"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

Приветливо улыбнувшись появившейся во дворе девушке в уже знакомом мне серо-синем платье, я прошёл за ней в те же самые комнаты, которые мне отвели во время моего прошлого визита в обитель.

– Матушка Неллина примет вас, как только освободится, – негромко и спокойно сказала девушка, и я вспомнил её: именно она тогда натирала перила на лестнице. Как же её звали… Лотта! Вспомнил…

– Благодарю тебя, сестра Лотта, – я вежливо поклонился, ожидая увидеть в глазах юной монахини хоть какие-то эмоции, – позволь представиться: я магистр Каспер Даргеро.

– Я знаю, кто вы, – спокойно кивнула она, не выказав ни удивления, ни опасения, а ведь я заслуженно считался одним из самых могущественных и опасных людей империи, – располагайтесь и отдохните.

С этими словами она слегка поклонилась, скорее, даже просто обозначила поклон, сделав это так, как сделала бы в обычной жизни девушка, равная мне по статусу. Кто же они – эти скромные монахини с невозмутимыми, спокойными лицами и мудрыми глазами? Сколько страшных, постыдных и кровавых тайн хранят эти серые каменные стены?

Я задумался настолько глубоко, что не заметил, как негромко скрипнула дверь, и вздрогнул, когда неожиданно услышал детский голос:

– Я хотела бы поговорить… Могу я войти?

Я вскочил на ноги и резко повернулся к двери: да что со мной такое? Как я мог так расслабиться и позабыть об элементарной осторожности? Мало того, что не услышал приближающихся шагов, так ещё и в кресло уселся спиной к двери… Не могу уже даже вспомнить, когда в последний раз я позволял себе подобную беспечность.

И сейчас с определённой растерянностью – Бесшумный, прошу, пусть никто об этом не узнает! – я смотрел на спокойно стоящую в дверях девочку в синей юбке и светло-голубой, почти белой блузке. Она замерла на пороге, ожидая моего разрешения войти.

– Да, разумеется! – воскликнул я и жестом пригласил её проходить. – А где сестра Доминика? Или тебя сопровождает кто-то другой?

– Я пришла одна, – едва заметно дрогнула уголками рта Элла-Мария, – потому что наш разговор не предназначен ни для кого кроме нас, магистр Даргеро.

– Прошу, называй меня просто Каспер, на обращение «папа» я даже не претендую, во всяком случае, пока, – я улыбнулся девочке со всей доброжелательностью, на которую только был способен.

– Это будет зависеть в том числе и от результатов нашего разговора, – дочь подняла на меня свои невероятные тёмно-синие глаза.

– Хорошо, – я постарался абстрагироваться от того, что передо мной ребёнок, и решил воспринимать разговор с ней как беседу со взрослым, не менее сильным и умным противником, чем я сам. В данном случае – это я чувствовал совершенно чётко – лучше было перестраховаться. Стыдно сказать, но я слегка опасался собственной дочери, которая была ещё совсем ребёнком. Но внутренний голос тут же настойчиво напомнил мне, что, во-первых, малышка воспитывалась в таком неоднозначном месте, как ирманская обитель, а во-вторых, в ней смешалась старая кровь авантюристов и воинов фон Рествудов и моя. Чрезвычайно опасная и многообещающая смесь…

Именно эти факторы, соединившись, дополнив друг друга дали потрясающий результат: то, что малышка обладает редчайшим даром ментального мага, я уже понял. Но ставлю свой замок против дохлой мыши – это далеко не все сюрпризы. Поэтому нужно любой ценой подружиться с ней, пусть она привыкнет ко мне, начнёт видеть близкого человека.

Пока эти мысли вихрем проносились в моей голове, я любезно отодвигал для Эллы-Марии кресло, заботливо предлагал скамеечку, на которую удобно поставить ноги. Девочка наблюдала за мной с уже начинавшими вызывать тихую ярость спокойствием, равнодушием и едва заметной насмешкой. Казалось, все мои мысли и планы для неё – открытая книга. Неприятное, скажу вам, ощущение!

– Итак, что же привело тебя ко мне? – дождавшись, пока девочка сядет в предложенное кресло, я устроился в таком же напротив и внимательно посмотрел на неё. – И что за разговор, предназначенный лишь для нас двоих?

– Вы хотите, чтобы я уехала из обители с вами, – Элла-Мария безмятежно смотрела на меня своими тёмно-синими, как у матери, глазами, – зачем?

– Мне хочется дать тебе то, что я не смог дать из-за того, что просто не знал о твоём существовании, – я постарался вложить в эти слова как можно больше чувства и досадливо выругался про себя, увидев, как иронично приподнялись тёмные, как у меня, брови девочки, – но я действительно не знал о тебе!

– Тогда мне не очень понятны ваши так внезапно вспыхнувшие отцовские чувства, – девочка слегка склонила голову к правому плечу, продолжая внимательно рассматривать меня, – вы прекрасно обойдётесь без меня, как, впрочем, и я без вас.

– Но почему ты не хочешь поверить в искренность моих чувств? – попытался возмутиться я, и мне действительно было немного обидно. – Все совершают ошибки, и я не исключение.

– Наша обитель находится далеко от столицы, но это не значит, что мы ничего не знаем о вас, магистр Каспер Даргеро, – Элла-Мария откинулась на спинку кресла, не переставая всматриваться в меня, словно разглядывая что-то, видимое только ей.

– И что же ты знаешь обо мне? – я улыбнулся, проигнорировав тревожно звякнувший в груди колокольчик. – Надеюсь, ничего ужасного, что могло бы помешать тебе принять моё приглашение?

– Смотря что считать ужасным, – совершенно невозмутимо ответила мне девочка, – например, то, что ради того, чтобы угодить императору, поймав редкого зверя, вы однажды отправили на верную смерть больше двадцати человек – это ужасно?

– Ты хочешь, чтобы я ответил? – я с удивлением посмотрел на Эллу-Марию, лихорадочно пытаясь сообразить, откуда у неё столь специфические сведения: о той сомнительной с точки зрения морали операции по поимке редкого белого лайна знали очень и очень немногие.

– Да, ведь мы пытаемся узнать друг друга получше, не так ли? – безмятежный тёмно-синий взор скользнул по комнате, на мгновение задержавшись на моей запылённой дорожной одежде.

– Та охота была важна для меня, – начал я и вдруг в голове яркой вспышкой мелькнуло понимание: она, эта странная девочка, проверяет меня, достоин ли я откровенности. Смогу ли я стать достаточно надёжной опорой и поддержкой в её каких-то пока не известных мне планах. И попытка казаться лучше или хуже, чем я есть на самом деле, лишь отпугнёт её. Если я хочу – а я очень хочу! – чтобы дочь стала мне помощницей и единомышленницей, я должен быть максимально честен, как бы это ни было противно моей тёмной натуре, – потому что в тот момент наши с Максимилианом отношения дали трещину, а это было недопустимо, Бесшумный побери, да это было