"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

нарост, однако братик стал почти полным идиотом. Работая в проекте «Сверхволк», я предложил руководству начать побочный проект для создания особого солдата, сильного, послушного и бесстрашного. Первым подопытным стал Гансик. Я смог увеличить его интеллект до более приемлемых показателей и укрепить тело. Благо он от природы был огромным и выносливым безмозглым созданием. Потом из его материала были созданы и другие солдаты, проект «Железный Ганс» расцвел, и, начиная с седьмого образца, их пустили в массовое производство. Когда же нас решили посадить в клетки, Гансик помог мне бежать и в последующие годы тщательно оберегал от убийц и прочих преследователей. Конечно, он порядком поизносился, так что мне пришлось укреплять конструкцию, изобретать бальзамы, заменять кости металлом, но он все еще работоспособен.

– Ты сделал из своего брата… это? – наконец выдавил Адольф.

– Да, – просто ответил Штейнер.

– Ага… Я все-таки ему врежу! Я должен!..

– Сколько у Винтеррейка таких солдат на данный момент? – спросил я.

– Не могу знать точно, мой тан, – пожал ученый плечами. – Не думаю, что больше пятидесяти тысяч.

– Всего лишь?

– Да, увы. Производить их не так уж легко, а стареют они быстро. Пятнадцать лет – и могучий солдат превращается в развалину. Пятьдесят тысяч боеспособных единиц, еще сколько-то на комбинатах дозревания и в «яслях». Но даже эти пятьдесят тысяч под умелым руководством могут горы свернуть.

– Великого кенига Эриха охраняет один из таких. И еще Сорок Седьмой.

– Я знал, что вы неспроста о нем вспомнили! Не передать, какая гордость охватила меня, когда я узнал, что Сорок Седьмой не погиб в столкновении с сущностью, овладевшей Бернштейном! Конечно, сейчас она в не лучшей форме и не стала доводить дело до конца, однако любого другого ей ничего не стоило стереть в пыль за секунду!

Старший сержант Тигоран доложил, что в процессе исследования был обнаружен тюремный блок с затопленными камерами.

– Это мой зверинец, – широко улыбнулся Штейнер. – Большинство неудачных экземпляров я выпустил на волю, когда вы явились в гости.

– Чудовища.

– Химеры, – кивнул он, – искусственные формы жизни. Это моя специализация. Те твари были признаны неудачными образцами и отбракованы. Они все амфибии, приспособленные для жизни в соленой воде, так что содержать их приходилось в огромном бассейне с затопленными клетками. Вследствие скудного интеллекта у них повышенный уровень агрессии. Хм… можно мне воды? Пить хочется ужасно.

Не дожидаясь разрешения, Гансик двинулся к одному из шкафов, достал оттуда чистый лабораторный стакан и набрал воды в кране. Пока винтеррейкец пил, я выслушивал сообщения от разных подразделений и раздавал указания относительно вскрытых складов оружия, экипировки, цехов со станками, связанных сетью широких магистралей ангаров, а также о прочих помещениях с оборудованием неизвестного назначения.

– Расскажите, что вы делали для Грюммеля?

– Спасибо, Гансик. Главным образом, мой тан, я выращивал химер. Стальной пророк поручил мне создать новую форму жизни, антропоморфную амфибию с развитым мозгом, обучаемую для использования оружия, сильную, выносливую, долговечную, способную выживать в холодных и теплых водах, а также на глубинах со смертельным для человека давлением. Методом проб и ошибок я исполнил поручение и создал сто особей – пятьдесят разнополых пар. А Гелион Бернштейн наделил их искрой.

– Чем-чем?

– Божественной искрой, – пояснил он, – я даже сейчас, в общем-то, атеист, но не знаю, какой еще термин можно подобрать. Биоалхимик может создать тело, но лишь сущность уровня так называемого бога способна наделить тело душой. Полагаю, это было одним из условий договора между Грюммелем и Гелионом.

– Подробнее об этом.

Штейнер изобразил на лице скорбь:

– Простите, но нет, подробности мне неизвестны. Ваш покорный слуга был лишь исполнителем. Я проектировал новую форму жизни и создавал для солдат «божественное дыхание», наверняка вы уже изучили их измененные организмы…

– Изучил и даже понял, что с ними произошло.

– Ну еще бы вы не поняли!

– Где сейчас эти ваши амфибии?

– Не могу знать. Как только партия была завершена, инкубаторные установки вывезли с этой базы на другую. Где место ее расположения – меня не посвящали.

Связист доложил, что солдаты обнаружили камеру Инчиваля, и я приказал немедленно доставить его в лабораторию. Была бы моя воля – ринулся бы навстречу, но долг приказывал остаться и продолжить допрос. Также Штейнер подробно сообщил место расположения камеры ее высочества принцессы Луанар.

– Она здесь? – Почему-то эта мысль прежде меня не посещала.

– А где же еще ей быть? Грюммель собирался перевести заложницу на другую базу, но не успел благодаря вам.

– Расскажите подробнее, как у вас тут все было устроено? Что происходило?

– Извольте.

Штейнер поведал скомканно и без особых деталей, что обычно база под Старым портом была намного более людной, там базировалась основная боевая ячейка Железного Братства, на промышленных мощностях производилась военная техника, спроектированная Гелионом Бернштейном, дозревали в инкубаторах химеры. Сам стальной пророк появлялся на базе довольно редко, обычно всем руководили его приближенные Дельфлер и Нойнер. Гелион Бернштейн появлялся еще реже Грюммеля, он безраздельно правил на своем заводе, окруженный верными автоматонами. С ним Штейнер предпочитал не общаться: слишком уж тяжелой и пугающей была аура у бывшего друга по переписке.

– Он светился изнутри этим жутким светом, да так, что все кости порой можно было пересчитать. Его плоть тощала на глазах, приходилось носить тот жуткий скафандр и подкрепляться. Потом мы похитили тана эл’Файенфаса и принудили его создать тот восхитительный доспех, однако когда профессор чуть получше разобрался в происходящем на базе, он категорически отказался работать и объявил голодовку.

– Вот как? То есть сначала он согласился вам помогать, а потом вдруг резко прекратил?

– Да, он долго противился и бунтовал. Нам удалось кое-как уговорить его, использовав обман. Профессор эл’Файенфас думал, что спасает умиравшего Бернштейна, но позже разобрался, чем тот являлся и каким образом подкреплял свои силы, чтобы не погибнуть. На этом сотрудничество закончилось. К счастью, мы смогли довести проект до конца, используя его наработки.

– Чем же Дракон Времени подкреплялся?

– Ими. – Ученый посмотрел мне за спину, туда, где лежали спящие старики. – Их временем, если быть точным.

Дракон Времени похищал детей, чтобы забирать их так называемое потенциальное время. По какой-то извращенной иронии законов этого мироздания он, повелитель времени, сам нуждался в нем, чтобы подновить разваливавшийся сосуд. Штейнер порой наблюдал за ним, видел, как тот старил взрослых людей, отбирая все их время, но толку с того было чуть. Что же до детей, осушая их, Гелион действительно креп, но убивать своих доноров не стремился. Наоборот, он приказал Штейнеру поддерживать в них жизнь искусственно.

– Плоть его взрослых жертв превращалась в ньюмарин. Не такой чистый, как его собственный кристаллизованный ихор, но подходящий для создания «божественного дыхания». Дети