Князь Андер Арес 7 - Тимофей Грехов

— Этот рост ранга, — я указал на себя, — я достиг именно благодаря ему. Он открывает доступ к знаниям. Именно механизм дал мне рецепт зелья Разума. И именно он поставил условие: личный сбор, личная варка. Энергетика должна резонировать с ингредиентом.

Потом я замолчал, наблюдая за реакцией сестры. Я рассказал ей про навыки и способности лишь вскользь, не вдаваясь в подробности про систему уровней и характеристик, чтобы совсем не взорвать ей мозг цифрами.

После чего замолчал, наблюдая за реакцией сестры.

Конечно же, я умолчал о самом главном — о том, что я не совсем её брат. Что настоящий Андер, вроде как, переродился в другой Вселенной, тогда как моя душа перенеслась сюда из другого мира благодаря всё тому же механизму и духу Арес. Эта информация была лишней.

Для неё я оставался Андером, её братом, который просто стал сильнее и… наверное, страннее. И пусть так и остается.

Сказать, что Бель была удивлена, ничего не сказать. Её брови взлетели так высоко, что едва не скрылись под линией волос. Я буквально видел, как в её голове с бешеной скоростью вращаются шестеренки, обрабатывая информацию о «Божественном механизме», моих новых силах и условии зельеварения.

Разумеется, вскоре посыпались вопросы.

— Подожди… Механизм? В голове? Искусственный интеллект? То есть он был кем-то создан? Арес? — начала она тараторить. — И он… она… Арес говорит с тобой? Прямо голосом?

Я устало потер переносицу.

— Бель, давай оставим технические подробности на потом. Я расскажу… честно. Но сейчас у нас есть дела поважнее. — Я перевёл взгляд на ингредиенты. — Мне нужен котёл из обсидиана. Ножи и щипцы, стандартные, алхимические, но обязательно те, что сделаны из веток мэллорна. А металл может дать ненужную реакцию с кислотой муравья.

Бель на секунду зависла, всё ещё переваривая услышанное. Потом она моргнула, стряхивая оцепенение, и сразу же включилась в работу.

— Обсидиан… да, есть такой. Мэллорн… нижний ящик слева, — бормотала она, быстро перемещаясь по лаборатории, и постепенно выкладывая передо мной всё необходимое. Тяжелый иссиня-черный котел гулко звякнул, опустившись на подставку. Рядом легли инструменты из светлого, почти белого дерева, испещренного естественными прожилками.

— Спасибо, — кивнул я. — Теперь, думаю, я справлюсь. Можешь идти. Я правда ценю, что ты помогла подготовиться.

Бель замерла с пучком сушеной травы в руке, которую собиралась убрать в шкаф. Она медленно повернулась ко мне, и в её глазах читалось возмущение.

— Ты думаешь я уйду? — обманчиво спокойным тоном переспросила она. — После того, как ты мне только что сказал, что будешь варить зелье, благодаря которому можно прочесть мысли даже у богов⁈

Она фыркнула, бросив траву обратно на полку, и подошла к соседнему столу.

— Андер, ты с ума сошёл? Об этом не может быть и речи. Я остаюсь. И буду смотреть. Может, даже записывать… хотя нет, такие вещи лучше не доверять бумаге.

Я ненадолго задумался.

— «В принципе, подсказки Бель могут быть полезны, — рассуждал я. — Она знает взаимодействие всяко лучше меня».

— Хорошо, — сдался я, ставя сразу два котла на магические подставки.

Щелчок пальцами — и под черным дном емкостей тут же загорелся магический огонь. Я налил подготовленную, очищенную чарами воду.

— «Сис, наша договоренность в силе? Ты поможешь мне сварить зелье?» — мысленно обратился я к божественному механизму.

— «Да, — прозвучал в голове ответ. — Внимательно меня слушай и точно следуй инструкциям».

— «Спасибо», — и я выдохнул. Мой взгляд был направлен на ингредиенты.

Кислота песчаного муравья — 100 мл. Жгучая, едкая дрянь.

Ядовитая железа гадюки Пустоши — 2 шт.

Корень Мандрагоры Крикливой — 1 шт.

Лепестки Чёрной Розалии — 10 шт.

Кровь Баньши — ровно 5 капель.

Чешуя ящераПустоши — 20 шт.

Паутина арахниды — 50 см.

Желчь пустынного скорпиона — 30 мл.

Пепел сожжённого лича — 20 г.

Гриб-кровопийца — 3 шт.

Росток Вампирской Лозы — 1 шт.

Экстракт Ночного Паслёна — 40 мл.

Язык василиска — 1 шт.

Сердцевина Мёртвого дерева — кусок 10×10 см.

Осколок проклятого кристалла — 1 шт.

Всё было поделено на два набора, потому что варить придётся в два этапа, смешивая базы в финале.

— Начнём с основы, — пробормотал я и взял колбу с муравьиной кислотой. Густая, маслянистая жидкость едва заметно парила даже сквозь стекло. — Делим на два, — проговорил я вслух, скорее для себя, чем для Бель.

Аккуратно, стараясь, чтобы рука не дрогнула, я разлил кислоту в оба котла. Ровно по 50 мл. Жидкость с шипением коснулась дна, и вверх взвился едкий парок.

— Температуру ниже, — тут же подсказала Бель с табурета. — Кислота при таком нагреве даст осадок. Держи на уровне «томления».

Я кивнул, быстро подкрутив заглушку от магического пламени, работающее от мифрилового накопителя энергии.

— «Добавь железы гадюки. Не режь. Бросай целиком», — скомандовала Сис.

Я взял пинцетом из мэллорна склизкую железу и осторожно опустил в первый котел.

— Теперь мандрагора, — прокомментировал я. — Бель, как лучше её измельчить? Сис говорит в труху, но корень волокнистый.

Сестра тут же соскочила с табурета и оказалась рядом.

— Не в труху, а в кашицу, — поправила она, заглядывая в рецептуру через плечо. — Если просто порежешь, волокна заберут часть эфира. Бери ступку.

После чего она показала, как правильно ей работать, и передала мне. И за пару движений пестиком я превратил жесткое растение в однородную массу.

— Вот так, — заглядывая мне через плечо сказала она. — Теперь можешь добавлять.

Так мы и работали. Я слушал команды системы, проговаривал их, а Бель корректировала технику исполнения.

— Лепестки розалии, — скомандовал я спустя час.

— Не мни их пальцами! — тут же вклинилась Бель. — Ты выдавишь эфир на перчатки. Используй плоскую сторону ножа, чтобы «разбудить» структуру, а потом сразу кидай.

Работа спорилась. С сестрой процесс шел в разы проще и, главное, спокойнее. Она помогала следить за температурой в котлах, вовремя подавала инструменты, подсказывала, когда смесь меняла цвет и просила узнать у системы всё ли в порядке.

За окном уже начало светать, когда мы перешли к финальной стадии первого этапа.

Как вдруг дверь скрипнула, и в проеме показался Гаррик.

Он окинул взглядом нас, склонившихся над котлами, и обвёл взглядом всю лабораторию, в которой была