"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

– Это правда, – согласился вождь, – однако воин я хороший, сам знаешь, если что – в поединке мало кому уступлю. Если большую собачью голову найти, в черное все выкрасить и черного коня подобрать – выглядеть буду внушительно. Батыров все равно нет, да и нужны ли они? Степное войско и без них побеждать может, Тугарин это показал ясно.

– Опасное дело ты затеял, – осторожно заметил шаман, однако поймал себя на мысли, что понравилась ему идея вождя.

– Сколько людей в степи этого ждет, – начал уговаривать его вождь, – только кликни – и под знамена наши многие племена встанут. Ты будешь главным шаманом всей степи, я – вождем-батыром черным. Либо вернем степи былое величие, либо падем в бою – все лучше, чем прозябать, как сейчас.

– Знаешь, вождь, я с тобой, – ответил шаман просто. – Хоть и опасное дело мы затеяли, а чувствую я, что сны эти неспроста. Бердибек только кликнул, что в поход собирается, – так от желающих отбоя не было. Кем Бердибек был – мальчишка-выскочка… а тут – сам батыр из пророчества. Объявим, что видение было от духов предков: мол, идти тебе саму суть Великой степи возвращать да детям ее верным славу вернуть.

– Злые и голодные против сытых и довольных, – усмехнулся Джучи. – Как думаешь, каких больше?

– Тугарин тьму-тьмущую собирал, не меньше трех десятков туменов под его рукой было, а то и все четыре, а у Картауса сейчас сколько воинов?

– Четыре тумена, да еще парочку с союзных богатых племен соберет.

– Вот тебе и ответ. – Шараган посмотрел в огонь. – Дух степи с нами будет, я это чувствую, а дух – он только у глупцов просто так витает, умные его в силу превращают.

Глава 18

Владимир Красное Солнышко

Растеряха заглянул в княжескую спальню и осмотрелся. Владимир полулежал на перинах кровати, рядом замер верный Колыван. Растеряха лично озаботился, чтобы Колыван не покидал князя: случай с падением князя с коня он рассматривал никак не меньше чем попытку убийства. Караулы в княжеском тереме были удвоены.

Владимир увидел в проеме лицо шута и махнул рукой, подзывая его.

– Есть новости?

– Как не быть, – удивился Растеряха, – у Аксиньи корова давеча отелилась.

– Не томи, – не принял шутливого тона Владимир, – как там дела у Ивана? На сердце неспокойно.

– Пришли вести, что степняков войска наши под командованием сына вашего перебили, почти всю тьму.

– О как, – обрадовался Владимир, – я боялся, что Иван их отпустит, но то беда была бы невеликая. – А как их с Кощеевым войском удалось разделить?

– Иванушка хану вражескому обещал, что выпустит его с воинами, если тот Кощея предаст, а сам на его войско в дороге налетел и перебил всех.

– Вот это добрая новость! – Владимир явно обрадовался. – Моя кровь, достойную смену вырастили мы, а?

Растеряха кивнул молча, ничего не говоря. Сомневался он в толковости молодого Иванушки. Такой план мог какой-нибудь Даниил Галицкий провернуть или Святослав, но Даниил с войском не пошел, значит, Иван Святослава послушал. Это тоже весть добрая: Святослав воевода бывалый, Растеряху его толстая фигура не обманывала – в глазах его светился острый ум, а в образ толстяка-добряка Святослав прятался, когда ему самому было нужно. Да зачем князя сомнениями шутовскими беспокоить, пусть порадуется за сына…

– А ведь мы победили, а, Растеряха? – Владимир посмотрел на шута абсолютно серьезно.

– В народе бают: «Не говори «гоп», пока не перепрыгнул», – задумчиво ответил Растеряха, почесывая затылок.

– Я серьезно. – Владимир смотрел на старого друга пристально, ожидая поддержки.

– Очень на то похоже, – наконец согласился Растеряха, крепко подумав. Думы были следующие: Белое королевство не выступило, даже если они прямо сейчас начнут, то уже не успеют – до разгрома Кощея войску осталось от силы пара дней, без степняков ему не победить. Все, что осталось, – это подмять одну Василису да сместить вторую, и все земли снова соберутся под руку князя Владимира. Не зря Владимир и его князья собирали силу, вопрос был только в том, как половчее земли сестриц взять, – а тут все само разрешилось. Кто бы сейчас ни вмешался, не успеет он ничему воспрепятствовать – войско свободно будет и повернет куда надо, готовое встретить очередного неприятеля.

– Такие дела заворачиваются, а я лежу… – горестно вздохнул Владимир.

– Дела заканчиваются, – не согласился с ним шут, – заворачивались они, когда мы каждую лишнюю монету в войско вкладывали, когда кузницы ставили, чтоб доспехи справные ковать, да когда коней разводили боевых. А сейчас мы плоды пожинаем, как пахарь собирает злаки, что когда-то вложил семенами в землю.

– Так или этак, а не могу я просто лежать. Давай хоть просителей приму, это и сидя можно делать, а Колыван меня отнесет. – Владимир ласково посмотрел на богатыря.

– Ну коль душа просит, так почему бы и нет? – не стал спорить Растеряха. – Главное, с Колываном не расставайся, уж он тебя в обиду не даст.

В этот день просителей было не так много. Жрецы Перуна опять просили выделить им часть из прибылей государства. Владимир привычно отказал, но обещал пожертвовать определенную сумму после войны – конечно же.

Кузнец Ерема пришел от всех кузнецов Киева: войско ушло, и доходы кузниц резко упали, никому не надо было чинить кольчуги и точить мечи. Этот вопрос был серьезней, Владимир пообещал заказать большую партию оружия и доспехов, пусть будут впрок – запас карман не тянет, а допускать разорения кузниц нельзя. Случись чего – новые поставить быстро можно, а вот кузнецов обучить – это дело долгое.

Василиса Премудрая прислала брату очередное молодильное яблоко в дар, это был их тайный знак, что все договоренности по отречению в силе. Владимир от души поблагодарил посланника и попросил передать сестре пожелания долгих лет и поскорее выйти замуж. Посланник посмеялся: он конечно же не знал, что это тоже были тайные слова, означающие «уже скоро».

Заезжий купец из Еуроп дальних интересовался русскими банями. Оказалось, в Еуропах мыться было не принято, а грязь должна была отслаиваться с кожи сама, по прошествии определенного времени. Владимир махнул рукой – изучайте, перенимайте, нам не жалко.

Растеряха попытался выдать веселый куплет про обитателей этих самых Еуроп, но князь его шутку не одобрил.

– Про удары орденской тяжелой конницы слыхал? – спросил его Владимир, внимательно глядя на шута. – Чувствую, еще намучаемся с ними.

– Еуропы далеко, а только если бы не они, так Белое королевство нам давно бы в спину ударило, – поспорил с ним Растеряха.

– Твоя правда, – согласился Владимир, – а все равно не нравятся они