за ворот комбинезона. Неожиданно ему стало душно в скафандре, хотелось сбросить его, а ещё хотелось зажмурить глаза и перенестись непостижимым образом на Землю, в далёкую глухую деревушку, куда ездил ребёнком.

— Возможно, — не стал спорить с ним лже-Ву. — Сейчас вы должны понять, что мы не представляем угрозы для вас. Но и делиться своими технологиями не считаем нужными. Это неправильно, вам придётся дойти до всего своим умом.

— Наши люди, — вмешался в разговор Линь, — верните их.

Лже-Ву согласно кивнул: — Не собирались удерживать никого против воли. После того, как будут восполнены запасы энергии, мы продолжим путь, оставаться с нами для вас будет равносильно смерти.

— Выпустите их и позвольте нам улететь, — добавил Григорьев.

— Мы вернём ваших товарищей, но сразу вас не отпустим. Ваш корабль будет оставаться в притяжении нашей гравитации до тех пор, пока не восполним потерю энергии и не покинем данную звёздную систему.

Голос пришельца звучал чётко и без эмоций, подразумевая, спорить бесполезно, иначе найдутся другие способы решить проблему с назойливыми землянами.

— Согласны, — хором кивнули Линь и Григорьев.

Дмитрий не верил глазам, перед ним Ву, полностью обнажённый, но это он!

— Как ты… — невольно шагнул ему навстречу.

Глава 26

Роберт остановил космонавта, положив руку тому на плечо. Американец также не верил собственным глазам, погибший товарищ возник перед ними, не стесняясь наготы, и смотрел на них…

До чего странное выражение глаз, словно ребёнок, изучающий мир. Отсутствие любопытства, только непонимание