Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

— ответил я уклончиво, не подтверждая, но и не отрицая родства в открытую. — Беда у меня. Живкорой, живущий на моем участке, надышался порошка едкого. Лежит он сейчас, хрипит, задыхается. Помочь ему хочу.

Старик замолчал, обдумывая мои слова про зверя, и вдруг замер. В его глазах промелькнуло неподдельной удивление.

— Постой, ты сказал… Живкорой? И он у тебя на участке живет? — Лука даже сделал шаг вперед, почти уткнувшись носом в мою грудь — роста он был небольшого. — А зачем тебе ему помогать? Все землевладельцы пытаются их прогнать со своей земли, а ты хочешь вылечить?

— Да, — коротко ответил я. — Он совсем не мешает мне заниматься выращиванием растений. Да и участок не хуже собаки охраняет.

— Ну и дела! — присвистнул Лука. — Живкорой — зверь-одиночка, собственник похлеще любого господина из столицы. Он за свою нору глотку перегрызет, а уж чтобы с человеком на одном наделе уживаться… Да они людей на дух не переносят, за версту обходят! А у тебя, выходит, прижился?

— Всё так, — ответил я.

Дед Лука замолчал. Его тяжелый взгляд смягчился, сменившись профессиональным любопытством.

— Коли так… Хм… — он задумался. — Живкорой сам выбрал с тобой под одной крышей быть. Значит, земля его к тебе пустила. А против воли земли я не пойду, — старик решительно хлопнул ладонью по стене. — Жди здесь, парень.

Он скрылся в глубине своей лачуги. Слышно было, как он гремит какими-то банками и ворчит под нос. Минут через десять старик вышел, закидывая на плечо кожаный рюкзак. От сумки веяло ароматом сушеных трав и едким дегтем.

— Ну, пошли, — сказал Лука, опираясь на палку. — Солнце уже к закату клонится… До темноты успеть надо, а то в этих лесах по ночам сейчас неспокойно.

Путь назад дался тяжелее. Дед, несмотря на свой возраст, шел уверенно, но всё же не так быстро, как я налегке. Вскоре мы миновали «Мертвый выворотень» и добрались к границе моего участка.

У самого крыльца нас перехватил Радован.

— Войцех! — крикнул он, и тут же перевёл взгляд на старика. — Ну и ну, привел-таки… Я уж думал, что ты на какую-то тварь в лесу наткнулся.

— Типун тебе на язык, — усмехнулся я. — Как живкорой?

— Плохо, — Радован помрачнел. — Кашлять ещё сильнее начал. Пытался его погладить, так он чуть мне руку не откусил! Совсем дурной от болезни стал.

Мы втроем вошли в дом. Корнепий лежал на том же месте, его бока ходили ходуном, а каждое дыхание сопровождалось свистящим хрипами.

Лука, не снимая сумки, сразу прошел в угол к зверю. Я замер в дверях, готовый в любой момент броситься на помощь — живкорои крайне недоверчивы к чужакам, а в таком состоянии он мог полоснуть когтями любого, кто к нему прикоснется. Радован тоже напрягся. Но приближаться к животному больше не решился.

Однако произошло нечто удивительное.

Старик опустился на колени. Он не стал сразу тянуть руки к Корнепию, а замер в полуметре, склонив голову. Из-под его бороды донесся тихий, едва различимый шепот. Это не было похоже на заклинание. Скорее уж монотонное ворчание. Шелест, будто ветер подул.

— Тише, маленький, тише, мой хороший… — шептал Лука, осторожно ощупывая горло зверя. — Сейчас огонь выведем, сейчас дышать станет вольно.

Лука медленно протянул ладонь. Я ждал, что Корнепий ощетинится или хотя бы зашипит, но зверь лишь слабо повел носом. Вся та настороженность, которую он проявлял даже ко мне в первые дни, просто испарилась. Он позволил деду коснуться своего горячего лба и осмотреть забитый белым налетом нос.

Было странно видеть, как этот ворчливый дед преображается рядом с животным. По сути, он был для Корнепия абсолютно чужим человеком, но живкорой доверял ему так, словно они были знакомы всю жизнь.

— Я почти закончил с осмотром, — внезапно заявил Лука. — Что могу сказать вам, ребятки… Есть одна хорошая и одна плохая. С какой мне начать?

Глава 21

— Давай с хорошей новости, — предложил я, не сводя глаз с Корнепия.

— Я знаю как ему помочь, — почесав затылок, ответил Лука. — Мне нужно приготовить концентрированный отвар синелиста. Его пары способствуют тому, что вся дрянь накопившаяся в легких отходит по щелчку пальца.

— Так, это прекрасно. А плохая новость? В чём подвох? — поинтересовался я.

— К сожалению, у меня не осталось сырья для приготовления отвара. У синелиста не так уж и много показаний для применения. Конечно, хорошо иметь его в прозапас, но у меня он закончился несколько месяцев назад. Надо было посадить его, да вот времени совсем не было.

— Я ведь правильно понял, что у вас есть семена?

— Угадал, — сунув руку в сумку, ответил Лука. — Семена-то есть. Берегу вот на крайний случай.

Старик бережно извлёк на свет крошечный, туго завязанный кожаный мешочек, от которого исходил едва уловимый мятный запах.

— Ну и что с того, что они есть? — пожал плечами дед. — Синелист — капризное растение. Ему только чтобы проклюнуться и первые всходы дать дней четыре-пять надо. А полноценно в рост он пойдёт да силу нальёт только через две недели, не раньше.

Если мне удалось вырастить картофель, посадить Тихоцвет, то какой-то Синелист точно не составит труда. Остается лишь надеяться, что у него нет каких-то особых предпочтений для роста.

— Отдай их мне, Лука, — я решительно протянул раскрытую ладонь. — Я постараюсь его вырастить в кратчайшие сроки. А ты пока последи за состоянием живкороя.

— Отдать⁈ — воскликнул старик. — Мне не меньше твоего, Войцех, больно смотреть, как животное мучается, но семена ещё нужно прорастить. Это займет слишком много времени. Да и мало у меня их осталось. Это ведь последние…

— Понимаю, — кивнул я. — Но могу решить эту проблему. Просто скажи, что конкретно тебе нужно? Корни, лепестки, соцветия? Для рецепта нужно что-то помимо самой травы и чистой воды? Говори сразу, чтобы я время зря не терял.

— Соцветия нужны, — тяжело выдохнул Лука. — Самые верхние, налитые соком, пока они в синеву не ушли, должны фиолетовыми остаться. В них вся целебная сила. А насчёт дополнительных ингредиентов… Да ничего больше и не надо, кроме хорошей чистой воды.

Лука хмуро посмотрел на мешочек, затем перевёл взгляд на