Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

Поэтому продажа твоих зелий и мазей вырастет. Если уже не выросла. Пока они определят свой потолок, пока приноровятся, половина покалечится. И чтобы тебе было спокойней, я вложил в эти кольца изъян. Они быстро портятся от использования. Так что работа у меня теперь будет прибыльная. Никаких больше подставок для чайника. Ну, может, только эксклюзивные заказы на них, — он подмигнул мне. — Ладно пойдём, посидим, выпьем, расскажешь, что произошло. Я сегодня добрый, выслушаю и даже помогу.

Матео достал одну из припасённых бутылок вина, и, пока мы её неспешно пили, я поведал о том, что произошло. Вид у друга стал задумчивым. Он сходил за ещё одной бутылкой, только более крепкого напитка.

— Я только краем уха слышал, что такой артефакт может существовать, — сказал Матео, разливая прозрачную жидкость по рюмкам. — Видишь ли, процесс превращения людей в чудовищ до конца не известен. Да там и с начальными познаниями не густо. Это очень сложный механизм, и если кто-то создал предмет, заставляющих их менять облик как в полнолуние, то только случайно. Как Жак Герман, когда создавал плашки. А вот растения такие есть, это я знаю. Может такую траву под полом обильно разложили, и они контроль над собой потеряли. Ведь произошло это не сразу.

— Не хочу гадать. Хочу получить ответ и прибить тех, кто это затеял.

— Так не бывает.

Помолчали. Матео разлил ещё по одной. Глазки у него блестели. Вот как он умудряется напиваться, будучи раваной? Может это умение специальное, чтобы кровь этот яд не обезвреживала?

— У меня подарок для тебя, — сказал я, вынимая книгу из поясной сумки. — Точнее, подарили мне, но я прочёл и подумал, что тебе будет интересно. Ты ведь восхищался артефактором по имени Муке. Странное имя, кстати.

— В те времена вполне обычное, — он взял книгу, посмотрел на печати библиотеки.

— Какой-то умник напутал, и книга долго хранилась не под своим названием. Если оно, вообще, было.

— «Теории и заблуждения применения водной магии?» — удивлённо прочитал Матео. Пролистал несколько страниц, остановился на одном из рисунков. — Ты уверен, что это записи Муке?

— Он не подписывался. Это мог быть кто-то ещё, кто создал третью и четвёртую струну из его артефакта. Там про них много интересного написано. Жаль, нет описания первой и второй. Я бы почитал.

— Ну, — он с трудом закрыл книгу, борясь с желанием сесть и начать читать прямо здесь. — Действительно, подарок. Я и не знал, что его труды сохранились и дошли до нас. Это же… сколько лет прошло. Так, скажешь в библиотеке, что потерял. Обратно не отдам.

— Хорошо, хорошо, — я отмахнулся. — К слову об артефактах. Я на днях в ювелирную лавку заезжал. Заказал пластины для артефактов по размерам, которые ты мне в письме отправил. Говорят, на следующей неделе будут готовы.

— Странную мысль скажу, — задумчиво произнёс он. — Жак Герман создал много великих вещей, которыми никто не пользуется. А мои работы, как та, которую ты забрал для асверов… Прикосновениями пальцев её отполируют, стерев любой рисунок и гравировку. Да…

— Я задам глупый вопрос, но ты уже дважды хотел помянуть Высших, но не стал. Слушай, можешь без всего этого, заумного, сказать кто это такие?

— Тебя это очень интересует? Лучше не знать и бояться, — он серьёзно посмотрел на меня, затем махнул рукой. — Смотри, я предупреждал. Высшие — это три закона, по которым существует мироздание. Только одна старая бабка по имени Фатум может позволить себе не только игнорировать, но и жонглировать ими как артист из бродячего театра. Эти законы нельзя описать словами, их можно только понять. Но ты слишком мало живёшь для этого. Лет через пятьсот мы могли бы подискутировать… — он вздохнул. — Ненавижу их. Любые законы могут лишь ограничивать. Они ничего не дают, только забирают…

— Прости дурака. Зря я этот вопрос поднял.

— Любопытство. Одно из того немногого, что не входит в них. Иначе люди давно бы исчезли с лица земли. К примеру, маги древности хотели эти законы обойти. И чем всё закончилось? Сколько поколений людей теряют здоровье, загрязняя свои тела? Даже мы, в своё время… Ай, к демонам их! — он разлил оставшееся в бутылке, залпом выпил свою рюмку.

— Хорошо, давай сменим тему. Ты в курсе, что в столице есть храм Лиам?

— Храм? — он хмыкнул. — Ты это называешь храмом?

— Внешний вид важен?

— Важны последователи. Размер и внешний вид показывает, как мало людей помнят её. К тому же он заперт уже лет десять.

— Да? Я недавно был там, и одна старая бабка его открывала. Здоровенным ключом. Мне показалось, что она не совсем в своём уме.

— Неожиданно, — удивился он, посмотрел на меня пьяным взглядом. Показал куда-то над моей головой. — Не стану сердить Угу ещё больше. Потому как терпение у богов хоть и большое, но не бесконечное. А за подарок спасибо, — он, наконец, улыбнулся, взял книгу, провёл ладонью по обложке. — Герман, кто приходил? — спросил он, задрав голову к потолку.

Через несколько секунд дверь в гостиную открыл его помощник, протягивая письмо.

— Из дворца. Его Императорское Величество приглашает магистра Морра для личной встречи.

— Будет кольца просить для магов из легиона, — он скривился. — Не заплатит ведь, потому как он жмот.

— Пойдёшь? — спросил я.

— Пойдёт его племянник Матео Крэтон! — он встал, принял важную позу, держа в одной руке пустую бутылку, в другой книгу. — Чтобы служители Пресветлого, чтоб ему икалось, не распознали заговор и подмену!

— Они такое могут? — удивился я.

— Только мальчишка, и только потому, что ты ему символ веры подарил. Чтобы распознать морок и наваждение нужна сильная воля и вера в себя. Запомни, — он плюхнулся в кресло. — Это хороший совет.

— Ты бы лучше дал совет, как пьянеть. А то чувство такое, что я пью чай, а ты настойку креплёную.

— Опыт, — кивнул он, — нужен. Тренируйся и всё получится. Или просто расслабься и получай от выпивки удовольствие. Как начнёшь ценить хорошее вино, так и пьянеть будешь.

Глава 11

Витория, район академии магов, вечер

Дождь, начавшийся в обед, к вечеру перешёл в затяжной ливень. Главная улица перед академией постепенно превращалась в реку, бежавшую с запада на восток. Ещё сто лет назад эту часть города почти полностью затапливало, но два отводных канала, построенных прадедом Вильяма Старшего, решили эту проблему. Потоки воды со всех улиц собирались, заполняя каналы, и сливались с Галькой, притоком второй по величине реки Витории. Ещё через пару лет, чтобы повозки и кареты благородных господ не делали крюк через весь район,