Небесный всадник - Кирико Кири

А дракон тем временем приближался.

Чтобы не отставать от коллектива, я тоже вскочил и бросился в лес…

И кисти рук резануло натянувшейся верёвкой. Потому что я оставался привязан к ЭТОЙ СРАНОЙ ТЕЛЕГЕ!

— Нет… нет-нет-нет! Сука, НЕТ!!!

Я яростно дёрнул руками один раз, потом второй, третий, пытаясь на удачу вырвать руки из силков, после чего вгрызся в узел зубами. Но хрен там плавал, такое перегрызть было невозможно за несколько секунд, а дракон уже буквально вот, перед носом был.

Я взвыл от бессилия. Это что за напасть⁈ Мне может хоть в чём-то повезти сейчас⁈ Да, млять, за что со мной всё это⁈

Хотелось выть. Я тянул руки, пытаясь их просто вырвать, разрывая кожу на кистях, но всё один хрен не помогало. Привязали меня на славу, чтоб эти ублюдки все обосрались. Я бросил взгляд налево, бросил взгляд направо, но не нашёл ничего лучше, чем броситься к телеге, к которой и был привязан, чтобы спрятаться в её тени, а не стоять посреди дороги.

И через несколько секунд колонну накрыла тень.

Огромная, как от низколетящего самолёта, тень дракона беззвучно пролетела над караваном, внушая страх и ужас не только мне, а вообще всему живому, словно олицетворение скорой смерти. Скотина в клетке испуганно завизжала и заблеяла. Коровы и свиньи, которых вели снаружи, бросились в рассыпную.

На моих глазах дракон резко спикировал вниз и схватил пастью какого-то бычка, позволяя себя рассмотреть во всей красе.

Это был огромный двулапый ящер, какими их иногда рисовали у меня в мире, но без рогов. Весь в чешуе, больше походившей на камень, будто немного шершавый и неровный. Крылья были как… как парашюты, ассоциация почему-то сразу именно с ними прошмыгнула в голове. Его зубы сжали тушу бычка так, что во все стороны поднялась кровавая пыль, а единственное, что я услышал, было шумом ветра от крыльев и рёвом бедной скотины.

Дракон взмыл в небо с пугающей лёгкостью, поднимая клубы пыли и распугивая всю живность, и в мгновение ока на дороге не осталось никого.

Никого, кроме меня, ржущей лошади и полной визжащих поросят и ягнят телеги, которая была как грёбанная мишень!

Я боялся даже пискнуть или подать виду, что вообще есть здесь, чего не скажешь о тех, кто был в телеге за решёткой. Они визжали, бились о прутья, блеяли и кудахтали на всю округу, чувствуя чудовище всем своим нутром, что парило в воздухе над нами, как вестник смерти.

И… это чудовище явно чувствовало нас.

Я с замиранием сердца сидел за телегой, когда внезапно…

Сильно покачнувшись и жалобно заскрипя, она под сильный ветер, бросивший песок в глаза, поднялась в воздух. Я только и успел хлопнуть в ужасе глазами, когда в следующее мгновение руки дёрнуло с такой силой, что едва не вырвало из суставов, и я был таков.

Глава 3

Казалось, ситуация не может стать хуже, но тут входит другая ситуация, и такая: подержите моё пиво!

Меня дёрнуло вверх так, что плечевые суставы прострелило болью. Ещё мгновение назад я сидел голой жопой на пыльной дороге, а вот я уже болтаюсь в воздухе, дорога где-то в метрах десяти подо мной и продолжает удаляться, а этот громкий звук — мой собственный визг.

Потому что этот обдолбанный дракон утащил телегу вместе со мной!

Да в жопу ваши приключения!

Дорога за какие-то секунды стала лишь небольшой полоской, а потом и вовсе скрылась из вида. Золотое поле, казавшееся чуть ли не бескрайним, теперь выглядело как жёлтое пятно. С такой высоты мне открылись огромные пушистые ковры леса до горизонта, поля, словно проплешины в нём, и трещины из рек, которые паутиной разрезали округу.

Было красиво. Настолько, что в другой ситуации я бы охренел от восторга, но когда болтаешься на верёвке с голой задницей на высоте, улетая прочь и спасаясь из одной жопы, но залетая прямиком в другую, эстетика как-то не заходит.

И я был не единственным безрадостным пассажиром. Лошадь, которая так и осталась пристёгнутой к повозке, каким-то образом повисла на хомуте и ржала во всё горло то ли от боли, то ли от страха, как и я.

А потом дракон, это огромное чешуйчатое нечто, продолжая лететь, внезапно изогнул, как змея, шею и щёлкнул на лошади зубами. Её ржание оборвалось в тот же миг. Была лошадь и не стало лошади, только сломанные жерди остались. Тут мне как-то и кричать перехотелось, если честно, несмотря на то, что кисти горели огнём. Я стиснул зубы, подавив свои визги, и вроде как остался незамеченным.

Ну а мы продолжали улетать.

Дракон надо мной держал телегу с молодняком огромными лапами без каких-либо проблем, будто она ничего и не весила. Тёмный, огромный и поблёскивающий на солнце слегка шершавой чешуёй. Его крылья реально выглядели как крылья самолёта, перетянутые перепонками между каких-то костистых образований, как у парашюта. Пугающе и невообразимо большой, закрывающий собой небо, он мчался хрен знает куда.

Панический страх начал сходить на нет. Да, я болтался на верёвке, в этом мало приятного, но тем не менее могло быть и хуже, верно? Меня могли сожрать. Но меня и не сожрали, и не зарубили на данный момент. И пусть я вишу над землёй на высоте два километра (прыгал с парашюта, примерно представляю высоту), страх высоты почти отступил. Да, подо мной буквально бездна, и вот так болтаться довольно сыкливо, и тем не менее я пока живее всех живых.

Но надо подтянуться наверх, так как если дракон решит ещё раз заглянуть под себя, мне бы не хотелось оказаться на месте лошади. Да и мало ли там ещё верёвка развяжется.

Но сказать одно, а вот подтянуться совершенно другое. Мало того, что ветром сносит, так ещё и болтает, как говно в проруби. Я и так, и сяк изгалялся, но меня сносило и не хватало вообще никаких сил, чтобы подтянуться хотя бы на метр.

И я оставил попытки, просто ожидая дальнейшего развития событий.

Дракон улетал всё дальше и дальше от места охоты, и те места давно уже исчезли из поля зрения, хотя пейзаж был всё тот же — леса, поля, реки и озёра. И разве что горы на горизонте резко выделялись среди всей красоты. И с каждой минутой они становились всё ближе и ближе.

Очень скоро я уже мог разглядеть их. Это был большой горный массив типа Эвереста: