Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

(* траектория в широком смысле, как непрерывное изменение всех параметров, определяющих состояние системы)

Вот и сейчас так. Разброс возможных исходов сводит с ума. От самого мирного, когда мы решаем всё с президентом РФ полюбовно за рюмкой чая, до самого брутального, вплоть до третьей мировой войны в самом горячем варианте. Я ведь не собираюсь напрямую ввязываться с Россией в военный конфликт. Ни в коем разе. Ни один мой человек не выстрелит в солдата российской армии. Да у меня и нет таких людей. Присягу Лунной Республике ещё никто не приносил.

При этом я вовсе не толстовец — и стрелять буду. И ещё как буду, мало не покажется.

Николь занимает позицию у внешней стены слева от входа.

— Шеф, видеокамера вышла из строя, — докладывает Снежана. — Какие-то шумы за дверью, не могу распознать.

— Девочки, к бою!

Всегда лучше перебдеть. Раздаётся лязг затворов, снятие с предохранителя уже не слышу. Только со своего стечкина. И ещё кое-что делаю.

Что важно для любого видеоряда? Музыкальное сопровождение, вот что! Врубаю через небольшие компьютерные динамики музычку. Вот эта мне сегодня зайдёт: https://youtu.be/90ArrDU0p0M?list=RD90ArrDU0p0M(Танец жёлтых листьев). Если придётся помирать, то лучше под хорошую песню.

Бах-тр-р-р-ах! Круто! Направляю пистолет на ввалившихся в дверной проём ребят, упакованных с ног до головы. Берцы, наколенники, бронежилеты, шлемы с тонированным бронестеклом. Пушки у них хороши, специальные штурмовые винтовки, если я правильно понял.

Никакая бронированная дверь, если она не из полуметровой стали на входах в банковские хранилища, не выдержит удара с разгона бетонным пасынком (железобетонный столбик к которому жёстко крепят деревянные столбы электросетей). Трёхметровый таран весом до двухсот килограмм даже с разбега в пару метров обладает внушительной пробивной силой. Что мне сейчас камуфлированные бравые ребята и показали.

Они тут же попадают под интенсивный фланговый огонь от Снежаны. Почти в автоматном режиме трещат выстрелы глоков, укладывая штурмовую группу в беспорядочную кучу. Надеюсь, кто-то из них выживет. У Снежаны нет цели убить, всего лишь вывести из строя.

Кто-то со стоном пытается поднять ствол, винтовка отлетает из мгновенно пробитой пулей руки. Здесь вам не тут, парни.

Пауза. Утаскивают тех раненых, ноги которых торчат наружу.

— Это спецназ ФСБ! — гремит властный голос, через мегафон, наверное. — Всем бросить оружие и выйти из помещения с поднятыми руками.

— Мне насрать, чей вы спецназ, — отвечаю не сильно громко, но полагаю, меня слышат. — Ваши действия незаконны, и подчиняться мы им не будем.

Для подкрепления своих слов делаю выстрел в сторону дверных проёмов. Меня, кстати, тоже могут достать, только я первый выстрелю. Спасателей своих товарищей я пропустил, но количество жестов доброй воли у меня не бесконечно.

— Колчин, лучше добром выходи! — настаивает брутальный голос.

— Иди в жопу, придурок.

С-сука! Мелькает рука в проёме, стреляю, но мажу. А в кабинет влетает какая-то банка, источающая белый дым. Вскакиваю с места и принимаю банку на ногу. Та летит обратно. Если стреляю я не очень, то с координацией и точностью движений у меня всё в порядке. Заодно захлопываю дверь, глаза щиплет, немного газу всё-таки подпустили. Окно открывать не стоит. Могут и с улицы что-нибудь закинуть.

Пока суть да дело, ставлю новую песенку: https://youtu.be/48IZ3NClkHE?list=RD48IZ3NClkHE(HENSONN — SAHARA). Предыдущая закончилась. Замечаю, что интернета нет, смотрю в мобильник: сотовой связи тоже нет. Проводной телефон? Молчит. Понятненько. Масштаб операции впечатляет. Уважение бесспорно и я преисполняюсь гордостью.

Дверь на мгновенье окаймляется огненным контуром, раздаётся жуткий грохот. Светошумовая граната? Хм-м… оптическая система Снежаны справится, а вот звукоприёмники — не знаю. Мы предусматривали возможный пережог светочувствительной матрицы. Есть ещё одна, резервная, на случай попадания под прямые солнечные лучи на той же Луне, мы же обожаем всё дублировать. А вот о слуховом аппарате не подумали.

Начинается второй акт. От первого пока не отличается. Также трещат выстрелы глоков, значит, Снежана сохранила боеспособность. А вот и отличие! Дверь распахивается, в проём вваливается очередной боец, его тут же пришпиливает к стене своими выстрелами Николь. Я стреляю во вновь открытый проём.

— Шеф, они заблокировали меня щитом! — доносится спокойный доклад Снежаны.

Хм-м, первый рубеж обороны преодолён. В конце концов, эти настырные ребята своего добьются. Или нет? Мне пофигу, давно так не веселился. Только в далёком детстве.

— Николь! На моё место, живо! — мы меняемся с ней.

Она — машина, ей ещё больше пофигу, чем мне.

Николь тут же начинает стрелять. Слышится мат. Прислушиваюсь, но без особого интереса. До Зиночки вам далеко, парни. Всё, теперь никакая ручонка безнаказанно не мелькнёт, и даже гранату Николь на лету собьёт. Ей это не сложнее, чем мне по воланчику попасть. Надо было сразу так сделать.

— Колчин! — опять гремит властный голос. — Сдавайся!

— Слышь, майор! — насмешку в голосе не скрываю. — Анекдот знаешь? Хочешь, расскажу?

Молчание — знак согласия, и я рассказываю:

— Тук-тук-тук! — Кто там? — Откройте, это ЧК! «Так-так-так», — сказал пулемёт максим.

— Откуда знаешь, что я — майор?

Я так понимаю, зубы мне заговаривает. Ну, пусть.

— Угадал. Вряд ли полковника пошлют, а капитан слишком мелко.

Так и болтаем минут десять. Затем Николь начинает стрелять, а в ответ: дуг-дуг-дуг! Её отбрасывает из позиции стрельбы с колена назад навзничь.

— Николь, ты ранена, лежи, не двигайся, — подбираюсь к ней ближе и говорю негромко, так, чтобы слышала только она.

На её верхней скуле рваная борозда от крупнокалиберной пули. По тому, как она слегка кивает, понимаю, что грудной бронещит всё-таки не пробит. Процессор уцелел. Вижу, что пуля срикошетила, вырвав кусок комбинезона.

— Удобный момент для стрельбы выбери сама, — пригнувшись, подбираюсь ближе к двери.

Кажется, я сам подал майору мысль о пулемёте.

Заканчивается всё каким-то хаосом. В кабинет вдвигается пулемётный ствол, торчащий из бронещита. Прыгаю обеими ногами на него сверху. Ещё в полёте получаю в бок тазером. Николь приподнимается и снова начинает стрелять. Но выстрелы быстро стихают, боезапас не бесконечен. Николь встаёт и принимает на грудь выстрелы из карабинов, которые тут же меняются треском электроразрядов и матом. С фланга Снежана вступает в рукопашную.

Ничем не могу им помочь после тазера. Надо мной склоняется мрачное лицо. Тот майор, надо полагать.

— Ну, вот и всё, Колчин.

Меня вздёргивают на непослушные ноги. Говорить могу? Шевелю губами, пока меня заковывают в наручники. Вроде могу.

— А теперь быстро