Великая река - Токацин

- Вода! - сказал Ти-Нау, зачарованно глядя на чашу, и осторожно улыбнулся. Жители, оставив работу, сошлись к источнику, трогали гладь воды и о чём-то шептались. Тот, кто говорил с Речником, склонил голову перед путниками и о чём-то спросил, глядя на них со страхом и надеждой.

- Что... - начал было Фрисс, но Некромант знаком велел ему молчать и указал на седло. Пока Речник забирался на спину Гелина, Нецис что-то ответил жителю. Тот с поклоном отступил. Демон взмахнул хвостом и побежал, проворно перебирая лапами и разбрасывая вокруг песок. Впереди уже блестела чистая мостовая, зеленели поля Высокой Сарки и распускались огромные цветки Меланчина. Высоко в небе парили полуденники, над посевами кружили мегины с вооружёнными всадниками. Кажется, у жителей Эхекатлана были основания опасаться за урожай.

- Напрасно ты так сказал, Фрисс, - прошептал Нецис, настороженно оглядываясь на пустыню. Ничего живого не было видно, и всё же Речника преследовал чей-то злобный взгляд.

- Что тебе не нравится, Некромант? - недобро уставился на мага Фрисс. - Родники угодны богам, мёртвая пустыня - противна им всем!

- Владыке Ха такие речи не понравятся, - сузил глаза чародей. - Я бы остерёгся...

- Ты на стороне омерзительной твари, иссушающей землю? - резко повернулся к нему Речник. - Ну да, тебе, должно быть, приятна смерть...

- Не надо, Фрисс, - маг поднял руку, отгораживаясь от Речника. - Я молчу.

Фрисс мигнул. Ему уже казалось, что он наговорил лишнего, и Речник подумывал, не попросить ли у Некроманта прощения, но свалившаяся с листа Сарки медуза обожгла ему щёку и надолго заставила забыть обо всём вокруг.

Сарка стояла стеной - повсюду, от границ пустыни до ворот Эхекатлана, высокая, зелёная, столь же густая, как Высокая Трава в степи, и Фрисс представлял себе, как она будет выглядеть, когда появятся початки. Самая полезная из трав Орина, с огромным колосом, который не обхватить двумя руками, Высокая Сарка росла только здесь, на берегах Симту, и даже в плодородной Дельте Реки вырастить её не удалось. В сумке Речника лежали завёрнутые в листья земляные клубни, и он надеялся посадить их на своей земле, но нечего было и думать о том, чтобы собрать и посеять семена Высокой Сарки. Речник вздохнул, с сожалением провожая взглядом зелёные чащи.

Нецис молчал, вертел в руках какую-то щепку, а может, кость, и разглядывал плиты мостовой. Что-то странное померещилось Речнику в его одежде, он пригляделся и округлил глаза. Потрёпанная чёрная ткань превратилась в подобие серо-чёрной кольчуги, предплечья закрывали полосатые чёрно-белые наручи, пояс и перевязь обросли костяными бляшками, и вся броня тускло блестела на солнце, как кристалл мориона.

- Нецис... - Речник тронул его за плечо. Маг покосился на него, и Фрисс снова мигнул - наваждение развеялось, одежды Некроманта остались такими же неприглядными и истрёпанными, вот только под пальцами Фрисса топорщилась костяная чешуя.

- Что будем делать с воротами? - торопливо продолжил Речник. - Снова прикинешься мышью?

- Бесполезно, Фрисс, - маг покачал головой. - Стражи Эхекатлана - демоны Гларрхна, и они очень внимательны. У тебя какие-то дела в крепости?

- Нет, но мне надоело, что на нас всюду смотрят как на поганых крыс, - нахмурился Речник. - Я - посланник Великой Реки, а ты не сделал ничего плохого. Пойдём к воротам, как честные странники. Если не пропустят, переночуем в застенье... Так значит, в Кештене к Некромантам относятся ещё хуже, чем тут?

- Да, это так, - склонил голову Некромант. - В Кештене - резиденция одного из Ханан Кеснеков... там убивают сразу, у ворот.

- Поглоти их Бездна, - пробормотал Фрисс. - Тебе придётся остаться здесь, в Эхекатлане. Найдём подходящее укрытие, и ты подождёшь моего возвращения. Как думаешь, где тебе лучше спрятаться?

- Либо в пустыне, либо... Есть некоторые мысли, но пока они мне не нравятся, - покачал головой Нецис. - Я услышал нечто странное... ты что, хочешь вернуться за мной из Кештена?

- Ну да, сразу, как найду сестёр Элвейрин, - удивился Речник. - Что такого?

- Я не очень понимаю, зачем я тебе понадобился, - медленно проговорил маг, впиваясь взглядом в зрачки Речника. Тот поперхнулся от неожиданности.

- Да, я давно хотел сказать, но всё отвлекался... Я зову тебя к нам, на Великую Реку. Астанен будет очень рад мирному Некроманту, а после прошлогодней войны многим стало любопытно, что это за магия... некоторые Речники даже хотят учиться. Астанен или Канфен быстро найдут тебе дом и работу, может быть, даже учеников и место в Замке. Никакой "изумрудник" не посмеет тебя тронуть, ни из одного города тебя не погонят. И... я тоже буду рад, если ты согласишься.

- Что?! - Нецис провёл рукой по глазам и снова уставился на Речника. - Фрисс, ты сейчас слышишь, что говоришь? Ты зовёшь Некроманта в свою страну?

- Да, Некроманта, истребившего нежить в четырёх городах и вытащившего меня из лап Уйраксота, я зову на Реку, - твёрдо сказал Фрисс. - Разве ты не друг мне?

Маг посмотрел на него растерянно и отвёл взгляд.

- Это... очень лестное предложение, Фрисс. Но я боюсь, что ты... Нам надо найти ночлег, Фрисс. Мы поговорим ещё - утром, когда мысли прояснятся.

- Чему там проясняться?! - Речник уже начал сердиться. - Нецис, ты...

- Не оррите на всю пустыню, - недовольно покосилась на них огромная белая кошка с широкими крыльями. Она парила в воздухе над дорогой, присматривая за путниками, ещё одна летала поодаль, над хижинами застенья. До ворот Эхекатлана, украшенных жутковатыми каменными масками, оставалось шагов двадцать, не более.

- Плохо дело. В надвратной башне - Вегмийя, - прошептал Некромант, вглядываясь в золотое пламя. Вся стена горела огнём от гладких золотых пластин, укрывающих её огненной чешуёй. У Фрисса перед глазами вспыхнули алые пятна, и он отвёл взгляд.

Шестеро Гларрхна в кольчугах, с копьями иприлорской работы, стояли у ворот, и со стены на них непроницаемым взглядом смотрел воин в жёлтой броне. Высоко в небесах Фрисс разглядел пару точек - видимо, тонакоатли приглядывали за воротами.