Зеленоглазое проклятие для дракона - Лина Савина

одеянии. Стражники на ходу преклоняли колени перед Эйданом, но их взгляды то и дело испуганно и недоуменно задерживались на яркой рыжей девушке в расстегнутой джинсовке.

— Мой принц! Вы вернулись! — старик почтительно склонил голову, бросив быстрый, настороженный взгляд на Валю. — Но… кто эта чужестранка? Её одежда… и её волосы… В Южном пределе нет таких кланов.

Эйдан мгновенно посерьезнел. Его фигура словно стала еще больше, а на загорелых скулах заиграли желваки. Он властно положил руку Вале на плечо, притягивая к себе.

— Это Валентина, — громогласно и жестко объявил дракон, так что его голос эхом разнесся по террасе. — Моя Ра-Ари. Моя истинная пара. И будущая хозяйка этого замка. Окажите ей почтение, равное моему.

Старик побелел, а стражники за спиной испуганно зашептались. Рыжие волосы Вали явно вводили их в ступор — для Иллирии это был совершенно чужой, непонятный маркер.

Валя, не растерявшись, сделала шаг вперед и, приветливо улыбнувшись своей самой фирменной улыбкой, выдала:

— Здравствуйте! Да, я с Земли. Прибыла к вам по программе культурного обмена и спасения вашего принца. Не переживайте, я ненадолго — обживусь, а потом мы к нам за покупками слетаем. Где тут у вас можно рюкзак бросить и чаю попить? А то после межмирового перелета жутко в горле пересохло.

Эйдан едва сдержал улыбку, глядя, как его общительная пара одним махом сбила весь пафос королевского приветствия. Старейшина лишь беззвучно открывал рот, полностью дезориентированный напористостью земной девчонки.

— Проводи в восточную башню, — скомандовал Эйдан старейшине, скрывая смешок в голосе. — Подготовьте лучшие покои. Моя пара устала.

Весь оставшийся день пролетел для Вали как в тумане. Ей выделили роскошные покои с огромной кроватью под шелковыми балдахинами и видом на Парящие Острова. Служанки робко предлагали ей сменить её странные земные одежды на дорогие шелковые платья, но Валя наотрез отказалась, оставшись в своих удобных джинсах и футболке — так ей было спокойнее. Эйдан весь вечер был рядом, оберегая её от назойливого внимания придворных и терпеливо отвечая на её расспросы об устройстве замка.

Ночь опустилась на Иллирию внезапно, окрасив небо в глубокие фиолетовые тона. Измотанная эмоциональным потрясением и переходом, Валя уснула мгновенно, едва её голова коснулась мягких подушек. Спящая магия этого мира, хлынувшая в комнату сквозь открытые окна, окутала её плотным, согревающим коконом, мягко проникая в каждую клеточку её тела и готовя к утреннему преображению.

***

Первое утро в мире Иллирии началось не с будильника на смартфоне, а со странного, вибрирующего чувства глубоко под ребрами. Валя сладко потянулась, зарываясь лицом в прохладные шелковые простыни, и тут же замерла. Ощущения были совершенно новыми. Её тело больше не чувствовало привычной утренней тяжести после тяжелой огонь смены на Земле. Напротив, в каждой клеточке бурлила невероятная, легкая и звенящая энергия, словно вместо обычной крови по венам пустили газированный лимонад с пузырьками чистой магии.Она медленно открыла глаза и окончательно проснулась.Королевские покои в восточной башне Сердца Горы, которые ночью казались просто мрачными каменными стенами, в лучах утреннего солнца выглядели сказочно. Огромная комната была высечена из цельного темно-зеленого нефрита. Солнечные зайчики, пробивавшиеся сквозь стрельчатые окна, заставляли стены мягко светиться изнутри, обнажая глубокие изумрудные прожилки камня. Высокий потолок терялся в тени, а над огромной кроватью колыхался легкий балдахин из полупрозрачного серебристого шелка. В углу стоял изящный столик из белого мрамора, на котором служанки еще с вечера оставили кувшин с чистой горной водой и чашу с незнакомыми круглыми фруктами, пахнущими спелой земляникой.Валя спустила ноги с кровати. Нефритовый пол, вопреки ожиданиям, оказался вовсе не холодным — камни дышали приятным, живым теплом, словно под ними провели систему подогрева. Девушка поднялась и не спеша подошла к высокому стрельчатому окну, распахнутому настежь.

От увиденного вида у неё перехватило дыхание, а на душе стало так легко, будто она сама могла взлететь. Окно выходило на бескрайнее, пронзительно-синее небо Южного предела. Прямо перед ней, лениво покачиваясь в воздухе, плыли огромные обитаемые острова-скалы. Они были соединены между собой ажурными подвесными мостами, которые казались сотканы из застывшего солнечного света. С краев этих каменных глыб вниз срывались хрустальные нити водопадов, с шумом растворяясь в пушистых, золотисто-розовых облаках, заменявших этому миру землю далеко внизу. В этой бездонной синеве, расправив мощные чешуйчатые крылья, величественно кружили изумрудные ящеры.

И в этот момент Валя отчетливо почувствовалаего.

Это не был внутренний голос или чужие мысли. Это было глубокое, нерушимое присутствие Эйдана внутри её собственного сердца. Стоило ей подумать о загорелом драконе, как эта связь отозвалась мягкой, согревающей волной жара. Она точно знала, что прямо сейчас он стоит за дверью её покоев.

Валя улыбнулась, отвернулась от окна и подошла к ростовому зеркалу в резной бронзовой раме. Она хотела привычно собрать свои непослушные огненные кудри, но едва её взгляд упал на отражение, как рука так и осталась висеть в воздухе, а челюсть медленно поползла вниз.Из зеркала на неё смотрела незнакомка. И одновременно — всё та же Валя.Её рост, фигура, привычная трикотажная пижама с забавным принтом — всё осталось прежним. Но кожа… Её всегда бледная, склонная к веснушкам сибирская кожа теперь выглядела безупречно. Она приобрела нежный, едва заметный жемчужный отлив, словно светилась изнутри, а все мелкие изъяны и следы усталости исчезли без следа.Но главным шоком были её волосы.От знаменитой, пронзительно-рыжей копны, по которой её узнавал каждый покупатель на кассе в её магазине, не осталось и следа.

Земная маскировка, сдерживавшая её истинную кровь на Земле, за одну ночь в Сердце Горы полностью растворилась под влиянием магии Эйдана. Теперь на её плечи крупными, тяжелыми и удивительно шелковистыми волнами спадали роскошные волосы чистого платинового цвета. Они переливались под лучами солнца, отливая благородным серебром, словно были сотканы из самого лунного света. Единственным, что связывало её с прошлой внешностью, остались огромные, ошарашенные зеленые глаза, которые теперь на фоне платиновых волос казались еще ярче и диковиннее — точь-в-точь как изумрудный огонь самого Эйдана.

— Ну нифига себе сходила в парикмахерскую… — прошептала Валя, аккуратно касаясь пальцами шелковистых серебряных прядей. — Не пахнет краской. Мама дорогая, девчонки на работе точно не поверят! Скажут: «Валька, ты улетела с мужиком и там полностью обесцветилась?». И как мне теперь жить без амплуа огненной бестии? Ладно, хоть брови на месте остались, и на том спасибо.

Она прижала ладонь к груди, чувствуя, как магия воздуха внутри неё, разбуженная трансформацией, ласково отозвалась на её земной юмор, заставив платиновые локоны едва