Марти Стьюшный Аддамс в Хогвартсе - Василий "Woolfo" Мана-мана

После знакомства с министром, Бабка заговорила о том, что ей нужна лучшая служанка в дом. Ларч с нами остается, пока мы не обживемся в новой для нас стране, а потом он вернется к родителям в Америку. Вот только, из-за энергетики дома любая девушка на данную роль не подойдёт, так как просто сойдет с ума или просто дом ее съест. Поэтому Юдора, такое имя у матери Гомеса и нашей Бабушки, просит Фаджа рассказать о женщинах из темных семей, кому будет интересна такая должность. Но, а если таких нет, то он может рассказать о преступницах, которых Бабка может навестить, а если кто-нибудь из них ей приглянется, то она может и выкупить ее.

Недаром говорят, что осел, груженный золотом, может взять любую крепость. Вот и Фадж поплыл, когда Ларч принес сундук набитый золотом, причем не гоблинским, а самым настоящим, которое можно обменять на любую другую валюту не только в магическом мире, но и у маглов, причем курс будет куда выгоднее. Дальше, было довольно просто подвести министра к мысли, что нам нужна самая лучшая из темных волшебниц, поскольку с каждым уточнением горка золота, которая переходила к Фаджу становилась все больше и больше. Ну, а когда они договорились о выкупе конкретной личности, то количество монет достигло астрономической цифры двадцати тысяч монет.

Единственным минусом в нашей сделке было то, что мы должны были сами отправиться в тюрьму и только там надеть на нашу покупку рабский ошейник. Могло показаться, что мы жестоко поступаем с женщиной, которую хотели сделать служанкой, но это если судить со стороны обычных людей. Для настоящих же волшебников из старых родов наш поступок сулил слуге только выгоду, поскольку было почетно, когда ты попадаешь в семью более древнего рода, даже если через рабский контракт, поскольку служба редко бывает пожизненной, а полученные преимущества могут перекрыть любые неудобства. Чего не могли знать современные семьи, это того, что такой рабский контракт накладывал на хозяев свои ограничения и был больше похож на контракт сюзерена и его вассала, но только заключенный с одной стороны, отчего у второй стороны было меньше свободы и прав, а у первой меньше обязанностей.

Договорившись о найме служанки, Бабушка перешла ко второй теме, ради которой вообще все затевалось, а именно к вопросу о моем зачислении в их школу. Больше озабоченный тем, как ему перенести почти пол тонны золота к себе домой, Фадж отвечал почти на автомате, поэтому подтвердить, что с этого года я начну учиться, было очень просто. Позже же, когда Корнелиус сосредоточился на разговоре, у него не осталось выбора, как подтвердить свои слова, да и польза для него и для страны была, ведь можно будет всем говорить, что в их школе не зазорно было учиться знаменитой семье Аддамс.

Сама поездка на остров мне точно не забудется и это не из-за того, что в воздухе висела аура безнадежности, прямо как у нас дома, и не из-за того, что даже через толстые стены слышались завывания дементоров, которым нужно было бы подучиться этому искусству у дяди Фестера, а тем, в каких условиях находились заключенные преступники. Обернувшись на наших сопровождающих, я не заметил в их взглядах удивления, после того, как один из волшебников отложил в сторону столовые приборы и, отвалившись от шикарного стола, подошел к решетке. Да и вообще, если не считать самих решеток, которые, по-видимому, дополнительно запирались и отпирались изнутри, камеры больше походили на шикарные номера в лучших отелях.

6-я глава

Пока охранники отвлеклись на препирательства с Пожирателями, я уточнил у Бабушки, что она видит, на что получил не понимающий взгляд, а после она описала то, что видит перед собой отощавших и больных заключенных вынужденных спать на лавках в постоянно продуваемых камерах. Пообещав рассказать Бабушке то, что я видел, когда мы вернемся домой, я стал думать, из-за чего мы видим разные картины. Протерев для надежности глаза, я догадался, что то, что я вижу, не иллюзия, а наоборот реальность, поскольку даже Уэнздей, чтобы меня загипнотизировать, понадобилась моя помощь. Следовательно, и охранники, и Бабка видят качественную иллюзию, ну, а единственное объяснение этому было в том, что я поглощаю любую магию, а значит, до моих глаз просто не доходит поддельная картинка.

С вызволением Беллатрисы из тюрьмы у нас не возникло сложностей, и пусть остальные заключенные кричали в наш адрес оскорбления и говорили, что Белла больше не достойна, считать себя чистокровной волшебницей, но я видел, как те жестами поддерживают подругу и улыбаются нам. Даже после того, как женщина быстро переоделась в грязные и рваные тряпки, пока охранники открывали ее камеру, она все так же продолжала выглядеть величественно. Ее даже не смутил ошейник, который на нее одела Бабушка и попросила следовать за нею.

Во время обратной поездки мы не говорили про то, что я увидел, а обсуждали тюрьму и планировали когда-нибудь выбраться отдохнуть всей семьей на этот замечательный остров. А еще лучше, завести у нас дома таких же красивых дементоров. Интересно, во сколько министр оценит продажу хоты бы пары призраков с материальными телами?

Вернувшись домой, мы увидели в гостиной Гермиону, которая встречала нас, забравшись с ногами в широкое кресло и прижав к себе моего фамильяра. Теперь, когда я видел перед собой сразу Беллу и ее дочь, я мог точно сказать, что девочка сильно походила на мать. Ну, а что в это время думала женщина, мне было неведомо, но по ее дерганым движениям было видно, что она борется сама с собой, чувствуя сердцем, что перед ней ее дочь, но одновременно с этим не веря в чудеса.

Покинув гостиную и дав время, двум близким людям познакомится друг с другом, мы только ближе к ночи смогли узнать, как так вышло, что Гермиона оказалась в другой семье. Хотя девочка уже клевала носом, находясь в объятьях матери, ей тоже было интересно побольше узнать, почему мама оставила ее одну.

Беллатриса рассказала, что, из-за рождения ребенка, она уже давно отошла от дел Пожирателей Смерти, но все равно перед Хэллоуином на нее напали, во время прогулки, члены ордена жареной курицы. Какой бы искусной волшебницей она