Созвездие Дракона - Мария Доброхотова

Когда Гетир на следующее утро вывел Таню на волю, ни Мангона, ни Денри у жандармерии не было. Над Илибургом расплывался хмурый зимний день. Злой морозец сразу схватил Таню за плечи в тонком манто, за обтянутые чулками лодыжки под скромным платьем, и за уши под широкополой кокетливой шляпой. Всё это тряпьё Гетик велел доставить ей прямо в камеру, и вопреки обыкновению, Таня не сопротивлялась. Она должна была играть роль Татаны, которая Менив-Тан, которая притворяется добропорядочной радийкой Зеной, а той наверняка понравилось бы костюм из тяжелых добротных тканей. У жандармерии их ждал черный экипаж, запряженный четверкой вороных коней.

— Мы поедем не на тверамобиле? — спросила Таня.

— Мне приказано вывезти тебя через Восточные ворота, а потом по просёлочным дорогам доставить на север города, откуда ты уже отправишься в свои трущобы, — ответил Гетик, усаживая на обитую кожей скамью напротив неё.

— Эти вещи… Я их вернуть должна, наверное?

Гетик смерил её взглядом с головы до ног, и в глазах читалось такое презрение, что Таня поняла: в гробу он видел вещи, которые касались её мерзкого тела. И если до этого она собиралась искренне отблагодарить чиновника за спасение, то теперь слова замерзли на языке.

— Оставь себе. Это подарок.

Некоторое время они ехали молча. Таня хотела было посмотреть в окно, но стоило ей коснуться бархатных шторок, как получила тростью по руке.

— Не смей! Никто не должен нас видеть.

Она отдернула руку и уставилась в деревянную панель за спиной Гетика. Таня не могла бы сказать, сколько прошло времени, прежде чем он заговорил снова:

— Если ты вдруг появишься в моем доме. Как моя племянница, разумеется. Нам нужно будет придумать, что делать с твоим… непотребным видом. И это не будет обсуждаться.

— Почему я должна оказаться у вас дома? — фыркнула Таня, и он как-то странно посмотрел на неё, так что ей стало неуютно. Что он знал о планах Лекнира на её счёт? — Вы не поделитесь со мной?

— Не понимаю, о чем ты, — отрезал Гетик. Таня хотела было поспорить, но не успела: экипаж вдруг занесло сначала в одну сторону, потом в другую. Его и раньше нещадно трясло, но теперь приходилось держаться за сиденье, чтобы не свалиться на пол.

— Эй, возница?! — закричал Гетик. — Что происходит?

Экипаж резко затормозил, так что Таня полетела лицом прямо в бесконечные подбородки сидящего напротив мужчины. Она едва успела отпрянуть, как снаружи послышались крики и удары: там явно завязалась драка. Гетик в панике посмотрел на Таню.

— Дайте трость, — потребовала она. — Ну же, быстрее! И постарайтесь не мешать, я попробую нас защитить.

Мужчина не успел и слова сказать, как дверь экипажа распахнулась, и на них уставились трое мужчин. На них была простая теплая одежда, а лица скрывали самодельные тканевые маски с прорезями для глаз. Осмотревшись, Таня увидела, что остановились они в каком-то перелеске.

— Здравствуйте, сенатор, — проговорил мужчина. — Это похищение.

— Вы не можете меня похитить! Я вхожу в совет…

— Да кому вы нужны? — недружелюбно перебил его разбойник. — Мы похищаем вашу спутницу.

Может быть, кого-то и могли обмануть рукодельные маски, но Таня сразу узнала Кэлина, Мирчу и Рому. Стараясь не показать радости, она приняла руку и выбралась из экипажа. Худой высокий Мишо распрягал лошадей. Кучер сидел, связанный в стороне.

— Привет, — тихо проговорил Кэлин. — Как ты?

— Хорошо, — ответила Таня. От присутствия призраков стало как будто теплее, и жизнь уже не казалась такой сложной.

— Привязывайте к дереву его! — велел Кэлин.

— Вы чего делаете? — зашипела она, пока Рому затягивал веревки на дородном сенаторе, а Мирча ему мешал. — Гетик действовал по приказу Лекнира.

— Проклятье, — прошипел Кэлин. — Почему он нас не предупредил. Эй, вы! Бросайте этого ублюдка, берите лошадей и уходим!

Призраки достали из сумки уздечки, быстрыми движениями накинули на головы лошадей, пока несчастный связанный Гетик что-то мычал: говорить ему мешал его же шейный платок, засунутый глубоко в рот.

— Умеешь на лошади ездить? — спросил Кэлин, перебрасывая поводья на спину лошади. — Сёдел у нас нет, к сожалению.

— Нет, — ответила Таня, и голос её стал сдавленным. — Я с детства их боюсь. Еще на мне эти тряпки.

— Не бойся, я помогу. Иди сюда, — он подхватил Таню и попытался забросить её боком на лошадь. Получилось не с первого раза: лошадь волновалась, переступала по промерзшей земле, а Таня не имела ни малейшего представления, как правильно садиться. Наконец ей удалось удержаться и не соскользнуть вниз, и Кэлин ловко запрыгнул позади неё. Было заметно, что ему не впервой было иметь дело с лошадьми. Кроме него верхом оказался только Рому, Мирча и Мишо вели своих кобыл под уздцы.

— Уходим! Вы двое, оставьте лошадей, где условились. Жду всех в убежище.

Кэлин сжал бока лошади и та пошла рысью. Таня старалась смотреть вперёд и не думать о том, что она сидит между ног Кэлина, прижимаясь к его груди, и его руки держат поводья, обнимая её с двух сторон. Она чувствовала его тепло и запах, слышала дыхание и поймала себя на мысли, что ей была приятна его близость. Смущенная собственной беззастенчивой радостью, Таня решила, что чувствует себя в безопасности рядом с Кэлином, словно в компании старого друга, но долго думать о чувствах он ей не дал:

— Сними с меня эту маску.

Таня была вынуждена обернуться и оказаться с ним лицом к лицу. Его дыхание пахло чем-то горьким, щеки покрывала щетина. Она сунула руки под ткань и стащила её наверх.

— Слава Матери, — Кэлин помотал головой, позволяя волосам рассыпаться, а потом посмотрел на Таню тепло, с улыбкой. — Ну здравствуй, Зена.

Глава 14. Возвращение Тени

Стол в главном зале убежища напоминал монстра Франкенштейна: он был составлен из столов поменьше разных размеров, высоты и цветов. Таня подумала, что он был отличным отражением самой сути мятежных призраков, сборища разномастных людей, которые вместе смогли стать чем-то целым и ценным. Она сжимала в руках пиалу со сколотым краем, в которой парила горячая похлёбка, и подносила её ко рту, скрывая улыбку. Таня чувствовала себя намного уютнее в бедном убежище, нежели в роскошных апартаментах драконьих башен. Здесь было шумно от разговоров и криков детей, пахло варёными овощами и еловыми ветвями, которые были свалены у двери. В лучах холодного зимнего солнца плавали пылинки. Никто особо не обращал на Таню внимания, вернулась, ну и слава