Ревизор: возвращение в СССР 54 - Серж Винтеркей

Посмотрев на отца, Костя рассмеялся:

— Папа, да что ты такое говоришь? Как кто‑нибудь может считать твою карьеру неуспешной, когда ты генерал милиции и все тебя знают и уважают?

— Вот, Костя, ты прав. Вроде бы я генерал милиции. Все меня знают и уважают. И умом я не обижен. И дружить, и связи заводить нужные умею. Но если бы я тридцать пять лет назад знал то, что тебе сейчас говорю, и подружился бы с Леонидом Ильичом тогда, а не упустил эту возможность, скорее всего, сейчас бы не Щёлоков, а я был бы министром внутренних дел. А то и членом Политбюро… Чувствуешь разницу между генералом милиции и министром внутренних дел, под которым этих генералов ходит столько, что он не каждого из них по имени‑отчеству может назвать? Так что не пытайся со мной спорить. Просто запомни, что я тебе говорю: держись Павла Ивлева. Этот парень очень далеко пойдёт.

Костя, было видно, задумался. Представил, наверное, то, как был бы сыном министра внутренних дел и как бы его судьба тогда изменилась. Потом, уже без прежнего азарта, пожал плечами и сказал:

— Ну, папа, я, в принципе, и так ни в коем случае не сторонюсь Павла. Да, знакомство наше, когда мы с ним только увиделись впервые, не задалось. Но это потому, что я сам, если ты помнишь, был в этом виноват. Но сейчас, тьфу‑тьфу‑тьфу, видишь, он меня и на день рождения свой пригласил. А дочка наша прямо сейчас у него в квартире сидит вместе с его детьми под присмотром нянечки.

— Вот и правильно, сын. Действуй точно так же и дальше, и не стесняйся о себе Ивлеву напоминать при любой возможной оказии. Ты там вроде говорил, что Женька у жены Ивлева рецептам новым учится? Вот и напоминай ей периодически, чтобы снова сходила, какое‑нибудь новое блюдо с ней выучила. Детей Ивлевы, как увидел, что во двор вытащили, — опять же сам спустись или, если занят, Женю пошли с дочкой, чтобы вместе с ними она там поиграла, а она получше пообщалась с женой Павла…

— Да у них вообще няня в основном с детьми гуляет, а не Галия. Генеральская вдова, очень интересная женщина, кстати, — сказал младший Брагин. — Да, вот она здесь, кстати, тоже присутствовала сегодня, как спутница генерала Балдина.

— Ладно, сын, не будем тут уже стоять слишком долго, а то твоя жена вон уже недовольные мордочки нам корчит. В общем, постарайся меня услышать и слова мои запомнить: будет какая‑то возможность с Ивлевым получше ещё подружиться — используй её обязательно. А я, если мне в голову еще что‑то придёт по этому поводу, тоже тебе позвоню и расскажу, что ещё сделать для того, чтобы ваша дружба крепла не по дням, а по часам.

— Хорошо, папа, звони, — несколько смущённо сказал Костя и попрощался с отцом.

Глава 3

Италия, Сицилия

Коста в нетерпении расхаживал по дому. Сидеть возле телефона в ожидании звонка об успешном окончании задания он не мог — нервы у него были не такие крепкие для этого.

Правда, телефонный звонок раздался гораздо позже, чем он ожидал.

По плану после того, как перебьют телохранителей и захватят Альфредо, его людям должно было понадобиться около часа, пока не достигнут того самого разрушенного винзавода.

Ну и оттуда тоже ещё было с полчаса до ближайшего телефона, с которого один из них мог позвонить и отчитаться об успехе порученной им миссии.

Оказалось, что это звонит не один из его людей, посланных в ресторан за Альфредо, а его человек, что отвечал в бригаде за связи с подкупленными полицейскими.

— Капореджиме! Плохие новости!

— Говори, — велел ему Коста, похолодев.

— Наши ребята в больнице под охраной. Все шестеро ранены, все молчат. Но полиция неминуемо узнает о том, что они наши…

— Так что, получается, они завалили задание? — не в силах поверить, переспросил его Коста, застывшим взглядом уставившись в окно, но не видя, что там.

— Да. Может быть и хорошо, что они не поубивали там никого. Стрельбы было много, правда, но мои люди в полиции говорят, что ранены только наши…

Значит, что‑то пошло совсем не так.

Коста без лишних слов положил трубку, только сейчас сообразив, что мало ли разговор прослушивает полиция. Слишком уж детально они начали всё это обсуждать.

Проклятие. Похоже, что всё рухнуло. Ничего не получилось у его людей.

Но как же так? Он же послал шестерых своих лучших бойцов на троих этих телохранителей. А как же эффект внезапности, который должен был сработать тоже в их пользу? Неужто шесть его людей, опытных, не зеленых новичков, каждому за тридцать, дали себя, как бараны, перестрелять этим троим молодым парням, что приехали охранять этого Альфредо? Как это вообще возможно?

А затем он похолодел. Стрельбы было много, его люди арестованы, скоро их опознают, и крестный отец непременно об этом узнает…

Надо, пожалуй, на время скрыться. Тем более что у Джино тоже есть свои люди в полиции. И едва полицейские узнают, из какой бригады Коза Ностра арестованные, тут же и Джино об этом узнает. Атака на его племянника может его взбесить, и кто его знает, может быть, он и не станет дожидаться вердикта крестного отца…

* * *

Италия, Сицилия

Джино тут же бросился к гостинице, в которой проживал Альфредо, едва ему позвонили и сообщили, что на его племянника было совершено вооруженное нападение. Позвонил ему Маттео, который был одним из телохранителей Альфредо, и все рассказал. И про нападавших в мешковатых костюмах, и про лупары, что у них были при себе… И про то, что привез его племянника в гостиницу, и сейчас его охраняют обе смены телохранителей одновременно.

Первую минуту после таких новостей Джино ничего не мог сделать, только стоял над брошенной трубкой телефона и матерился, крепко сжав кулаки. Но затем смог обуздать свой характер и пробиться сквозь охватившую его пелену ярости. Был у него человек в полиции, который получал конверт каждый месяц именно в расчете на то, чтобы при необходимости быстро оказать нужную услугу. Он тут же его набрал и потребовал раздобыть всю имевшуюся информацию.

В ожидании звонка от него Джино не бездействовал. Велел помощнику отправить к гостинице, где жил Альфредо, троих людей, чтобы