Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

много денег. Я пыталась сбежать от них с десяти лет, но получилось у меня это только один раз. Больше шести лет назад. И мне удавалось всё это время скрываться. Но сейчас, харен, я стала слишком заметна. Я сменила всё: имя, происхождение, расу, возраст, запах… Но лицо у меня прежнее. И постепенно обо мне настоящей становится известно всё больше и больше. Я прокалывалась и на менее значительных деталях, так что, думаю, в ближайшем будущем меня могут ожидать большие проблемы.

— Интересно бы знать, в какие неприятности вы влезли, — Ранхаш прищурился.

— Я родилась с этой судьбой, — спокойно, с лёгкой иронией ответила Майяри. — Похоже, в прошлой жизни я пыталась уничтожить мир, и в этой жизни боги меня наказали. Я сама неприятность и живу среди неприятностей.

— Род Вотый сможет перевоспитать даже такую проблему, как вы, — уверенно заявил Ранхаш. — Вы же не сомневаетесь в силе и влиянии моей семьи?

— Сомневаюсь.

Брови харена слегка приподнялись от изумления, и он недоверчиво уставился на девушку, смотрящую на него прямо и уверенно.

— Знаете, — Майяри потёрла висок, — когда я полюбила Виидаша, я верила, что мы сможем преодолеть все трудности. Влюблённость опьянила и ослепила меня. Всё же хорошо, что в наших отношениях всё изменилось. Правда, лучше бы это произошло по-другому… Мы бы не смогли справиться. И вы, господин Ранхаш, не справитесь. Род Вотый — это всего лишь одна семья. А хаги-сумеречники и хаггаресы — это две расы. Если вы не хотите иметь со мной дело и дальше, то мне лучше уйти сегодня.

— Я уже всё сказал, — сухо ответил Ранхаш.

— Вы сами это решили. Но, пожалуйста, не удивляйтесь, если в один день я всё же сбегу: мне не всегда нравится, когда из-за меня умирают посторонние. Боги в довесок к судьбе наказали меня ещё и совестью. И раз я остаюсь рядом с вами, то мне стоит сказать о ряде ограничений, которых мне приходится придерживаться.

— Я так понимаю, стоит следовать образу, описанному в вашей школьной характеристике?

Девушка досадливо поморщилась.

— Мне очень нравился этот образ, — призналась она. — Посредственный, маловыдающийся, а значит, не бросающийся в глаза. Но боюсь, очень скоро истинность моей расы будет поставлена под сомнение. Как бы ни был экстравагантен род Вотый в выборе невест, вряд ли бы их член остановил свой выбор на человечке, — помолчав, она добавила: — Даже Виидаш догадался, что я хаги.

— Если возникнут вопросы, скажем, что вы полукровка, — легко нашёл решение харен.

— Это не самая сложная проблема, — заметила девушка. — Из-за связи с вашей семьёй я перестану быть незаметной. И из-за связи с ограблением. И из-за службы в сыске…

— Я понял, — напряжённо перебил её харен. — Что ещё?

— Мне лучше не общаться с хаги, хаггаресами и сумеречниками. И вообще мне лучше поменьше общаться. Мне нельзя использовать все возможности своих сил: хаги могут чувствовать волнение, оставленное силами другого хаги. И мне нельзя допускать, чтобы это волнение превышало определённую границу. Таких сильных хаги, как я, не очень много.

Ранхаш остро посмотрел на неё.

— Вы очень сильны?

— Невероятно, — не стала скрывать Майяри. — И те, кто меня ищут, мне не уступают. Даже превосходят. И ещё, — она почему-то смутилась, — я хотела попросить вас, чтобы вы подержали мои амулеты и камни у себя. Я, — девушка уставилась на свои пальцы, — после прошлой ночи себе мало доверяю. Буду просить только самое необходимое.

В экипаже воцарилось молчание.

— Госпожа Майяри, я рад, что вы решились предупредить меня о возможных проблемах, но, — янтарные глаза проникновенно посмотрели на девушку, — мне хочется знать больше. Мне нужно знать, кого конкретно вы опасаетесь.

— Господин Ранхаш, я, конечно, чувствую себя очень виноватой перед вами, но всё же не настолько виноватой, — Майяри мрачно посмотрела в ответ и попыталась подняться.

Харен подсёк её стопы, и девушка со сдавленным вздохом плюхнулась на сиденье.

— Я. Хочу. Знать, — повторил он.

Вот же дотошный! Девушка попыталась, не поднимаясь, пробраться к дверце, но путь ей преградила упёршаяся в край сиденья нога.

— Разве я позволил вам уйти? — холодно вопросил харен, слегка склонив голову. Растрёпанные локоны упали на лицо, оттеняя зловеще вспыхнувшие глаза, и Майяри ощутила жар внизу живота.

Странное, уже знакомое, но всё ещё не объяснимое волнение опять посетило её, и девушка запаниковала.

— Не знаю, я не спрашивала, — выпалила она и выскользнула в дверь с другой стороны.

Ранхаш инстинктивно рванул за ней, поддавшись азарту зверя, из-под носа которого ускользает добыча, но опомнился уже на подножке, до боли впившись когтями в дверной проём. Внутри разочарованно заскулил волк, и мужчина с досадой отметил, что ему хочется вторить зверю.

Ошеломлённая тем, что харен бросился за ней, Майяри опрометью припустила прочь от кареты, но обернувшись, чтобы взглянуть на оборотня, споткнулась, наступила на подол платья и въехала носом в грудь охранника. Тот придержал её за плечи и благодушно осведомился у харена:

— Господин, вернуть госпожу вам?

У Майяри ноги подкосились, а сердце переместилось в уши, стоило ей только представить, как пальцы господина Ранхаша впиваются в её воротник.

— Нет, — сквозь зубы процедил волк. — Пусть гуляет, раз сбежала.

— Как скажете, — охранник поставил трясущуюся девушку поровнее.

— Следи за ней получше, — снег с хрустом промялся под сапогами харена. — Она у нас мастер по побегам и вранью.

Сказав это, господин Ранхаш мазнул по девушке прохладным взглядом и направился в сторону ворот.

— Это он серьёзно? — охранник с сильным сомнением посмотрел на бледную госпожу.

Та сглотнула и обречённо кивнула головой. Оборотень расплылся в широкой улыбке.

— Да вы талант!

Глава 26

Коварный сговор против господина Немилосердного к себе

— Эй, Майяри, ты чего это обнимаешься с Редием?

Майяри неохотно повернула голову и взглянула на насмешливо сощурившегося господина Шидая.

— Я на него упала, — буркнула она в ответ и прерывисто вздохнула, когда улыбающийся охранник приподнял её и протянул подошедшему лекарю.

— Благодарю, — Шидай прижал тощую, чуть тёплую тушку к своей груди.

— Господин Шидай, — устало вздохнула девушка и без большого энтузиазма упёрлась руками ему в грудь, — я сама дойду.

— Конечно, дойдёшь, —