Фантастика 2026-101 - Виталий Конторщиков

— Станислав Никанорович, у меня такие навыки даже на четвёртом курсе не все студенты демонстрируют. А он — первый. И учится меньше семестра.

— Что вы хотите этим сказать?

— Парень полностью освоился со своим S-классом. Я бы уже оценил его уровень владения как девятый или десятый. Его можно отправлять на реальные разломы. Не в качестве стажёра, а в качестве полноценного бойца.

Ректор хмыкнул:

— Хотите сказать, что он уже достиг уровня Громова?

— Именно так.

Харин произнёс это без колебаний. Он видел самого Громова в деле много раз. Знал, на что способен был этот человек. И сегодня он увидел эту же силу у Глеба.

— Не во всех аспектах, конечно, — добавил он. — Опыта не хватает, тактического мышления в сложных ситуациях. Но чистая сила, контроль, скорость принятия решений, уже могут сравниться с опытным S-классом.

Юрашев побарабанил пальцами по столу.

— И чего вы от меня хотите? — задумался ректор.

— Учитывайте это при составлении расписания. Ему нужна практика, а не лекции. Сидя в аудитории, он не получит того, что может получить на поле боя. Мы тратим впустую и его время, и своё.

— Практики у него и так хоть отбавляй, — проворчал ректор. — На следующей неделе снова разлом. Думаю отправить его на С-класс.

— С-класс? — Харин поднял брови. — Станислав Никанорович, он может закрывать В-класс. Причём в одиночку. С-класс для него, как для вас прогулка в парке.

— Интересное предположение. Однако оно в корне не верно, если вы смотрите новости и понимаете ситуацию с разломами.

— Это не предположение. Я уверен, даже несмотря на новые изменения.

Ректор смотрел на него долго, оценивающе. Харин выдержал взгляд. Он не привык отступать.

— Что ж, — наконец произнёс Юрашев. — В таком случае устроим Глебу Викторовичу экзамен. Проверим вашу теорию на практике. Если он справится — значит, вы правы.

— И что тогда?

— Тогда ничто не помешает ему стать полноценным оперативником, совмещающим работу с учёбой в нашей академии. Каким бы сильным он ни был, получение высшего образования никто не отменял, — хитро улыбнулся ректор.

* * *

Весь пространственный класс после происшествия на полигоне освободили от занятий.

Но я от такого удовольствия решил отказаться. Иначе, если так пойдёт и дальше, буду большую часть времени «освобождён», а не учиться. Покушения, взрывы, монстры на полигоне — и каждый раз выходной? Так я никогда диплом не получу, буду вечным студентом до пенсии.

Да и отвлечься хотелось, если честно. Занять голову чем-то полезным, а не прокручивать раз за разом варианты, как найти этого чёртового Полякова.

Тем более предметы сегодня стояли интересные.

Первой парой шла тактика ведения боя. Преподаватель — отставной полковник ФСМБ по фамилии Новарцев, седой как лунь, с механическим протезом вместо левой руки — разбирал варианты уничтожения разных типов монстров. Не по учебнику читал, а из личного опыта рассказывал.

Потом была история магии. Как появились первые разломы триста лет назад, как человечество адаптировалось к новой реальности, как формировалась система рангов. Особенно интересно стало, когда добрались до первых S-ранговых магов и до того, как они меняли ход истории одним своим существованием.

Ну и закончилось всё моей ненавистной высшей математикой. Там я отсидел пару. Понял процентов двадцать материала от силы.

Потом разберусь, когда время будет. Или, не знаю, попрошу кого-нибудь помочь. Однокурсники по этому предмету так смотрят на меня всё время, что точно не откажут. Особенно две близняшки, которые всегда садятся за мной и перешептываются, думая, что я их не слышу.

После занятий отправился к себе в комнату. И злость снова вернулась, с удвоенной силой.

Поляков хотел убить меня — это понятно. Но заодно и мою команду. Ребят, которые ничего ему не сделали, просто оказались рядом со мной в неудачный момент, просто пришли на вечеринку.

Повезло, что Денис отошёл тогда к телевизору и выиграл ребятам эти доли секунды. Я вообще долго думал, как он смог так среагировать — ведь скорость взрыва колоссальная, и реакцию он показал даже выше, чем у меня самого.

Появилась одна теория на этот счёт, но её я смогу проверить только на следующей совместной практике.

Потом Поляков решил не мелочиться и сломал систему создания монстров на полигоне. И весь пространственный класс оказался заперт с тремя тварями A-класса.

Я уже не сомневался, что за обоими случаями стоит один человек. Артефактор с продвинутого курса, один из лучших на потоке. Близкий друг Шимохина, они даже жили в соседних комнатах. Сбежал из Академии за час до взрыва — это всё-таки смогли засечь по камерам.

Однако дальше парень словно сквозь землю провалился. И служба безопасности никак не может найти хотя бы одну зацепку, которая бы вывела к нему.

Я вошёл в комнату, закрыл за собой дверь и привалился к ней спиной. Несколько секунд просто стоял, глядя в потолок и пытаясь упорядочить мысли.

И тут в голову пришла одна идея. Я вспомнил руну, которая должна была создать защитный барьер, а вместо этого телепортировала преподавателя прямо в кабинет ректора. Почему так вышло? Потому что я думал о ректоре в момент начертания, случайно отвлёкся на постороннюю мысль.

Руна отправила человека в место, о котором я думал. А что если применить этот принцип иначе? Что если намеренно думать о конкретном человеке и позволить руне переместить меня к нему?

Мысль была безумной, на грани бреда. Такого применения рун я нигде не встречал, ни в учебниках, ни в лекциях. Но других идей всё равно не было, а сидеть и ждать, пока Поляков нанесёт следующий удар, я не собирался.

Разумнее было бы рассказать Дружинину. Но тогда пришлось бы тратить кучу времени на согласования, ведь одного он бы меня не отпустил. А Поляков тогда снова ускользнёт.

К чёрту осторожность. Он пытался убить моих друзей. Дважды. Третьего раза не будет. Я смогу справиться с этим ублюдком. Тем более, это уже личное дело. Ещё один повод не вмешивать сюда куратора.

Понимаю, что он может меня ждать. Что он наверняка придумал какой-то свой план. Но это неважно, я уверен в своих силах. Тем более руну уже дважды опробовал на преподавателе, и принцип предельно понятен.

Я подошёл к столу. Достал из ящика чистый лист. Задумался на секунду, собираясь с мыслями, и начал чертить.

Простой символ, первый пришедший в голову — ничего конкретного, просто линии, которые казались правильными. Круг, несколько пересекающихся линий внутри,