Консультант - Александра Торн

– Тоже верно. – Бройд почесал стеклышком пенсне бакенбарды. – Удобно, с какой стороны ни глянь. Что будете делать?

– Интересно, а почему нападение произошло только сейчас? – пробормотал комиссар. – Сколько времени прошло, а он только сподобился.

– Может, занят был. Неважно. Я не об этом, Бреннон. Что вы намерены делать, чтобы обеспечить свою безопасность?

– Ну, гм-м-м… – глубокомысленно отвечал Натан.

Его сейчас больше занимала мысль о том, как бы изловить неведомого гада. И второго желательно тоже. Вот если бы Лонгсдейл наконец разобрался с шифром в книжке! Можно, конечно (нужно, вздохнул комиссар), допросить Маргарет, но, во-первых, такой ушлый тип наверняка подправил ей память, раз уж Лонгсдейл сказал, что это возможно, а во-вторых, не подвергнет ли это опасности девушку? Кто его знает, что предпримет чародей, если обнаружит, что ее допрашивают…

– Ясно, – заключил Бройд. – Поговорю с консультантом. В конце концов, этот Рейден неплохо справляется. Если понадобится – мы ему даже заплатим за дополнительные услуги.

Бреннон возмущенно поперхнулся, однако его негодование так и не выплеснулось наружу, поскольку в дверях он узрел Лонгсдейла и крайне мрачного пса.

– Ну?

Пес и консультант оценивающе оглядели комиссара с головы до ног, словно прикидывали возможный ущерб.

– Хейз надышался парами снотворного снадобья. Испаряясь, оно вызывает очень крепкий сон, – сказал Лонгсдейл. – Но есть еще кое-что. – Консультант вытащил из кармана кусок чего-то вроде оплавившегося стекла.

– Это еще что? – спросил Натан; Бройд нацелил на кусок пенсне.

– Это камень, в который угодило заклятие летучего огня. Я изучил улицы вокруг департамента. Чуть ниже по Роксвилл-стрит чинят ограду. Видимо, тележку с камнем забыли на ночь, и вот что от нее осталось.

Бреннон протяжно присвистнул.

– Что думаете?

– Думаю, – суховато сказал консультант, – что половина Душителя встретила либо второго мага, либо того, кого так боялась. И между ними приключилось небольшое выяснение отношений.

– Откуда вы знаете? – спросил шеф полиции.

Пес фыркнул так, что Бройд чуть не уронил пенсне.

– Каждое заклятие несет на себе оттиск создателя, как отпечаток руки. Этого, – Лонгсдейл постучал пальцем по куску стекла, – я не знаю. Но точно могу сказать, что он не тот, кто оставил на храме замок и защищал дом Шериданов. Его противник отразил заклятие, значит, он тоже маг.

– А мог заклинатель просто промазать?

– Нет. Летучий огонь преследует свою цель, пока не настигнет.

– М-да, – сказал Бройд, – неутешительно. Обсудим вопрос насчет вашего дворецкого. Я готов кое на что закрыть глаза, если он и впредь будет охранять комиссара.

– Закрыть глаза? – недоуменно переспросил Лонгсдейл.

– Ваш слуга жестоко избил четверых свидетелей, они же подозреваемые.

– Но эти люди напали на комиссара…

– Да, но с какой стати? – пробормотал Бреннон, вертя кусок стекла. – С какой стати один кинулся на другого? Что они не поделили?

День выдался насыщенный, и остаток его комиссар посвятил делам, накопившимся помимо Душителя. Бреннон не любил, когда за ним навязчиво присматривают, и дворецкий, все время мелькающий на грани видимости, раздражал его с каждым часом все сильнее. Рейден с удивительной ловкостью выбирал такую позицию, чтобы Натан всегда видел его, но лишь краем глаза. Что думал сам колдун по поводу своего превращения в няньку – оставалось неизвестным, но его ехидная полуулыбка Бреннону не нравилась.

