Князь Андер Арес 7 - Тимофей Грехов

— У вас всё в порядке? — спросил он, прислонившись плечом к косяку. — Вы тут всю ночь просидели?

Я не отрывался от процесса, аккуратно помешивая варево палочкой из мэллорна.

— Нормально, — сказал я. — Варим зелье Разума.

Гаррик лишь кивнул.

— Понял, — спокойно ответил он. — Не буду мешать.

Он прошел через лабораторию к Аннебель, нежно поцеловал её в макушку, прошептав что-то успокаивающее, и направился к выходу.

— Гаррик, постой! — окликнул я его, не оборачиваясь.

Муж сестры замер у двери.

— Да?

— У меня к тебе просьба, — я на секунду оторвался от котла, чтобы кинуть в него щепотку пепла лича. Смесь зашипела, меняя цвет с бурого на глубокий фиолетовый. — Я сегодня должен был встретиться с баронессой Сиреневой. Но, как видишь, я немного занят делами рода. Передай гвардейцам у портальной площадки, что, если появится Милена… или придет весточка от неё… пусть передадут мои глубочайшие извинения. Скажи, я компенсирую ей это время.

Гаррик хмыкнул.

— Без проблем, Андер. Передам слово в слово.

Когда дверь за ним закрылась, я наконец выдохнул и взял со стола серебряный нож. Настала очередь паутины арахниды. Этот материал был капризным, резать его нужно было только серебром, иначе нити слипались в бесполезный комок.

Я методично кромсал паутину на мелкие сегменты, чувствуя, как напряжение отпускает.

— У вас всё нормально? — спросил я, бросив косой взгляд на сестру.

Бель отвлеклась от зелья посмотрела на меня.

— Вроде бы, да… — протянула она задумчиво. — Но в последнее время он какой-то нервный.

— Пыталась узнать, что не так? — спросил я, отправляя нарезанную паутину в котел.

Варево тут же загустело, став похожим на кисель.

— Разумеется, — ответила сестра, внимательно наблюдая за реакцией в котле. — Но он не говорит. Отнекивается, переводит тему.

Она несколько секунд помолчала, затем взяла со стола чистую тряпку и подала мне, чтобы я вытер нож.

— Но знаешь… Мне кажется, он просто волнуется за Лану. Никогда бы не подумала, что скажу это, но Гаррик открылся мне с другой, как только мы поженились, — продолжила она, глядя куда-то в пространство. — Я думала мне попался рохля, которого я быстро под каблук заведу. Но целители… — она сделала паузу. — Они самые лучшие любовники. И честно, мне до сих пор стыдно за ту… — она подняла на меня взгляд, — интрижку с князем Гром. Он всё знает, и из-за этого я долго чувствовала его злость, но потом… когда я забеременела, всё начало устаканиваться. Он очень любит дочь, Андер. Старается проводить с ней всё свободное время, пеленки меняет, укачивает ночами, прогоняя нянечек. Он стал настоящим отцом и мужем.

Я улыбнулся.

— Я рад за вас, Бель, — искренне сказал я. — Правда, рад.

Завтрак и обед нам принесли прямо в лабораторию. Я не мог позволить себе отойти от кипящих котлов ни на минуту, слишком высока была цена ошибки.

Бель… Про неё и говорить нечего. Сестра вошла в раж. Она напоминала коршуна, кружащего над добычей, и внимательно следила за каждым моим движением.

Пару раз в нашу обитель пытались прорваться «диверсанты». Сначала заглянул Сэм.

— Эм… — он осторожно просунул голову в дверь. — Ребят, может, помощь нужна? Андер, ты выглядишь так, будто тебя самого сейчас в котёл бросят. Я могу помешать… ну или подержать что-нибудь.

— Сэм, — усмехнулся я, сосредоточенный на температуре пламени, — спасибо, но лучше мы сами. Мы с Бель уже сработались, а тебе придётся слишком долго вникать.

— Ладно, не дурак, был бы дурак не понял, — и он исчез быстрее, чем я успел моргнуть.

Ближе к обеду нарисовался Мишель. Этот, наоборот, вошёл вальяжно, покручивая какое-то кольцо на пальце.

— Фу, ну и вонища, — скривился он, демонстративно зажимая нос. — Вы тут что, скунса в собственном соку варите? — он принюхался к Бель, потом ко мне. — А… теперь всё понятно, — замахал он ладошкой у лица, — это вы перевоплотились в вонючек!

— Вон! — хором гаркнули мы с Бель.

Мишель поднял руки в примирительном жесте. Но Бель уже успела рассердиться и начала активировать магический конструкт.

— Понял, понял, — и он тут же исчез, используя тропу тени.

— Порой я его голыми руками придушить хочу, — сказала сестра.

— Поверь… не ты одна.

И вот, наконец, наступил решающий момент. За окнами уже сгущались сумерки.

Я взял щипцами меньший, серебряный котел. Жидкость внутри была прозрачной, как слеза. В большом, обсидиановом, бурлила темная, густая масса, напоминающая расплавленный гудрон.

— «Аккуратно, Андер, — произнесла система. — Лей тонкой струйкой. По центру».

Я кивнул.

Тонкая струйка прозрачной жидкости коснулась черной поверхности. Раздалось тихое шипение, как будто воду льют на раскалённый металл.

— «Тринадцать раз по часовой», — прозвучал в голове голос системы.

Я начал мешать. Раз. Два. Три… Жидкость меняла цвет, становясь фиолетовой с золотыми искрами.

— «А теперь семь раз против. Резче!»

Я сменил направление, и зелье начало густеть.

— Сердцевина, — бросил я сестре.

Бель мгновенно подала мне подготовленный кусок Мёртвого дерева, и я бросил его в котёл.

— БАХ! — из недр котла вырвался клуб густого красного дыма.

— Ох… — выдохнула Аннабель, провожая дым взглядом. — Это… это было жутко красиво.

Я был с ней согласен, но отвлекаться было нельзя.

— Уменьшаю температуру, — скомандовал я, ослабляя поток маны в горелку. — «Сис, что дальше?»

— «Три раза по часовой. Только медленно. Тринадцать против. Ещё медленнее».

Когда я сделал последний оборот, жидкость в котле замерла. Она стала совершенно гладкой, зеркальной, темно-синего цвета.

— «Полчаса настояться, — сказал система, — даже не дыши на него».

— «Понял».

Когда время истекло, я аккуратно перелил готовое зелье в небольшую оловянную колбу. Это был единственный металл, который не вступал в конфликт с итоговым составом.

Оно было готово.

Маслянистая, тяжелая жидкость. Всего одна порция. Один шанс узнать секрет арихалковой энергии.

Я отошел к окну и прикрыл глаза.

— «Сис, — мысленно обратился я к божественному механизму. — Что скажешь? Я не облажался? Зелье получилось?»

Некоторое время система молчала, словно специально трепала мои нервы. Наконец, в моей голове раздался её бесстрастный голос, от которого у меня мурашки побежали по спине.

— «Да, — ответила система. — Химический