Фантастика 2025-150 - Иван Катиш

Бурный метнулся в сторону. Для обманки. А потом качнулся влево. И зарядил правой по ноге дикаря. Тут же еще.

Потом развернулся и ударил левой. С внутренней стороны. Очень шустро и достаточно сильно. Достаточно, чтобы здоровяк зарычал и вдруг припал на ногу.

— Да, правильно! — закричал я. — Суши ее. Отбей, чтобы нога отвалилась!

Бурный послушался. Снова ударил по голени. Маваши гери. Боковой. И еще раз. Еще.

Он атаковал быстро, как собака медведя. Подскочил, ударил, ушел. По одному и тому же месту. И еще раз. И еще.

Через минуту такой тактики у колосса отнялись глиняные ножки. Йети уже не рычал. А поскуливал.

Он уже почти не мог ступать на отбитую ногу. Прихрамывал. Если наступал, то чуть ли не падал.

Его соратники улюлюкали. А наши, наоборот, приободрились. Лицо Бурного превратилось в кровавую маску. Но он продолжал придерживаться успешной тактики. Бил и бил противника по ногам.

Пока, наконец, тот не упал на маты. На колено. И не мог двигаться.

Тогда наступил час расплаты. Минута торжества. Секунда возмездия.

Бурный провел еко гери в лицо здоровяка. Мощный и точный. Вложил вес всего тела. Я не хотел бы получить такой в голову.

Получилось, будто поезд снес легковушку, застрявшую на рельсах. Йети закатил глаза и рухнул на маты без сознания. Готов. Кто на новенького?

— Ах вы сволочи! — коричневый пояс противника пылал праведным гневом. Он был высокий. С густыми бровями. Один глаз выбит. — Да вы вообще охерели.

Вот именно. Позволили себе завалить вашего самого сильного игрока.

— Вали их, ребята! — закричал вражеский вожак.

Они вскочили и кинулись было на нас. Мы тоже приготовились драться.

— Что здесь творится? — заорал кто-то от входа. — Вы кто такие, мать вашу?

Я узнал громоподобный голос Щепкина. Как же вовремя появился сенсей! Очень эффектный выход на сцену.

Вражеские войска остановили атаку. Оглянулись. Увидели нашего тренера. Дрогнули.

— Это что, Лаврова ребята, что ли? — спросил Щепкин, подходя ближе. Кулаки упер в бока. — Вы чего сюда приперлись? Жить надоело, что ли? А ну-ка, пошли нахрен.

Он бросился на вражеских завоевателей. И те ломанулись назад. К выходу. Спасая свои задницы. Только горемычный Йети лежал на матах.

— Эй, заберите своего вонючего барана! — заорал Щепкин. — Быстро! Пока он тут весь зал не загадил.

Двое из беглецов вернулись. Подхватили Йети и потащили к выходу. Пыхтели от натуги.

Коричневый пояс пробежал мимо меня. Я с усмешкой поклонился. Тот провел пальцем по горлу.

— Встретимся, причем очень скоро, — ответил я.

Они вылетели из зала. Как стайка перепуганных голубей.

У нас наступила тишина. Тогда Щепкин осмотрел нас. Грозно насупив брови.

— Вы чего это, а? — спросил он. — Ваще нюх посеяли? С дуба рухнули? Смелов? Бурный?

Поглядел на меня.

— Ермолов! Без тебя здесь точно не обошлось! Чего лыбишься?

Я и впрямь дерзко смотрел на него. И улыбался.

— Мы ведь победили их, сенсей. Надрали задницы. До блеска. Так что вы должны хвалить нас. А не ругать.

Щепкин покачал головой. Потом улыбнулся.

— Ладно. Только из-за этого прощаю. Если бы проиграли, я бы превратил вашу жизнь в ад. А так пока что двести отжиманий. Быстро! Упор лежа! Начали! Да, кстати. Бурный, иди умой рожу. А ты, Ермолов, сделаешь триста. Нет, четыреста!