Лонгсдейл трудолюбиво обшарил весь департамент, изучил с помощью каких-то амулетов всех сотрудников от шефа полиции до помощника архивариуса и ближе к ночи явился к комиссару с докладом. Консультант перехватил Натана на пути из допросной, где тот выуживал из любителя постоять на стреме место, где очередная банда зарыла труп ограбленного торговца парфюмерией.

– Чего вы с ним так возились? – донимал комиссара Рейден, следуя за ним по пятам. – Три-четыре перелома – и он рассказал бы вам все, начиная с раннего детства.

– Ну? – устало спросил Бреннон у консультанта, игнорируя кровожадные вкусы его дворецкого.

– Все сотрудники чисты, даже Хейз. Его всего лишь усыпили. Никаких следов того, что кто-то использовал на них магию.

– Хорошо. – Натан протер глаза и взглянул на часы. Половина двенадцатого, однако… – По крайней мере, он не ходит сюда, как к себе в сортир. Что с уликами?

Лонгсдейл покачал головой:

– Он ничего не взял. Даже не тронул ни одной.

Комиссар вошел к себе, опустился в кресло и хмуро уставился на слегка уменьшившуюся кипу бумаг. Лапа уселся у окна, положил морду на подоконник и предался созерцанию.

– Тогда какой смысл ему сюда лезть?

– Для Душителя – никакого, – согласился консультант. – А вот для второго мага…

Бреннон прикрыл глаза.

– Час от часу не легче. А этому-то зачем?

– А зачем второй маг вообще делает то, что делает? Вы понимаете?

– Нет, – подумав, признался Натан. – Ни черта я не понимаю.

– И я, – вздохнул консультант. – А это плохо, я должен их понимать.

– Какой-то тип, – раздраженно произнес комиссар, – нарезает круги около расследования, как волк – около теленка. Что ему надо – непонятно, зачем он сцепился с ифритом – черт его знает, почему прогнал Душителя…

– Может, он его не прогонял. Случайная встреча.

– Все равно, какого черта этому типу сюда лезть? Он что, ходил на экскурсию? Почему он ничего не взял? Лонгсдейл, – вдруг замер Натан, – а сколько вас таких консультантов вообще?

– Не считая меня – сто двадцать шесть.

Бреннон чуть не подпрыгнул. Он-то думал, их максимум десяток!

– Вы узнали бы кого-нибудь из своих? Наш второй чародей может быть таким же, как вы?

– Нет, он не один из нас.

– А откуда вы вообще беретесь? – спросил Бреннон.

Дворецкий резко к нему повернулся. Пес встал, пристально глядя на комиссара. Лонгсдейл удивленно моргнул.

– Беремся?

– Ну кто-то же должен был научить вас хотя бы азам, дать книжку-другую, объяснить, что к чему. Вас же где-то… – Натан замолчал.

«Ведь кто-то когда-то сделал вас бессмертным», – подумал он.

– Я… я не знаю… – потерянно, как ребенок, ответил консультант. – Я всегда таким был… всегда умел… – Он умолк, переводя взгляд с Натана на собаку, словно не понимал смысла вопроса.

– Ну, всегда – это сколько?

Лонгсдейл нахмурился, опустив голову.

– Наверное, лет шестьдесят, – наконец ответил он.

– Сколько?!

– Или около того.

Консультант выглядел самое большее на тридцать пять – тридцать семь. Натан чуть не разозлился, решив, что над ним смеются, потом вспомнил утбурда и распоротую грудную клетку. Сердце ведь не билось, комиссар помнил это совершенно точно…

– А пес? Где вы взяли Лапу?

– Он был всегда, – с той же детской уверенностью отвечал Лонгсдейл.

– Но это же собака!

– Он был со мной всегда.

Комиссар прикусил язык. В самом деле, если учесть, что он видел и что ему рассказывал о собаке Рейден, –