Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

В первую очередь — задействовать резервы уже имеющегося общества для резкого цивилизационного прыжка вперёд. Я лично не вижу непреодолимых препятствий. Косность мышления мы изменяем своим присутствием. Работаем как катализатор для общества. Наука уже подключена. И мы не боимся трудностей.

— Значит, матричная структура…

Кажется, Генеральный уже знал, чем будет заниматься, будучи Председателем.

Глава 17

6 ноября 1984 года. Вызовы внутренние и внешние

Верховный Совет СССР. Боль и позор

Представитель профсоюзов, пухловатый мужчина, в который раз вытирал пот с лысины. Заместитель министра здравоохранения расстегнул пуговицу на рубашке. А член президиума Верховного Совета Воротников уже и сам не рад, что согласился на эту авантюру. Грозные и важные мужчины чувствовали себя сейчас, как нашкодившие школьники. И над всеми ними возвышалась грузная фигура Галины Брежневой, которая давала сейчас «жару». Именно она от имени Лиги женщин инициировала текущий скандал, грозивший перейти из фазы конфликта в среднем звене здравоохранения в общесоюзное обсуждение. И тут же заинтересовал ЦК. Потому решили разобраться сразу «на высоком уровне». И вот сейчас им доставалось от женщин по полной: как руководителям, как коммунистам высокого ранга, как мужчинам.

И дела их откровенно плохи. А что они могли сделать против команды настоящих фурий! Да ещё припечатывающих ужасающими аргументами. И что самое печальное — во многом те правы. У них на руках документы, кассеты с записями пострадавших, жалобы, письма. Много жалоб и писем. И ни одного конкретного решения по их вопросам. Крайне животрепещущего, как оказалось, вопроса. Воротников внезапно осознал, что здесь точно присутствует вина как руководства, так и как мужчин. Просто раньше он даже не подозревал о масштабах безобразий, творящихся в медицине. В итоге их половина комиссии уже через час крайне неодобрительно посматривала в сторону представителей Минздрава и профильных профсоюзов. Надо же так запустить животрепещущую проблему! Это на самом деле возмутительно! И кому-то точно придётся расстаться с партийными билетами, как и креслами.

— Именно поэтому мы требуем этого вашего профессора выгнать к чертям из медицины!

Дебелая блондинка, депутат Верховного Совета из Лиги женщин была на редкость эмоциональна.

— Но он отличный специалист. Столько родов принял!

Представители Минздрава заняли оборону:

— Зачем такие радикальные меры? Мы просто его накажем.

Брежнева наступала:

— Его квалификация не даёт ему права оставаться хамом! Нет, таким врачам не место в советской медицине. И пусть этот пример станет показательным! Если подобные ему врачи не изменят свою практику, то мы будем добиваться их увольнения.

Воротников внимательно оценивал дочку бывшего Генсека. Такая добьётся своего! Да и наверняка у неё есть доступ к Машерову. Видимо, вопрос давно перерос стадию простого непонимания. Так что он пока посидит и проследит за реакцией остальных, подумает, как решить проблему. Верховному Совету остро нужны очки перед партийной конференцией. А судя по накалу страстей, женская половина делегатов его точно поддержит!

— Мы как крепостные в ваших кабинетах! Ничего нельзя, и только слышишь: «Не ори, дура, тут всем больно!»

Кто-то из Минздрава дёрнулся на свою беду:

— Но ведь и в самом деле бывают болезненные процедуры.

Это он зря сказал. На него тут же посыпались упрёки.

— Тогда почему женщины лишены элементарной анестезии? В Советском Союзе препараты кончились? Нет у нас — закупите за рубежом! На шмотки валюта находится.

— Почему нас не предупреждают о процедурах? И позволяют себе хамить по отношению к женщинам? Что это за моральный уровень такой у врачей и почему им потакают?

Блондинка поддержала Галину:

— Девушка у нас в цеху пришла на плановый осмотр. Врач вела себя грубо, кричала, что та не постелила сама себе полотенце, что неправильно легла. А она знает разве как? Это её первый раз. Попросила ширмой прикрыть от окна, на что получила: «Ты посмотри, стеснительная какая!» Так я добилась, что этого врача больше к нам не пускали. И знаете, какой вой в горздраве раздался! У нас между заводом и его руководством целая война началась. Пришлось секретарю горкома вмешаться. И мы своего добились. Но сколько девчонок огребает от подобных хамов и хамок? Разве этому в наших медицинских вузах учат?

Журналистка телевидения, которая вела популярную передачу «Здоровье», говорила мягко, но внутри голоса — как будто ежовыми иголками натыкана:

— Вы сами послушайте наших женщин, что пережили весь этот ужас. И потом расскажите мне — достойно ли такое положение дел нашего общества? И куда мы катимся с подобной жестокостью и неуважением к лучшей половине человечества? У нас очень любят красивые лозунги, но что зачастую стоит за ними?

Она включила магнитофон, и через некоторое время мужчины, сидевшие в кабинете, покраснели. То ли от смущения от подобных откровенностей, то ли от стыда. На минздравовцев страшно смотреть. Вся спесь с них слетела в один миг. Кажется, только сейчас они поняли, что попали по полной.

«Дважды сталкивалась с полным наплевательством гинекологов на жуткую боль от зеркала при осмотре в кресле. Одна просто игнорировала мои вскрики, вторая насмехалась: 'Ну не может быть так больно, только немного неприятно».

«Нас, десять беременных, направляли из консультации в гинекологию на анализ диабета беременных. Нужно полежать час, выпив глюкозу. В эту же палату на свободную кровать положили под капельницу девушку после выкидыша. У неё трагедия, она рыдает, это очередная неудачная попытка выносить, а тут мы — все счастливые беременные. Приехала её мама, просит перевести дочь в другую палату, медсестра в ответ кричит, что не будет открывать и мыть после них палату ради часа капельницы „просто потому, что вам так захотелось“. Но за подарок согласилась».

«Подруга пришла в районную поликлинику. Девочке двадцать лет. Записали её на приём первичный почему-то не к её гинекологу, а к врачу с другого участка, и та по этому поводу очень зла. Соответственно — ледяной расширитель и крики: „Дрянь такая, как на кресло лечь — так это мы не умеем, а как трахаться, задрав ноги, — так сразу!“ Сделала подруге очень больно. Та заплакала — реакция предсказуемая. „Ещё и плачет тут! Это тебе не членом тыкать!“ Девочка домашняя, тихая, в шоке».

«Лежала в роддоме в районной больнице. Всё по плану, на сороковой неделе начались роды. Медсестра проткнула околоплодный пузырь, чтобы быстрее воды отошли, но что-то сделала неправильно (я так поняла по её возгласу и растерянному виду). Я просила сделать кесарево, но то ли поздно, то