Когда все закончили, я еще столько же отжимался на кулаках. Крылов сидел рядом. Считал.

После этого Щепкин объявил, что занятия закончены. Но оставил нас со Смеловым и Бурным. Ясное дело. Сейчас мораль будет читать.

Типа, недостойное это дело. Недостойное звания комсомольца. И надо всячески избегать таких ссор. Жить в мире и согласии. Быть белыми и пушистыми.

Тренер сурово смотрел на нас.

— Какого хера вы не поджарили их на костре? И не заставили бежать отсюда, как ошпаренных? — спросил он.

Я удивился. Не совсем то, чего я ожидал. А Щепкин продолжал:

— Я хочу, чтобы в следующий раз вы весь дух выбили из этих придурков. Только соблюдайте технику безопасности. Не убейте там никого. Не хватало еще неприятностей с законом.

Это другое дело. Щепкин указал на меня пальцем.

— Особенно ты, хунвэйбин. Поосторожнее там. Своими железными кулаками.

Ну, раз так, я кивнул. Чего же не выполнить распоряжение сенсея?

— Ладно, а теперь проваливайте, — сказал Щепкин. — Ах да. Ермолов, тебе же на пояс сдавать надо. На этой неделе экзамен. Я договорился. А через месяц еще. Чтобы к следующему турниру ты был цветастый. Как полевой букет.

Мы выскочили из зала. Побежали переодеваться. А потом по домам. Снаружи меня ждал Крылов. Чего он такой прилипчивый?

— Я знаю, где находится клуб Белого лотоса, — сказал Смелов, когда мы вышли на улицу. — Надо тоже налететь на них. Это люди Лаврова. Устроим им сладкую жизнь.

На том и решили. Разъехались. Мы с Крыловым в общагу. А Бурный и Смелов по домам. Завтра я хотел навестить дядю. И Ромку. Узнать, что там у него с Нокиным. Разрулить.

А пока что, на сегодня все. Хватит. Пора и честь знать. Отдохнуть.

Мне еще надо подготовиться к учебе. На этой неделе начинаются занятия. Закончились каникулы Бонифация.

— Я думал, он его сейчас вырубит, — сказал Олег. Мы ехали обратно на метро. — Такой здоровенный. Хорошо, что ты догадался насчет ног.

Я молчал. Думал насчет того, как быть дальше.

Мы вышли из метро. Прогулялись до станции. Я подумывал о том, чтобы сходить в ближайший парк.

Там можно сделать хорошую тренировку. До самой полуночи. А потом завалиться спать. Вот только надо сумку оставить. С ги. И взять воды.

Но мои планы были разрушены. С самого начала.

Возле общаги крутилась симпатичная девушка. Стояла к нам спиной. Глядела на окна.

Сзади вид очень хороший. Можно смотреть вечно, как на горящий огонь и текущую воду.

— Ух ты, какая, — возбудился Олег. — К кому это она? Кто этот счастливчик?

Девушка обернулась. Я мгновенно увял. Это же Юля. Собственной персоной. Как она нашла меня?

— О, привет, а я тебя жду, — девушка подошла ко мне. Поцеловала в губы. Как ни в чем не бывало. — А это кто? Тоже каратист?

Крылов приосанился. Кивнул.

— Совершенно верно. Я тоже каратист. И уже скоро буду получать очередной пояс.

Юля вежливо кивнула. Взяла меня под руку.

— Витя, нам надо поговорить.

Олег отстал. Моргал и подмигивал мне. Самым недвусмысленным образом. Мы отправились вокруг здания. Девушка держала меня за руку.

— Какой же ты негодяй, Витя, — сказала она. — Ты мне ничего не сказал.

О, дьявол. О, паскудство. Она узнала про Настю. И готова закатить скандал. Только не это.

Я повел девушку подальше. Чтобы никто из знакомых не видел, как она будет выцарапывать мне глаза. Остановились