Фантастика 2026-132 - Сергей Анатольевич Панченко

и понять, что за враг такой объявился. Кроме вышеназванных в палатах находились еще Изяслав Туровский да Ярослав из Переяславля, остальные князья либо в поход ушли вместе с войском, либо, как Даниил Галицкий, находились у себя в княжествах.

– Давайте вначале попробуем разобраться, кто стоит за смертью великого князя, – предложил боярин Полкан, – это дело попроще, хотя и в нем странностей хватает.

Даже если узнать, кто убивец, –

Не вернется родимый кормилец.

Растеряха по привычке тренькнул на балалайке, но быстро смешался. Некому теперь ловить его намеки, некому понимать его с полуслова, не вернется Владимир. Да как умер-то – не в бою, а в палатах своих. Да не ядом сражен или кинжалом – мечом-кладенцом пронзен. Слыханное ли дело, чтобы столь русское оружие – да русского же князя и разило?

– Опознать убийцу пока не удалось – никто его до того не видел, откуда взялся – неизвестно. Одежда самая простая, без приметных вышивок или знаков, вещей никаких вовсе нет, внешность самая обычная.

Полкан посмотрел на собравшихся:

– Одна зацепка – меч-кладенец.

– Кладенцов всего два осталось, – медленно, с расстановкой, произнес князь Ярослав, – один мы в луки и стрелы переплавили…

– А второй – у Святогора, – закончил за него боярин Полкан.

Ростом Святогор огромен,

А в быту ужасно скромен.

Растеряха посмотрел на собравшихся, но никто к его треньканьям особо не прислушивался. Эх, где ты, князюшка, что все понимал с полуслова…

– Вы помните хоть, как Святогор выглядит? – раздраженно бросил шут, не привыкший выражаться прямым текстом.

– Правду шут глаголет, – спохватился Изяслав, – Святогор – огромный богатырь, меч у него тоже огромный, такой и не поднимет обычный человек. А этот меч не для его руки сделан.

– Верно, – согласно кивнул боярин Полкан, – меч этот не Святогору принадлежит.

– Остальные кладенцы пропали во времена набега Тугарина, – Изяслав крепко задумался, – что нас к распознанию убийц не приближает.

– Пропасть-то они пропали, это верно, – снова согласился боярин, – да вот только где они пропали – это нам известно.

– Не хочешь же ты сказать… – Ярослав даже привстал от удивления.

– Именно; все оставшиеся кладенцы в Китеж-град перевезли, когда Тугарин на Киев направился.

– Китеж – это слишком неправдоподобно, – Изяслав с недоверием смотрел на Полкана, – а не может это быть новый, доселе неизвестный нам кладенец?

– Это возможно, – крайне неохотно признал боярин Полкан. – Мечи-кладенцы, по преданию, самим Сварогом были кованы из звездного металла. Плавить звездный металл можно только в жару умирающей Жар-птицы, обычным огнем ничего не добьешься. Да и ковать его непросто: лучшие кузнецы Тридевятого царства только наконечники для стрел выковать сумели, да и те с большим трудом, а тут – целый меч…

– Кузнец нужен, да не рядовой, – согласился Ярослав, – и Жар-птица…

– А Жар-птицы есть только у Василисы Премудрой, – закончил за него Изяслав.

Повисла тягостная тишина.

– Можете что хотите думать, – снова взял слово Полкан, – а я убежден, что проявился наконец Китеж-град. Мы и деньги стали в последнее время тамошние встречать – не случайно это.

– Почему тогда мы про них не знаем? – удивился Изяслав. – Китеж от Тугарина прятался… если прятался, конечно. Я-то считаю, что сожгли его тогда, как и многие другие города, но сейчас-то Тугарина нет, чего им прятаться?

– И зачем им князя Владимира убивать? – подхватил Ярослав. – Вот у Василисы Премудрой повод есть, мне понятен, а Китеж – это слишком на сказки похоже.

– Загадок пока и правда больше, чем отгадок, – признал хозяин тайного двора.

– Пока Китеж не нашли, с Василисы подозрение снимать не будем, – подытожил князь Изяслав, остальные вынуждены были согласиться.

Второй вопрос был еще сложней и еще безрадостней – что делать с угрозой Ивана-подменыша.

– Что же это за Кощей такой? – первым взял слово Ярослав. – В прошлый раз змеем все войско сжег, теперь какую-то волшбу черную в ход пустил – как с таким бороться?

– Кощей всегда побеждает, – согласился Изяслав.

– Нельзя допустить, чтобы подменыш в Киеве стольном сел!

Подменили ли кого,

Поменяли ли на что,

Нам известно только то,

Что не ясно ничего.

Растеряха снова тренькнул на своей балалайке, и в этот раз нашлись те, кто смог его понять.

– И в самом деле, – заметил Ярослав, – пока про подмену эту Кощееву нам только слухи доносят.

– Это правда, – впервые подала голос Аленушка, и все удивленно посмотрели на нее. Аленушка вытерла рукавом слезы и, подняв свои ясные глаза на князя Ярослава, снова произнесла: – Братца Кощей подменил, пушистик это своими глазами видел.

– Какой пушистик? – не понял Ярослав.

– Самый лучший пушистик, – Аленка улыбнулась, – он только прячется, потому что Колывана боится.

Колыван напрягся и внимательно начал оглядываться по сторонам.

– А ну вылазь! – рявкнул он, глядя на лестницу в дальнем углу.

– Нет тут никого, Колыван, – озабоченно произнес стражник, чей пост был возле лестницы.

– Вылазь, я сказал! – снова грозно рыкнул в пустой угол богатырь.

– Хорошо-хорошо, – раздался голос из-за лестницы, – только не руби сгоряча.

В том углу, куда смотрел Колыван, появился огромный серый кот.

– Это же Баюн! – охнул Полкан, отстраняясь с опаской.

– Где Баюн? Уберите от меня это чудовище! – взвизгнул кот от страха и шарахнулся в сторону, но вдруг замер на месте и произнес: – А, стоп… погодите, это же я – Баюн, такой милый и очаровательный кот!

Огромный кот начал вылизывать свою лапу, выглядел он на редкость безмятежно.

– Он же людоед! – Полкан спрятался за спину Колывана.

– Это было давно, – сокрушенно вздохнул кот, – и к тому же неправда. Разве может такой обаятельный зверек кушать людей?

– Конечно нет, – заступилась за кота Аленка, – киса – пушистик хороший!

– Уже давно мы не едим людей, – горестно вздохнул кот, – и кто только эти слухи про нас распространяет?

– Ест он людей или нет – мы разберем позже, – подал голос Ярослав. – Что он тут вообще делает?

– Сердце мое большое, как у теленка, – начал кот издалека, – это у меня от мамы, а, надо сказать, мамочка моя была…

– Короче, – оборвал его Колыван.

– Вот видишь, Аленушка, какой грубиян этот Колыван, – кот с грустью посмотрел на Аленку, – а ты говорила, он хороший…

– Колыван – хороший, – не согласилась Аленка и обратилась к богатырю: – Не обижай, пожалуйста, пушистика.

– НЕ. ОБИЖАЙ. ПОЖАЛУЙСТА. ПУШИСТИКА, – произнес кот, особо выделяя каждое слово. Закончив, он прослезился: – Воистину это самое лучшее, что я слышал в своей трудной и печальной жизни.

– Излагай, зачем пришел, – буркнул Колыван уже не так враждебно.

– Как я уже